«РЕЦЕНЗИЯ НА УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ «ИСТОРИЯ ЭСТЕТИКИ» / ОТВ. РЕД. В. В. ПРОЗЕРСКИЙ, Н. В. ГОЛИК, СПб, 2011″


ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 17 Вып. 4
ОТДЕЛ РЕЦЕНЗИЙ И ОБЗОРОВ
Л. А. БарашИстория эстетики: учеб. пособие / отв. ред.
В. В. Прозерский, Н. В. Голик. СПб.: Изд-во
РХГА, 2011. 815 с.
Сложные и противоречивые процессы в экономике, политике, общественной жизни, культуре и искусстве захватывают и сферу образования. Сейчас много говорится о развале высшего образования, о падении его качества и низкой квалификации выпускаемых специалистов. Требования к уровню знаний студентов снижаются; далеко не все из множества существующих сегодня коммерческих и даже государственных вузов ориентированы на высокое качество образования и соответствующие критерии, по которым оценивается это качество. Следует ли ожидать, что перемены в лучшую сторону произойдут сами собой? Не лучше ли действовать, создавать некий духовный продукт, который, пусть опосредованно, будет изменять сложившуюся ситуацию?
Перед нами учебное пособие «История эстетики» под редакцией В. В. Прозерского и Н. В. Голик, подготовленное авторским коллективом кафедры эстетики и философии культуры Санкт-Петербургского государственного университета. Это фундаментальный труд, написанный высококвалифициро-
ванными специалистами. Если мы говорим о способности творчески создавать духовную атмосферу в обществе — а создавать её можно лишь формируя необходимые качества у новых поколений, выстраивая их духовный мир по самым высоким стандартам, — то перед нами учебник, нацеленный именно на то, чтобы создавать внутренний мир высококультурного человека. Учебник, нацеленный на серьёзный учебный процесс. Учебник, дающий образец того, как надо учить, какими
знаниями должны обладать студенты.
Философско-эстетический уровень пособия очень высок. Книга, дающая столь основательную философскую подготовку, предназначена для будущих философов, филологов, историков, искусствоведов и студентов художественных вузов. Будущие инженеры, врачи и представители многих других профессий вообще не изучают эстетику, не говоря об истории эстетики, но и для них эта книга была бы полезна. Положительная сторона учебника в том, что помимо знаний он даёт стимул для научно-исследовательской работы. Вполне можно предположить, что где-то «во глубине России» подрастают новые Ломоносовы и Менделеевы, хотя далеко не везде они имеют таких руководителей, которые способны будить творческую мысль, приобщать к серьёзной исследовательской работе. Эту задачу выполняет рецензируемая «История эстетики». При чтении многих глав отчётливо видно, что для авторов мало снабдить читателя обширной информацией — они хотят показать возможность различных подходов к изучаемому явлению, научить сравнивать, сопоставлять его с другими явлениями данного ряда в контексте определённого типа культуры, прослеживать связи с аналогичными фактами в других культурах, заглядывать в будущее. Примером могут служить 5-я и 9-я главы учебника, написанные Е. Н. Устюговой.
Надо отметить, что рецензируемая книга — первый учебник по истории эстетики, целиком являющийся продуктом XXI в. Создать его было просто необходимо, ибо переиздание написанных 30–40 лет назад учебных
пособий лишь свидетельствовало бы о застое научной мысли, а переоценка научных взглядов на некоторые философские и эстетические направления, проблемы, произошедшая в последние десятилетия, так и не нашла бы выхода на читательскую аудиторию. Быть первопроходцем всегда трудно. Новизна, инициатива, твёрдое намерение сказать своё слово не в общем хоре голосов, а именно впервые подчас встречают неприятие. Заслуга авторов «Истории эстетики» состоит в том, что они взяли на себя трудную миссию — не только дать систематическое изложение эстетических учений, но и предложить новые их трактовки. Важно подчеркнуть, что новизна трактовок присутствует и в разделе, посвященном немецкой классической эстетике, и в разделе о современном состоянии эстетической мысли. Не менее важно было вернуть русской эстетике её законное достойное место в истории эстетических учений и оценить её с современных позиций, без предвзятости и тенденциозности.
Это честная книга. Честная потому, что она не конъюнктурна, не следует раболепно «нужной», господствующей тенденции. Во Введении заявлено о стремлении к тому, чтобы изложение эстетических концепций
не было подчинено никакой определенной идеологической тенденции, и изложение действительно соответствует этому принципу не только в разделах о предыстории эстетической мысли и классической эстетической теории, но и в третьем разделе, посвященном современной эстетике. Последнее гораздо труднее. Ведь определённые идеологические установки, стереотипы существовали не только в 1930–1950-е годы — они существуют и сейчас. Однако о различных направлениях мысли в советской марксистской эстетике, о противоречиях между ними, о влиянии политической атмосферы на их развитие авторы рассказывают взвешенно, спокойно, объективно. Столь же объективно оцениваются постмарксистские концепции — в зависимости от их значимости, плодотворности для дальнейшего развития науки. Такой подход вызывает уважение: авторы фиксируют внимание прежде всего на сути эстетических концепций с учётом их социокультурного фона, но не навязывают читателю какой-либо односторонней интерпретации.
С отсутствием идеологической тенденциозности связана и методология, лежащая в основе учебника. Авторам удалось избежать как
телеологизма, связанного с марксистскими представлениями о линейности, поступательности общественного прогресса, а стало быть, и художественного, эстетического развития,так и безоценочного плюрализма, под которым подразумевается потеря связей между историческим и актуальным теоретическим содержанием эстетической мысли, отсутствие современного взгляда на историю эстетики. Чтобы уйти от этого, был избран метод исторического подхода к теоретическому материалу, позволяющий рассматривать и исторические, и теоретические проблемы «в современной интерпретации, не избегая заострённых трактовок» (С. 9).
Не вызывает возражений концептуальная модель эстетического как срединного связующего звена между областями чувственного и рационального, определившая методологические принципы построения рецензируемого учебника в целом. Однако хочется высказать соображение, касающееся организации материала. В главе об эстетике Возрождения
эстетическое рассматривается в сферах изобразительного искусства и музыки. Специфике проявления эстетического в этих видах искусства посвящаются отдельные подразделы, что вполне отвечает стремлению авторского коллектива представить эстетику как самосознание художественной практики. Но это единственная глава с такой структурой, и,
возможно, было бы целесообразно придерживаться подобного структурного принципа на протяжении всей книги. Ведь на каждом этапе историко-культурного процесса доминирует, выходит на первый план тот или иной вид искусства. И специфика проявления эстетических свойств в этом виде искусства в историческом контексте заслуживает более подробного освещения.
У читателя может возникнуть недоумение по поводу некоторых особенностей структурной организации учебного материала. Почему,
например, главы об эстетике Ф. Ницше, позитивизма и неокантианства помещены в раздел о современной эстетике, захватывающей ХХ столетие? Однако такое размещение только на первый взгляд покажется странным, изучение эстетики ХХ в. начинается с этих глав не случайно. К концу ХIХ в. были исчерпаны возможности развития западной философской эстетики в русле бинарной оппозиции субъектно-объектных отношений, характерной для классической парадигмы. Именно с Ницше, с выдвинутых им тем и идей начинается эстетика ХХ в. Да, позитивизм возник в ХIХ столетии, но вряд ли можно игнорировать его влияние на культуру модернизма и постмодернизма. Да, эстетика неокантианства также имеет корни в ХIХ в., но развивалась она в ХХ в. От Г. Когена через Н. Гартмана и М. Бахтина идёт современное, присущее именно ХХ столетию осознание специфики коммуникации в художественной сфере. Влияние неокантианцев на европейскую эстетику ХХ в. можно усмотреть и в проявлении внимания к вопросам языка, что привело к «лингвистическому повороту» уже во второй половине ХХ в. Таким образом, методологический принцип рассмотрения историко-эстетических проблем в современном контексте, а также поставленная авторами цель «связать единой интерпретационной канвой» различные исторические этапы эстетической мысли находят своё воплощение именно в такой последовательности изучаемого материала. Внимательное чтение «Истории эстетики» приводит к пониманию того, что авторами имплицитно была поставлена сложнейшая задача создания энциклопедии эстетики. Такая задача могла быть решена только высокопрофессиональным авторским коллективом, и надо признать, что цель была не только поставлена, но и достигнута. Впервые представлен обширнейший материал, охватывающий
направления эстетической мысли от древневосточной культуры до европейского Новейшего времени, включая первую декаду ХХI в.
Высокий уровень издания — большая заслуга ответственных редакторов В. В. Прозерского и Н. В. Голик.
Следует взглянуть на учебник и с точки зрения читателей. Авторы ставят для студентов очень высокую планку. Все главы весьма насыщенны, тексты, что называется, плотные, без пустот. Они нелегки, но учёба — это труд. Чтение рецензируемого учебника укрепляет в мысли, что упрощать содержание, подстраиваться под уровень среднего студента не нужно. Этот труд создавался с таким расчётом, чтобы поднимать читателя до уровня авторов, и можно полагать, что овладение его содержанием вполне по силам будущим философам. Тем не менее хочется сказать, что некоторые термины и понятия должны разъясняться в примечаниях. Обычно в таких учебниках в конце есть словарь, не помешал бы он и в данном издании.
Остановимся на литературных качествах учебника. Сюжет, интрига, драматургия в философском тексте? Это не так-то просто. Обычно при оценке литературных качеств научного текста судят о том, сухой он или
живой, лёгкий, яркий, имея в виду сочетание глубины, содержательности, научности с ясностью, простотой, образностью, оригинальностью и увлекательностью. С этой точки зрения удачной представляется глава о Гегеле, написанная В. В. Прозерским. Сложный материал излагается не только на высоком научном уровне, но и доступно, ясно и эмоционально. Эмоциональность в той степени, в какой она допустима в философском тексте, увлекает читателя, приобщает к живой творческой мысли. Неудачных, недоступных для понимания глав в рецензируемой книге нет. Все они написаны добротно. Стилистические особенности письма в разных главах доносят авторскую интонацию, но не вступают в диссонанс друг
с другом, что, собственно, и необходимо для книги, которая должна выглядеть как единое целое. Правда, отдельные главы требуют от студента специальной подготовки. Таковой является глава об аналитической эстетике, написанная С. Б. Никоновой; трудноватой для восприятия покажется студентам и глава А. М. Сидорова «Эстетика в искусственном мире: от постструктурализма к современной теории». То же самое можно сказать о главе, посвящённой неокантианцам: высокий уровень её теоретического содержания не вызывает сомнений, но подача материала не делает никакого снисхождения к читателю. Трудно сказать, возможно ли было в данном случае добиться некоторого облегчения языка без снижения уровня содержания. Ведь вопрос в умении говорить о сложном просто, не переступая ту грань, за которой начинается примитивность. Есть и в данном учебнике примеры такого умения: лаконично, интересно, доступно для студентов рассказывает об эстетике ХVIII в., а затем об экзистенциализме
Э. П. Юровская; о Шопенгауэре и об эстетике античности — С. Б. Никонова. Вдохновенно написана А. Г. Погоняйло глава о средневековой эстетике, она воспринимается как доверительный разговор с интересным, эрудированным собеседником.
Здесь нет возможности обсудить все главы учебника. Завершая разговор, скажем так: «История эстетики», несомненно, займёт достойное место среди издаваемой в настоящее время учебной литературы. Она окажется необходимой прежде всего в работе вузовских преподавателей эстетики, культурологии, истории культуры и искусства, мировой худо-
жественной культуры. А для студентов философских факультетов и художественных вузов эта книга будет не только полезным пособием
при подготовке к занятиям, но и сыграет большую роль в формировании их мировоззрения, в котором эстетические взгляды, оценки, суждения, интересы и потребности должны занять важное место. Такая книга нужна работникам культуры, средств массовой информации, художественной интеллигенции. Она станет умным собеседником для каждого, кто занимается самообразованием и интересуется эстетикой.
Контактная информация
Бараш Любовь Александровна — кандидат философских наук, доцент, Сочинский филиал Российского университета дружбы народов, Российская Федерация, 354348, г. Сочи, Адлерский район,
ул. Куйбышева, 32; [email protected]

Приложенные файлы


Добавить комментарий