«Методические рекомендации к семинарским занятиям по дисциплине ОГСЭ.02 «Отечественная история» для ОУ СПО»


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ ДОНЕЦКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
«ДОНЕЦКИЙ ТРАНСПОРТНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ»
Методические указания по подготовке к семинарским занятиям
по учебной дисциплине
ОГСЭ.02 «Отечественная история»
для студентов всех специальностей

2017
Разработчик: Плисенко Е.А. преподаватель цикловой комиссии общественных дисциплин, специалист высшей квалификационной категории
В учебно-методическом пособии представлены рекомендации для студентов всех специальностей по учебной дисциплине «Отечественная история». Методические рекомендации включают в себя задания к семинарским занятиям по дисциплине, методические рекомендации по их подготовке, темы сообщений, вопросы для самостоятельной работы, списки общей и специальной литературы, хрестоматийный материал. Настоящее учебно-методическое пособие может быть использовано преподавателями данного направления подготовки, методистами.
Предназначены для студентов всех специальностей дневной формы обучения.
Данная методическая разработка рассмотрена на заседании цикловой комиссии общественных дисциплин и рекомендована к применению
Протокол № от «___» _______________2017 года
Председатель______________ / О.А.Морозова /
Содержание
1.Введение. Цели, задачи, функции семинарских занятий…………4
2.Перечень и содержание семинарских занятий…………………….5
3.Критерии оценивания……………………………………………….34
4.Приложения………………………………………………………….35
1.Введение. Цели, задачи, функции семинарских занятий
Семинарские занятия – форма активного изучения студентом учебного материала, предполагают рассмотрение той или иной проблемы на основе проработки студентами источников соответствующего материала учебников и научной литературы. Основным ориентиром в подготовке к занятию является план семинара, согласно которого студент изучает материал учебников, источники, дополнительную литературу. В ходе изучения проблемы, которая обозначена как тема семинара, записываются в отдельную тетрадь факты, их толкование, выводы со ссылкой на источники. На семинаре во время выступления студент может пользоваться конспектом, однако не рекомендуется его зачитывать.
Студент должен свободно владеть материалом. Кроме успешного обсуждения темы семинарского занятия, используется тестирование, целью которого является блиц-контроль за уровнем подготовки всей академической группы.
Критериями оценки выступления на семинаре являются: степень использования источников и научной литературы, уровень раскрытия темы, научность выводов, понимание значения исторического опыта в решении проблемы современности.
По каждой теме семинарского занятия предлагаются темы рефератов, которые либо дополняют, либо углубляют вопросы семинара.
Работу над рефератом целесообразно начинать с подбора литературы по проблеме. Студент с помощью преподавателя и консультанта отдела каталогов библиотеки ведет поиск необходимых источников и научных изданий. При этом стоит оставлять без внимания популярные и устаревшие издания.
Ознакомившись на основе подобранной литературы с содержанием проблемы, студент составляет план реферата, а после его согласования с преподавателем, начинает работать над текстом. В вводной части необходимо указать актуальность темы, ее практическое значение, степень освещения в специальной литературе. Если проблема оказалась дискуссионной, следует раскрыть сущность дискуссии, высказать и обосновать свое видение проблемы. При раскрытии темы обязательна ссылка на источники. Не забывайте, что фактический материал - основа для выводов. Там, где это уместно, надо связать исторический материал с современными проблемами.
Критериями оценки реферата являются уровень сбора источниковой базы, степень раскрытия темы, научность выводов, связь с современностью.
Количество и перечень тем семинарских занятий определяется рабочей учебной программой с дисциплины.
Каждое семинарское занятие включает вопросы для самостоятельного изучения, ключевые философские понятия и категории, проблемные вопросы, тематику рефератов, рекомендованную литературу. Оценивание работы студентов на семинарских занятиях проводится по пятибалльной системе (оценки "2", "3", "4", "5") на основании следующих параметров: самостоятельность поиска материала, активность, точность суждений, объем, уровень понимания темы, умение излагать, анализировать, доказывать, разрешать проблемные ситуации, умение формулировать и аргументированно отстаивать свою позицию, делать обобщение, вывод. На семинарском занятии оцениваются как подробные выступления студентов, так и дополнения, участие в дискуссии, обсуждении проблемного вопроса, защита рефератов и сообщений, активность. Полученные на семинарах оценки учитываются при итоговой аттестации, а также во время дифференцированного зачета.
Студенты, которые по любым причинам пропустили семинарское занятие или получили на нем неудовлетворительную оценку, обязаны выполнить задания для самостоятельной работы и самостоятельно овладеть теоретическими вопросами и практическими умениями по теме, которая была предметом этого занятия. Результаты докладываются преподавателю в часы консультации или в другое определеное им время.
2. Перечень и содержание семинарских занятий
Раздел дисциплины
Тема семинара Кол-во
часов
Раздел 2. Наш край в эпоху Средневековья (VI – начало XVI вв.) Подонцовье и Приазовье в ордынский период (XIII – І пол. XIV вв.). 2
Раздел 3. Наш край в преддверии Нового времени (середина XVI- XVII вв.) Казачество в борьбе с польской и турецко-татарской агрессией. 2
Раздел 5. Российская империя и Донбасс в эпоху капиталистической модернизации(XIX в.) Пореформенная эпоха (II пол. XIX в.). Реформы 1860-70-х гг.
Промышленный переворот. 2
Раздел 6. Донбасс в Новейшее время (ХХ – начало ХХІ вв.) Донбасс в период гражданской войны 2
Донбасс в годы Великой Отечественной войны. 2
Семинар 1.
Тема: Подонцовье и Приазовье в Ордынский период (ХIII - XIVвв.)
План изучения темы.
1.Образование Золотой Орды.
2.Монголо-татарское нашествие. Битва на Калке.
3.Распад Золотой Орды и его последствия.
4.Переход донецких земель под контроль Крымского ханства.
5.Проникновение русичей на земли Подонцовья в XIV в. 
Вопросы для самостоятельной работы:
Назовите причины военных успехов монголов.
Почему монголо-татары смогли покорить Русь, находящуюся на более высокой ступени общественного развития?
Можно ли однозначно оценить влияние Золотой Орды на развитие нашего края? Обоснуйте свой ответ.
Задание 1. Заполнить таблицу. Сравнительный анализ процессов возникновения государства у славян и монголов.
Вопросы для сравнения
Русь Монгольское государство
Время возникновения Основное занятие Органы власти Форма правления Задание 2.Проработайте термины , названия: Золотая Орда, улусы, ясыр, баскак, курултай, ордынский «выход».
Задание 3. Проработайте материалы приложения и выполните задания к ним.
Приложение 1
Фрагменты закона Чингисхана
1.Кто лжет с намерением или волхвованием, или кто подсматривает за поведением другого, или вступается между двух спорящих и помогает одному против другого... предается смерти.
2. Кто возьмет товар и обанкротится, потом опять возьмет товар и опять обанкротится, того предать смерти после третьего раза.      
3. Кто даст пищу или одежду полоненному без позволения полонивших, тот предается смерти.      
4. Кто найдет бежавшего раба или убежавшего пленника и не возвратит его тому, у кого он был в руках, подвергается смерти.     
 5. Он  поставил уважать все исповедания, не отдавая предпочтения ни одному.      
6. Если кто проезжает подле людей, когда они едят, он должен сойти с коня, есть с ними без их позволения, и никто из них не должен запрещать ему это.      
7. Он запретил им опускать руку в воду и велел употреблять что-нибудь из посуды для черпания воды.     
 8. Он запретил им мыть их платье в продолжение ношения, пока совсем не износится.      
9. Он предписал, чтобы женщины, сопутствовавшие войскам, исполняли труды и обязанности мужчин, в то время как последние отлучались на битву.      
10. Он предписал им представлять в начале каждого года всех своих дочерей султану (хану), чтобы он выбрал для себя и для своих детей.      
11. Он предписал... учреждение постоянных почт...      
12. Тот, у кого найдется украденная лошадь, обязан возвратить ее хозяину с прибавкой девяти таких же лошадей; если он не в состоянии уплатить этого штрафа, то вместо лошадей брать у него детей, а когда не было детей, то самого зарезать как барана.      
13. Запрещается заключать мир с монархом, князем или народом, пока они не изъявили полной покорности.      
14. Закон о браке предписывает, что мужчина должен выкупать себе жену и что браки первой и второй степени родства не допускаются. Мужчине предоставляется (право) жениться на двух сестрах или иметь несколько наложниц... Мужчинам разрешается заниматься только войной и охотой.
      Задание к документу: сгруппируйте положения закона, которыми должны были руководствоваться жители империи, в составленную самостоятельно таблицу, которая должна содержать следующие графы:    
а) общественные отношения;      
б) семейные отношения;     
в) быт;     
 г) взаимоотношения с покоренным населением.
Ответьте на вопросы:
1.Какие выводы вы можете сделать об общественном устройстве монгольского государства?
2.Что дает такая жесткая регламентация жизни монгольского общества?
Приложение 2
Войско монголов.
           Монгольской армии не требовалось длительной подготовки к войне. Сам образ жизни кочевника располагал  к тому, чтобы в любое время оседлать коня и выступить в поход. Жилища монголов были полностью приспособлены для длительного пути. При перекочевке или военной экспедиции тратилось не более часа на установку войлочной юрты и еще меньше — на её разборку и упаковку на спине вьючного верблюда.       Некоторые шатры и кибитки не разбирались, а водружались на колёсные повозки, запряженные быками. Такие передвижные жилища следовали за неисчислимыми табунами и отарами, которые хозяева ежегодно перегоняли с зимних пастбищ на летние и обратно.
         Семьи воинов могли сопровождать и  наступающую армию. В походные стойбища, что располагались неподалёку от мест сражении и осад, монгольские богатыри сносили военную добычу; они не заботились о пропитании и не разлучались надолго с женами и детьми, потому что семьи часто находились рядом. С юных лет мальчишки вдыхали дым дорожных костров и боевых пожарищ, наблюдали за военными действиями, учились обращаться с лошадьми и оружием — и в итоге вырастали крепкими и мужественными бойцами.
        Подготовленность своих воинов — прирожденных наездников к военным походам Чингисхан дополнил установлением в войске жесточайшей дисциплины и введением особых приемов боя.
        Все монголы были разделены на десятки, сотни, тысячи и тумены (10 тысяч). Во главе их стояли десятники, сотники, тысячники и темники. Созданный Чингисханом закон — яса устанавливал коллективную ответственность за поведение в бою. Если воин трусил, бежал от врага,— казнили весь десяток. За бегство десятка казнили всю сотню. Десяток состоял из членов одного рода, хорошо знавших друг друга. Трусливый, ненадежный просто не попадал в воины. Ему не было доли в добыче, он был навеки опозорен, он превращался в изгоя. Поэтому в бою монголы были отважны и упорны.
       Войско состояло из легкой и тяжелой конницы. Легкие всадники были одеты в кожаные доспехи, имели кривую саблю, боевой топор, аркан, легкое копье и два лука — для стрельбы легкими и тяжелыми стрелами. У каждого воина было два колчана по 30 стрел. Воины тяжелой конницы, помимо всего перечисленного, имели длинное колье, прямой меч, железный шлем и кольчугу. Кони их были защищены кожаными доспехами.       В бою легкая конница атаковала первой, а затем ложным отступлением заманивала уверенного в своей победе противника под удар главных сил. Передвигались монголы стремительно, пересаживаясь в пути на свежих коней.
      По закону Чингисхана, у каждого воина было не менее трех лошадей. В Китае монголы познакомились с осадной техникой. Впоследствии, штурмуя города, они использовали тараны и камнеметательные машины, которые обслуживали китайские инженеры.
       Любимым оружием монголов был лук. Натягивая тугую тетиву до уха, воины поражали цели на расстоянии сотен метров. У многих имелись копья и сабли, обязательной принадлежностью кочевника и в повседневной жизни, и в бою считался аркан.
      Обычно кочевое войско делилось на три части: центр и два фланга. Когда начиналось сражение, центр притворно отступал, заманивая противника, и если тот углублялся в монгольские позиции, в  предвкушении победы теряя осторожность, то фланги наносили удар с двух сторон, а центр разворачивался и возобновлял битву. 
Ответьте на вопросы:
1.Какие факты свидетельствуют о высокой организации воинской дисциплины монголов?
2.Можно ли утверждать о непобедимости войска монголов? Обоснуйте ответ.
Приложение 3.
ДЖИОВАННИ ДЕЛЬ ПЛАНО КАРПИНИ «ИСТОРИЯ МОНГАЛОВ» (итальянский францисканец, первым из европейцев, до Рубрука и Андре де Лонжюмо, посетивший Монгольскую империю и оставивший описание своего путешествия).
§ I. О разделении войск. О разделении войск скажем таким образом: Чингис-кан приказал, чтобы во главе десяти человек был поставлен один (и он по-нашему называется десятником), а во главе десяти десятников был поставлен один, который называется сотником, а во главе десяти сотников был поставлен один, который называется тысячником, а во главе десяти тысячников был поставлен один, и это число называется у них тьма. Во главе же всего войска ставят двух вождей или трех, но так, что они имеют подчинение одному. Когда же войска находятся на войне, то если из десяти человек бежит один, или двое, или трое, или даже больше, то все они умерщвляются, и если бегут все десять, а не бегут другие сто, то все умерщвляются; и, говоря кратко, если они не отступают сообща, то все бегущие умерщвляются; точно так же, если один или двое, или больше смело вступают в бой, а десять других не следуют, то их также умерщвляют, а если из десяти попадают в плен один или больше, другие же товарищи не освобождают их, то они также умерщвляются.
§ III. О хитростях при столкновении
1.Когда они желают пойти на войну, они отправляют вперед передовых застрельщиков 119 (praecursores), у которых нет с собой ничего, кроме войлоков, лошадей и оружия. Они ничего не грабят, не жгут домов, не убивают зверей, и только. ранят и умерщвляют людей, а если не могут иного, обращают их в бегство; все же они гораздо охотнее убивают, чем обращают в бегство. За ними следует войско, которое, наоборот, забирает все, что находит; также и людей, если их могут найти, забирают в плен или убивают. Тем не менее, все же стоящие во главе войска посылают после этого глашатаев, которые должны находить людей и укрепления, и они очень искусны в розысках.
2.Когда же они добираются до рек, то переправляются через них 120, даже если они . и велики, следующим образом: более знатные имеют круглую и гладкую кожу, на поверхности которой кругом они делают частые ручки, в которые вставляют веревку и завязывают так, что образуют в общем некий круглый мешок, который наполняют платьями и иным имуществом, и очень крепко связывают; после этого в середине кладут седла и другие более жесткие предметы; люди также садятся в середине. И этот корабль, таким образом приготовленный, они привязывают к хвосту лошади и заставляют плыть вперед, наравне с лошадью, человека, который бы управлял лошадью. Или иногда они берут два весла, ими гребут по воде и таким образом переправляются через реку, лошадей же гонят в воду, и один человек плывет рядом с лошадью, которою управляет, все же другие лошади следуют за. той и таким образом переправляются через воды и большие реки. Другие же более бедные имеют кошель из кожи, крепко сшитый; всякий обязан иметь его. В этот кошель, или в этот мешок, они кладут платье и все свое имущество, очень крепко связывают этот мешок вверху, вешают на хвост коня и переправляются, как сказано выше.
3.Надо знать, что всякий раз как они завидят врагов, они идут на них, и каждый бросает в своих противников три или четыре стрелы; и если они видят, что не могут их победить, то отступают вспять к своим; и это они делают ради обмана, чтобы враги преследовали их до тех мест; где они устроили засаду; и если их враги преследуют их до вышеупомянутой засады, они окружают их и таким образом ранят и убивают. Точно так же, если они видят, что против них имеется большое войско, они иногда отходят от него на один или два дня пути и тайно нападают .на другую часть земли и разграбляют ее; при этом они убивают людей и разрушают и опустошают землю. А если они видят, что не могут сделать и этого, то отступают назад на десять или на двенадцать дней пути. Иногда также они пребывают в безопасном месте, пока войско их врагов не разделится, и тогда они приходят украдкой и опустошают всю землю. Ибо в войнах они весьма хитры, так как сражались с другими народами уже сорок лет и даже более.
Ответьте на вопросы:
1.Какие факты свидетельствуют о высокой организации воинской дисциплины монголов?
2.Можно ли утверждать о непобедимости войска монголов? Обоснуйте ответ.
Задание 4. Вопросы для контроля и самоконтроля:
1.Постарайтесь раскрыть причины, по которым русские княжества потерпели поражение в борьбе против нашествия монголо-татарских войск.
2.Как осуществлялась власть Золотой Орды над Русью? Что в её осуществлении было, на ваш взгляд, необычным? С чем это было связано? Каковы были политические, экономические и социальные  последствия  становления монголо-татарского ига на Руси?
Задание 5. Вопросы для обсуждения
1)Прокомментируйте высказывание. «Монголо-татары пронеслись над Россией подобно туче саранчи, подобно урагану, сокрушающему все, что встречалось на его пути. Они разоряли города, жгли деревни, грабили… Именно в это злосчастное время, длившееся около двух столетий, Россия и дала обогнать себя Европе» (А.И.Герцен).
2)  Назовите особенности политического, экономического устройства Золотой Орды.
3)  В чем особенность зависимости Руси от Золотой Орды? Являлась ли Русь частью Золотой Орды?
4)  Как изменилась жизнь на Руси после установления монголо-татарского ига?
5)  Выскажите собственное мнение, как данные перемены отразились на развитии русских княжеств и нашего края?
4.Подготовить сообщение на темы:
1.Отношения между Золотой Ордой и Русью.
2.Золотая Орда при Узбек-хане.
3.Экономическая жизнь на территории нашего края в золотоордынский период.
Оценивание:
- активное участие в беседе – максимальное количество баллов – 2б.,
- выступление с информацией – 2б.,
- участие в дискуссии – 1б.;
- понимание исторической терминологии и активное ее использование в процессе обсуждения – 1б.;
- умение анализировать факты, исторические документы, на их основе делать обобщения и выводы – 2б.;
- работа с исторической картой: знание легенды карты, умение ориентироваться по карте – 1б.;
- творческий подход: использование при обсуждении иллюстраций, слайдов – 1б.
Итоговое оценивание за работу на семинаре:
Оценка «5» - 9-10 баллов;
Оценка «4» - 7-8 баллов;
Оценка «3» - 5-6 баллов;
Оценка «2» - 0-4 баллов.
Литература:
1. Бреков И.Б., Мир истории: Русские земли в 13-15 вв. М.: “Молодая гвардия” 1988;
2. Карамзин М.М., История государства Российского, М.: 1991;
3. Каргилов В.В., Монголо-татарское нашествие на Русь, М.: 1966г;
4. Ключевский В.О., Курс русской истории, М.: Том 2, 1959;
5. Кулепов Г.В., Наше Отечество, М.: “Терра” 1991;
6. Пресляков А.Е., Российские самодержцы, М.: "Книга" 1990;
7. Соловьев С.М., Чтения и рассказы по Истории России, М.: "Книга" 1990.
Семинар 2.
Тема: Совместная борьба запорожских и донских казаков с польской и турецко-татарской агрессией.
План изучения темы.
1.Период «героических походов» казаков (1600-1621гг.).
2.Азовское сидение 1637-1642 гг.
3.Казачество в Национально-освободительной войне против Речи Посполитой (1648-1651гг.).
4.Азовские походы русской армии и казаков (1695-1696 гг.). Выход России к Азовскому морю.
При изучении темы обратить внимание на следующие вопросы:
1.Каковы особенности организации казацкого войска?
2.Почему историки говорят о военном искусстве казаков? Докажите примерами.
3.В чем заключается значение «Азовского сидения»?
4.Назовите причины сокращения численности постоянного (славянского) населения по рекам Северский Донец и Оскол.
5.Почему Петр 1 в Азовских походах прибег к помощи казачества?
6.Какова роль казачества при взятии Азова?
7.Почему Петр1 повел себя несправедливо, даже жестоко, по отношению к казакам?
Задание 1. Проработайте основные термины и понятия: национально-освободительная война, казак, струги, чайки, «Азовское сидение», полонизация, окатоличивание.
Задание 2. Составьте хронологию событий Азовских походов русской армии и казаков (1695-1696 гг.).
Задание 3. Составить сравнительную таблицу по самостоятельно выбранным критериям « Общее и отличительное в запорожском и донском казачестве».
Задание 4. Проработайте приложения и выполните задания.
Приложение 1 Евграф Савельев «История казачества с древнейших времен до конца XVIII века».
«Битва была страшная и ужасная. Казаки, как степные орлы, налетели на турецкий флот со всех сторон, потопили и сожгли много судов, схватываясь с ними на абордаж, остальные рассеяли и обратили в бегство. Эта битва стоила туркам очень дорого: кроме сгоревших и утонувших, они потеряли до 2 тыс. убитыми. Казаки взяли в плен 270 человек и одного агу. Из судов в бою взято 10 полугалер, а 10 больших судов, загнанные на мель, сдались. На захваченных судах найдено 50 тыс. червонцев, сукна на 4 тыс. человек, множество военного снаряжения, 70 медных пушек, 3000 бомб, 4 тыс. гранат, 80 бочек пороха, большое количество свинцу, сабель и другого оружия. Эта первая победа, победа не русского флота, а донских казаков, была торжественно отпразднована. Деньги, сукно и разную мелкую добычу царь пожаловал храбрым своим сподвижникам – казакам, а снаряды и оружие велел обратить в казну».
«Донские казаки, которым была обещана денежная награда, взяли при помощи своего казацкого "розмысла" (подкопов) две каланчи (укрепления, башни, хорошо оборудованные артиллерией), построенные турками по обоим берегам Дона выше Азова. В этих каланчах и в новопостроенной крепости Сергиевской, против Азова, царь оставил 3 тыс. гарнизон под командой воеводы Акима Ржевского.
На казаков же была возложена обязанность оказывать этому гарнизону помощь в случае нападений неприятеля. Словом, вся тяжесть от мщения сильного и раздраженного врага легла на казаков».
«Казаки за свои подвиги не получили от Москвы ничего, кроме строгих требований "чинить промыслы под ногайские улусы, под Темрюк и оказывать всеми силами помощь Азову, Сергиеву, Каланчам и Лютику". А между тем бездарные иностранцы, бывшие конюхи и матросы, которых царь величал своими друзьями и сподвижниками, пользовались его полным доверием, получили за взятие Азова высшие награды и сделались первыми участниками его триумфального въезда в Москву 30 сентября 1696 г. В длинном поезде выступали иностранцы – военноначальники, про которых под Азовом мало было слышно, на богато украшенных, в древнегреческо-римском вкусе, лошадях или экипажах. Адмирал Лефорт ехал в царских санях, запряженных шестериком, и т.д. Мало того, в бытность в Черкасске в 1695 г., царь отобрал у донских казаков грамоту Грозного царя о признании Дона самостоятельным государством, пожалованную донцам за подвиги при взятии Казани в 1552 г.».
Ответьте на вопросы:
1.Существовало ли у казаков «военное искусство»? Аргументируйте ответ.
2.Насколько значимым было участие казачества в походах Петра 1?
3.Почему «награда» русского царя не отвечала заслугам казаков?
Приложение 4 Рагунштейн А. Г. За три моря за зипунами. Морские походы казаков на Черном, Азовском и Каспийском морях
«Казачество, возникшее на пограничных землях России и Польши, впитало в себя многие традиции прежнего времени. Располагаясь в пограничной полосе земель в долинах великих рек — Днепра и Дона, казаки долгое время выполняли функцию своеобразного щита от нападений кочевников и экспансии Османской империи. Однако казачество отнюдь не ограничивалось банальной обороной рубежей. С первых же годов своего существования они старались нанести противнику как можно больший урон на его собственной территории. Благодаря судостроительным традициям, унаследованным из древнерусской эпохи, они смогли совершать не только небольшие набеги на близлежащие земли, но и совершать дальние походы к берегам Анатолии. Походы, как тогда говорили, «за зипунами» стали обычным явлением повседневной жизни XVI–XVII веков. Грабежи вражеского побережья воспринимались через призму борьбы с мусульманской экспансией и потому находили оправдание у значительной части общества».
Ответьте на вопрос:
1.Среди отдельных историков бытует мнение, что казаки мало чем отличались от разбойников. Вы согласны с этим? Обоснуйте.
В подготовке к семинару используйте материал Приложения 1
Задание 5 для контроля и самоконтроля:
1.Цель России в Азовских походах:
а) разгром Крымского ханства;
б) борьба за выход к южным морям;
в) заключение мира с Османской империей.
2.Вставить пропущенные даты и слова.
Первый поход в Азов в ...(1) году оказался...(2) потому что русские не имели...(3) а турки подвозили подкрепление и припасы...(4) путем. Правильно оценив причины неудачи, Петр стал строить под ...(5) военно -.. .(6) В мае...(7)г. 23 ...(8) и 4 бандера спустились по реке...(9) к Азову. Турок блокировали с суши и ...(10) Командовал стрелецкими и солдатскими полками...(11)Крепость не пришлось штурмовать. Азов сдался. Петр начал строить планы расширения войны с...(12) Поиск союзников в Европе стал официальной целью...(13), которое отправилось за рубеж весной ...(14)г. 
3.К чему привели Азовские походы Петра 1?
а. К военному поражению Турции.
б. К присоединению Крыма к России.
в. К установлению контроля над черноморскими проливами.
г. К завоеванию Азова и части побережья Азовского моря.
Ключ к тесту 2:
1 - 1695 2 - неудачным 3 - флота 4 - морским (водным) 5 - Воронежем 6 - морской флот 7 - 1696 8 - галеры 9 - Дон (по Дону) 10 - моря 11 - Ф. Лефорт 12 - Турцией 13 - Великого посольства 14 – 1697
Задание 6.Подготовить сообщение на темы:
1.Военное искусство казаков.
2.Казаки, прославившиеся в военном искусстве.
Задание 7.Напишите эссе:
1.Оправдывает ли жизнь казачества сущность термина «казак»?
Оценивание:
- активное участие в беседе – максимальное количество баллов – 2б.,
- выступление с информацией – 2б.,
- участие в дискуссии – 1б.;
- понимание исторической терминологии и активное ее использование в процессе обсуждения – 1б.;
- умение анализировать факты, исторические документы, на их основе делать обобщения и выводы – 2б.;
- работа с исторической картой: знание легенды карты, умение ориентироваться по карте – 1б.;
- творческий подход: использование при обсуждении иллюстраций, слайдов – 1б.
Итоговое оценивание за работу на семинаре:
Оценка «5» - 9-10 баллов;
Оценка «4» - 7-8 баллов;
Оценка «3» - 5-6 баллов;
Оценка «2» - 0-4 баллов.
Литература:
1. Кулепов Г.В., Наше Отечество, М.: “Терра” 1991
2.Лунин Б.П. Очерки истории Подонья-Приазовья. Книга II' - Ростов-на-Дону: Ростиздат, 1951
3. Пресляков А.Е., Российские самодержцы, М.: "Книга" 1990
4. Рагунштейн А. Г. За три моря за зипунами. Морские походы казаков на Черном, Азовском и Каспийском морях (а.с. Морская летопись.)
5.Савельев Е. История казачества с древнейших времен до конца XVIII века. Историческое исследование в трех частях.
6. Соловьев С.М., Чтения и рассказы по Истории России, М.: "Книга" 1990.
Семинар 3.
Тема: Пореформенная эпоха (вторая половина ХІХ в.)
План изучения темы.
1.Крестьянская реформа и особенности ее осуществления в нашем крае.
2. Промышленный переворот.
3. Развитие местного самоуправления.
4. Население края.
5. Политизация общества.
При изучении темы обратить внимание на следующие вопросы:
1.Сельское хозяйство. Освобождение помещичьих и других категорий крестьян от крепостной зависимости.
2.Промышленный переворот. Развитие тяжелой промышленности, строительство железных дорог. Роль иностранного капитала. Внутренняя и внешняя торговля. Развитие банковско-кредитной системы. Формирование местной предпринимательской элиты.
3.Развитие местного самоуправления. Земская и городская реформы. Органы местного самоуправления. Роль земств в социально-экономическом развитии края.
4.Изменение национального состава населения Донбасса. Рост численности городского населения. Формирование рабочего класса и особенности его состава. Возникновение социал-демократических и других политических организаций.
Вопросы для самостоятельной работы:
Какие факты говорят об успешном развитии промышленности в пореформенные годы?
В чем особенности промышленного развития края? Чем их можно объяснить?
Какое влияние промышленное развитие оказывало на жизнь города?
Какие на этом этапе возникают новые социальные слои?
Расскажите о железнодорожном строительстве. Почему оно способствовало промышленному перевороту?
Какие отрасли промышленности связаны с железнодорожным строительством?
Почему правительство уделяло наибольшее внимание развитию тяжелой промышленности?
Почему рост производства в сельском хозяйстве был менее успешен, чем в промышленности?
Чем капиталистическое сельское хозяйство отличается от крепостнического?
Что означала перестройка помещичьего хозяйства на рыночных началах? Какие трудности возникали при этом?
Какие изменения произошли в положении и социальном составе крестьянства?
Что такое крестьянская община? Какую роль она играла в жизни села?
Проследите связь между положениями реформы 1861 г. и развитием сельского хозяйства в 1860–1870-х гг.
Какую роль в развитии сельского хозяйства играла аренда? Почему ее нельзя рассматривать как меру капиталистического переустройства сельского хозяйства?
Что тормозило развитие крестьянских хозяйств в пореформенное время?
Как вы считаете, была ли завершена крестьянская реформа? Ответ аргументируйте.
Какую роль в подъеме российской экономики сыграли преобразования в финансовой сфере?
Задание 1. Проработать основные термины и понятия: крестьянская община, отрезки, выкупная операция, буржуазные реформы, земства, мировой суд, присяжные заседатели, всеобщая воинская повинность, отработочная система хозяйства, социальный строй, экономический строй, феодализм, капитализм, буржуазия, пролетариат, отрезки, выкуп, помещик, уставная грамота, «временнообязанные» крестьяне.
Задание 2. Какие причины обосновали необходимость отмены крепостного права? Есть ли единая точка зрения по этому вопросу?
Первая точка зрения. Предпосылками буржуазных реформ являются: экономические прцессы, в том числе рост промышленности, внутренней и внешней торговли, которые разрушали феодальную систему и создавали предпосылки капитализма. социальная напряженность на рубеже 1850-1860-х гг., которая выразилась в росте крестьянских выступлений и протестах радикально настроенных представителей общества.
Вторая точка зрения. Ее сторонники считают, что крепостничество еще не исчерпало себя, антиправительственные выступления были крайне неактивны и не носили революционный характер. Однако, сохраняя крепостное право, она могла потерять статус великой державы, так как не могла соперничать с индустриальными державами, что доказано поражением в Крымской войне. К тому же, Россия оставалась единственной страной в Европе, где еще сохранялось крепостное право.
- Какую точку зрения вы склонны поддержать и почему?
Задание 2. Подумайте и сформулируйте, как могла повлиять отмена крепостного права на развитие капитализма в экономике нашего края.
1.Выяснить уровень развития сельского хозяйства в пореформенное время.
2.Выяснить уровень развития промышленности в пореформенное время.
3.Выяснить уровень железнодорожного строительства в пореформенный период.
4.Охарактеризовать состояние финансового дела.
Задание 3. Заполните таблицу « Черты феодального и капиталистического строя, существовавшие в России во второй половине 19 века», распределив следующие факты : сохранение отработочной системы, открытие Госбанка, выкупные платежи, освобождение крестьян, строительство железных дорог, завершение промышленного переворота, сохранение крестьянской общины, рост городов, сохранение помещичьего землевладения, увеличение торгового оборота, аренда земли крестьянами, «временнообязанные» крестьяне.
Феодальные пережитки Капиталистический характер развития
В подготовке к семинару используйте материал Приложения 1
Задание 4. Тест для самоконтроля
1. В России промышленный переворот в основном завершился
1) в 40-е гг. XIX в.; 2) в 50-е гг. XIX в.; 3) к 60-м гг. XIX в.; 4) к 80-м гг. XIX в.
2. Развитию капитализма в России во второй половине XIX в. способствовало:
1) освобождение крестьян от крепостной зависимости.
2) распространение отработок.
3) сохранение временнообязанных отношений.
4) существование крестьянской общины.
3. Российская промышленность в пореформенный период характеризуется
1) началом промышленного переворота
2) ликвидацией старых промышленных районов
3) быстрыми темпами развития
4) запретом на использование иностранного капитала
4. Какие из перечисленных ниже явлений свидетельствовали о сохранении пережитков крепостничества в сельском хозяйстве в России (нашем крае) после отмены крепостного права? Укажите два верных положения из четырех предложенных.
1) выкупные платежи 2) право крестьян покупать землю
3) сохранение помещичьего землевладения 4) отработочная система
5. Чем объяснялось развитие отечественного предпринимательства в 60-70-х гг. XIX в.?
1) невмешательством государства в экономику
2) свободным обращением иностранных денег
6. Годы царствования Александра II:
1) 1815-1855 гг. 2) 1825-1855 гг. 3) 1801-1825 гг. 4) 1855-1881 гг.
7. Что свидетельствовало о технико-экономической отсталости России середины XIX в.?
1)сохранение самодержавия 2) поражение в Крымской войне
3) существование цензуры 4) существование сословий
8. Сохранение после отмены крепостного права помещичьего землевладения, временнообязанного состояния крестьян:
1) способствовало переходу общества от традиционного к индустриальному;
2) тормозило развитие капитализма в сельском хозяйстве;
3) свидетельствовало о сохранении крепостнических порядков;
4) способствовало быстрому переходу помещичьих хозяйств на путь капитализма.
Задание 5.Подготовить сообщение на темы:
1.Порядок совершения выкупной сделки.
2. Почему Земская реформа являлась либеральной?
Оценивание:
- активное участие в беседе – максимальное количество баллов – 2б.,
- выступление с информацией – 2б.,
- участие в дискуссии – 1б.;
- понимание исторической терминологии и активное ее использование в процессе обсуждения – 1б.;
- умение анализировать факты, исторические документы, на их основе делать обобщения и выводы – 2б.;
- работа с исторической картой: знание легенды карты, умение ориентироваться по карте – 1б.;
- творческий подход: использование при обсуждении иллюстраций, слайдов – 1б.
Итоговое оценивание за работу на семинаре:
Оценка «5» - 9-10 баллов;
Оценка «4» - 7-8 баллов;
Оценка «3» - 5-6 баллов;
Оценка «2» - 0-4 баллов.
Литература
Отечественная история: методические указ. к сам. работе студентов. Ч. 1 / Отв. за вып. А.А. Саржан – Донецк: ДонНТУ, 2015. – 103 с.
Бунтовский, С. Ю. История Донбасса:научно-популярное издание / С.Ю.Бунтовский. - Донецк: «Донбасская Русь», 2015 - 402 с.
Лях Д., Никольский В., Нестерцова С. История родного края. Часть 2. / Д.Лях, В.Никольский, С.Нестерцова. – Донецк: Кардинал, 1999. – 343 с.
Баклагина Р.А. Деятельность акционерных обществ в Донбассе во второй половине XIX - нач. XX вв., созданных с участием иностранного капитала/ Р.А. Баклагина // Летопись Донбасса. – Донецк: Донбас, 1992.– Вып. 1. – С. 36 - 39.  
Ляшенко В.Г. Торгово-промышленная буржуазия Донбасса в 1861 - 1917 гг. / В.Г.Ляшенко // Летопись Донбасса. – Донецк: Донбас, 1992. – С. 33-35.  
Темир С.К. Культурно-бытовые и хозяйственные процессы в Приазовье в к. XIX — нач. XX вв. / С.К. Темир // Летопись Донбасса. – Донецк: Донбас, 1992.– Вып. 1. – С. 105 - 111.  
Семинар 4.
Тема: Донбасс в период гражданской войны
План изучения темы
1.Красная гвардия (Армия) в борьбе с украинскими государственными образованиями и «белым» движением за власть Советов. К.Ворошилов. Н.Махно.
2.Иностранная военная интервенция.
3.ДКСР в противостоянии с немецкими оккупантами. Ф.А.Сергеев (Артём).
4.Создание Донецкой губернии. ДОНТА. Промышленность Донбасса в условиях «военного коммунизма».

При изучении темы обратить внимание на следующие вопросы:
1.Почему Донбасс стал ареной острой борьбы разных политических сил?
2.Донецко-Криворожская советская республика: миф или реальность?
3.Чем была обеспечена победа большевиков в нашем регионе?
4.Определите роль личности в событиях этого периода в Донбассе.
5.Какова роль ДОНТА в развитии нашего края?
Задание 1.Проработать основные термины и названия: гражданская война, ДОНТА, интервенция, «военный коммунизм», продразверстка, «зеленые», «красные», «белые», ДКР.
Задание 2. Проанализируйте воспоминания Антона Деникина.
«На этом направлении сосредоточено было особое внимание Москвы: там бился пульс хозяйственной жизни страны. И Бронштейн-Троцкий в своих приказах-воззваниях неустанно призывал «пролетариат... вперёд — на борьбу за советский уголь»: «В первую голову нам нужен уголь. Фабрикам, заводам, железным дорогам, пароходам, домашним очагам смертельно нужен уголь... В Донецком бассейне зарыт великий клад, от которого зависит благополучие, процветание и счастье всей страны. Этот клад необходимо добыть с оружием в руках».
«Народ встречал их с радостью, на коленях, а провожал с проклятиями...» Так формулируют часто приговор над белым прошлым. С проклятиями!.. Не потому ли, что мы — побеждённые — уходили, оставляя народ лицом к лицу с советской властью? Ведь следовавшие за нами большевики не вносили умиротворения; их правление было жестоким, их совдепы, чека и прочие институты не были гуманнее, справедливее «буржуазно-помещичьих губернаторов»; суды большевистские были беззаконны и бессмысленны; народу при большевиках не становилось ни легче, ни сытнее; наконец, Красная армия приносила гораздо более разорения, чем Белая...»
«На Западном фронте в совершенно исключительной обстановке корпус генерала Май-Маевского вёл „железнодорожную войну“, применяя особые методы тактики ввиду подавляющего превосходства сил противника. Пользуясь густою сетью железных дорог Донецкого бассейна, он занимал небольшими отрядами важнейшие пункты по линии фронта и держал в тылу на узловых станциях бронепоезда и в вагонах подвижные резервы, которые бросались в угрожаемом направлении с тем, чтобы на другой день, иногда в тот же, переброситься в противоположный конец фронта.
У противника создавалось впечатление нашей силы на всех направлениях, но это были одни и те же люди, бессменно, изо дня в день, дерущиеся то там, то здесь, отдыхающие в пути, в вагоне, потерявшие представление о времени суток, истомлённые физически, но полные мужества. Недели, месяцы по всему фронту гремели выстрелы, станции переходили из рук в руки, лилась кровь, добровольческие части таяли, но продолжали бороться. Волна советских войск, захлестнувшая уже Северную Таврию, заливавшая Донецкий бассейн, спадала опять, разбитая и распылённая».
Задание 3. Ознакомьтесь с документальными материалами, сделайте выводы из прочитанного.
Из воспоминаний участника гражданской войны В.Воробьева:
«…Весной 1919 г. белая армия Деникина шла на Москву и подошла к Константиновке. В Краматорске была база бронепоездов, а командовал бронепоездами т.Сиркен. Он вел ремонт наших бронепоездов на Старо-Краматорском машзаводе. Положение угрожающее: если белые возьмут Дружковку, то бронепоезда наши погибнут. Сиркен вызвал комиссара Лебедева и сказал: «За три дня мы сможем закончить ремонт 4-х бронепоездов. Если задержим белых и не допустим их до Дружковки, то бронепоезда войдут в строй. Иначе придется их взрывать самим на месте. Что скажет на это комиссар?» «Все ясно! Любой ценой надо задержать белых, и задание будет выполнено».
Собрали с 4-х бронепоездов команду, и комиссар на бронепоезде им. Ленина направился на Константиновку. Задание было выполнено: белых не только задержали, но и отогнали на несколько километров назад. Комиссар Лебедев проявил героизм, был впереди всех и погиб в этом бою».
В 1918 году на Луганском паровозостроительном заводе были построены бронепоезда «Коммунист» и «Гроза».
«За считанные дни луганские рабочие построили бронепоезд, получивший название «Коммунист». Впереди и сзади паровоза поставили бронеплощадки – обычные четырёхосные платформы, обитые второй деревянной стенкой. Пустоту между стенками засыпали песком. И стали платформы «бронированными» площадками. На них разместили артиллерийское и пулемётное вооружение, средства управления боем. Впереди и сзади прицепили платформы, чтобы предупреждать подрыв бронепоезда на минах и фугасах. На эти платформы уложили строительные материалы и инструменты, необходимые для восстановления и ремонта путей. Конечно, это была несколько примитивная, но довольно грозная, впечатляющая крепость на колёсах. Следом за «Коммунистом» на заводе была построена «Гроза». Почти все их создатели стали членами команд бронепоездов».
Участник гражданской войны И. П. Зайцев вспоминал позднее о боях с белогвардейцами:
«19 марта 1919 года при отходе наших войск из Авдеевки мне было дано задание остаться в хуторе Бердичи, неподалеку от разъезда Галушкино, и взорвать небольшой железнодорожный мост, чтобы преградить путь белогвардейскому бронепоезду «Иван Калита». Перед рассветом под самым носом у врага мне удалось подползти к мосту, заложить 5 пироксилиновых шашек, зажечь шнур и серьёзно повредить мост». Второй раз т И. П. Зайцев вместе с Картамышевым неподалеку от Авдеевки взорвали обе колеи железнодорожного пути, ведущего на Ясиноватую. Бронепоезда «За власть Советов» и «Карл Либкнехт» открыли огонь по станции. Белогвардейцы в панике начали отступать, пытались увести свой бронепоезд, но он потерпел крушение на взорванных путях и был захвачен. В марте 1919 года машинист Д. Будник вместе помошником П. Бондаренко сумел увести в освобожденную Авдеевку оставленный белогвардейцами бронепоезд «Генерал Корнилов». Железнодорожный участок Гришино – Авдеевка охранял бронепоезд «Коммунист». Изрешеченный осколками, искореженный взрывами снарядов, он несколько раз ремонтировался после боев в Авдеевском депо. Дни и ночи трудились кузнецы, клепальщики, слесари. Машинистом паровоза стал авдеевец А. К. Проценко, командиром бронепоезда - Я. Усатов».
Задание 4. Составьте текстовую таблицу «Донбасс в Гражданской войне», отразив последовательность основных событий.
Дата Противоборствующие силы Личности Основные события Результат
Задание 4. Подготовить сообщения:
1. Политика «военного коммунизма».
2. Махновское движение.
3. «Красный» террор – «Белый» террор.
Задание 5.Написать эссе:
1.Трагедия Гражданской войны: мой взгляд.
2.В чем я вижу уроки Гражданской войны.
В подготовке к семинару используйте материал Приложения 1
Оценивание:
- активное участие в беседе – максимальное количество баллов – 2б.,
- выступление с информацией – 2б.,
- участие в дискуссии – 1б.;
- понимание исторической терминологии и активное ее использование в процессе обсуждения – 1б.;
- умение анализировать факты, исторические документы, на их основе делать обобщения и выводы – 2б.;
- работа с исторической картой: знание легенды карты, умение ориентироваться по карте – 1б.;
- творческий подход: использование при обсуждении иллюстраций, слайдов – 1б.
Итоговое оценивание за работу на семинаре:
Оценка «5» - 9-10 баллов;
Оценка «4» - 7-8 баллов;
Оценка «3» - 5-6 баллов;
Оценка «2» - 0-4 баллов.
Литература
Отечественная история: методические указ. к сам. работе студентов. Ч. 1 / Отв. за вып. А.А. Саржан – Донецк: ДонНТУ, 2015. – 103 с.
Бунтовский, С. Ю. История Донбасса:научно-популярное издание / С.Ю.Бунтовский. - Донецк: «Донбасская Русь», 2015 - 402 с.
Лях Д., Никольский В., Нестерцова С. История родного края. Часть 2. / Д.Лях, В.Никольский, С.Нестерцова. – Донецк: Кардинал, 1999. – 343 с.
Летопись Донбасса. – Донецк: Донбас, 1992 - 1994. – Вып. 1, 2.  
Семинар 5.
Тема: Донбасс в годы Великой Отечественной войны
План изучения темы
1.Нападение немецко-фашистской коалиции на СССР. Донбасс в планах гитлеровского командования. Мобилизация всех сил на отпор врагу. Эвакуация на восток.
2. Оборонительные бои Красной Армии на подступах к Донбассу. Оккупация Донбасса.
3.«Новый порядок» немецко-фашистских оккупантов в Донбассе.
4.Борьба советских партизан и подпольщиков в Донбассе.
5.Донбасская наступательная операция Красной армии. Освобождение Донбасса от немецко-фашистских захватчиков.
При изучении темы обратить внимание на следующие вопросы:
1.Договор о ненападении между СССР и Германией получил в исторической литературе название? Как повлиял (если повлиял, то, каким образом) данный документ на ход дальнейших событий?
2. Какой план разработали фашисты в конце 1940 г., готовясь к нападению на СССР?
3. Назовите примеры мужества и героизма советских солдат в оборонительных боях Красной Армии на подступах к Донбассу.
5. Что предусматривал план «Ост»? Выскажите своё отношение к попыткам переосмысления данного документа в настоящее время. На сколько это обоснованно?
6. Кто такие коллаборационисты? Что, по Вашему мнению, послужило причиной такого явления, как коллаборационизм?
7. Что Вы можете сказать о партизанском и подпольном движении? Каково его значение в войне? Назовите известные Вам примеры героизма партизан и подпольщиков нашего края.
8. Какие военные операции стали решающими в ходе освобождения Донбасса? В чём их значение?
Задание 1. Подготовить сообщения:
1. Подвиг Александра Скворцова.
2. «Молодая Гвардия»: взгляд современника.
3. Наши земляки – Герои Советского Союза.
4. Генерал Батюк Н.Ф. и его боевые товарищи.
Задание 2. Проработать основные термины и названия: оккупация, «новый порядок», остарбайтеры, коллаборационизм, концлагерь, Движение Сопротивления, подполье, партизаны, ОУН, Прифронтовая (военная) зона, Донбасская операция.
Задание 3. Заполнить хронологическую таблицу «Освобождение Донбасса от немецко-фашистских захватчиков».
Дата Военная операция Личности Результат
Задание 4.Проработайте материал, выполните задания.
1.«Донбасс играл существенную роль в оперативных замыслах Гитлера. Он считал, что от владения этой территорией… будет зависеть исход войны». Фельдмаршал Манштейн «Утерянные победы»
? – Почему территория нашего края занимала особое место в планах Гитлера?
2.«Торонескуль Петр Васильевич, работал преподавателем в Горловке, украинский националист. С приходом немецких оккупантов добровольно поступил на службу в СД, занимался вербовкой агентуры, через которую выявлял скрывающихся коммунистов, партизан и советских граждан, проводящих работу против немецких властей. Он также был тесно связан с организацией украинских националистов. Следственное дело на него было отправлено в УНКГБ» (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 43, л. 21 а об.).
«Гуляев Сергей Андреевич, добровольно поступил в полицию, а потом добровольцем в украинский отряд, и за хорошую работу был выдвинут командиром взвода полиции. Работая в полиции, Гуляев занимался арестами и избиением советских граждан. В июне 1942 года он был направлен для подготовки и переброски в тыл Красной Армии по выполнению задания немецкого командования. Следственное дело закончено и передано в УНКГБ» (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 43, л. 21 а об.).
? – О каком явлении времен Второй мировой войны идет речь? Как международное право классифицирует это явление?
3. «В г. Константиновке организуется Украинское Культурно-Образовательное Товарищество, которое имеет целью подъем национального сознания среди украинского народа. Товарищество имеет целью распространение среди населения изучения украинского языка, литературы, музыки, драматического искусства, а также изучения немецкого языка, как языка того народа, который принес освобождение украинцам от жидо-большевистского крепостничества и который создал великую культуру, науку». «Новое время выдвинуло таких героев, как Симон Петлюра, Коновалец и много других – казаков, гайдамаков, повстанцев, которые до сих пор живут в памяти народа и будут жить вечно». Газета «Константиновские вести» от 9 мая 1942 г.
«Руководитель автокефальной православной церкви в освобожденных украинских землях архиепископ Луцкий и Ковельский, преосвященный Поликарп, передал имперскому комиссару Украины заверение в лояльности. От имени верующих украинцев он заявил, что будущее украинского народа тесно связано с победой Германской империи, и от имени церкви и народа выразил благодарность за освобождение от жидо-большевистского владычества Москвы. Автокефальная православная церковь на Украине имеет большую историю. Она является национальной украинской церковью с собственным главным руководителем. Основание её простирается вглубь веков, когда Украина была независима от Москвы в политическом и религиозном отношениях».
Газета «Донецкий вестник»  от 9 апреля 1942 г. 

«Герб Украины – трезубец. Знак трезубца первоначально был немецким родовым и дружинным знаком… Со временем этот знак стал государственным гербом Украины. Во времена большевиков был строго запрещен, но втайне продолжал являться символом стремлений националистов-украинцев. Теперь Германия возвратила гербу его почетное значение, и он вновь стал славным украинским гербом».
Газета «Донецкий вестник» от 29 марта 1942 г.
«Предлагается всем отделам Городской Управы и подчиненным им учреждения, предприятиям и организациям проводить переписку исключительно на немецком или украинском языках. Переписка на русском языке Городская Управа приниматься не будет, а лица, что не хотят проводить переписку на украинском языке, будут увольняться. Одновременно предлагается постепенно переходить на введение в учреждениях разговоров на украинском языке».
Циркуляр Мариупольской городской управы № 144 от 29 мая 1942 г. (в оригинале документ украино-язычный).
? – Какие характерные черты «нового порядка» оккупантов вы можете определить?
Почему делается упор на историческое прошлое края?
В подготовке к семинару используйте материал Приложения 1
Литература
Отечественная история: методические указ. к сам. работе студентов. Ч. 2 / Отв. за вып. В.В. Липинский – Донецк: ДонНТУ, 2015. – 131 с.
Саржан А.О. Новітня історія Донбасу (1945 – 1999 рр.): Навчальний посібник.–  Донецьк: Стакер, 1999. – 463 с., іл..
Бунтовский, С. Ю. История Донбасса:научно-популярное издание / С.Ю.Бунтовский. - Донецк: «Донбасская Русь», 2015 - 402 с.
Лях Д., Никольский В., Нестерцова С. История родного края. Часть 2. / Д.Лях, В.Никольский, С.Нестерцова. – Донецк: Кардинал, 1999. – 343 с.
Братков, В. До последнего дыхания: Документальные повести о малоизвестных подвигах донбассовцев в годы Великой Отечественной войны. - Донецк: Регион, 2004. - 224 с.
Воспоминания участников Донбасской наступательной операции, стихи, писателей-фронтовиков. - Донецк: Донбасс, 2003. - 368 с.
Гавшин, Д. Под броней родной земли. - Донецк: Лебедь, 2002. - 198 с.
Донецкая область в годы Великой Отечественной войны (1941 - 1945 гг.): Сб. докум. и материалов. - Донецк: Донбас, 1982. - 312 с.
Кравчинская, Э. У войны — не женское лицо...: Воспоминания ветеранов. - Донецк: Регион, 2005. - 92 с.
3.Критерии оценивания ответов на семинаре
Оцениванию подлежат:
- Ответы на вопросы, дополнения и исправления ответов других студентов, участие в беседе и дискуссии, выступление с рефератом и информацией, выполнения тестовых заданий; интерпретация высказываний философов; правильность толкования философских категорий, терминов и понятий;
- Логика изложения учебного материала: последовательность, выделение главного, обобщения,выводы;- Использование знаний, полученных при изучении других предметов, разных источников знаний (учебной, специальной, научно-популярной, художественной литературы, газетных и журнальных статей и др.);
- Умение анализировать явления окружающей среды и применить знание по предмету для повышения уровня профессионализма, общественного поведения.
Оценка "5" ставится, когда студент может свободно и правильно обнаруживать знание теоретического материала, полно, логично и аргументированно высказывается, умеет обосновать, свободно владеет философскими категориями, терминами и понятиями, разрешает проблемные ситуации и задания, самостоятельно находит источники информации и работает с ними, использует приобретенные знания и умения в жизненных ситуациях.
Оценка "4" ставится, когда студент владеет учебным материалом, но изложение материала недостаточно систематизировано, наблюдается недостаточная стойкость знаний при определении основных философских категорий, терминов и понятий, в выводах и обобщениях есть отдельные неточности, которые легко исправляются с помощью дополнительных вопросов преподавателя.
Оценка "3" ставится, когда студент обнаруживает понимание основных положений темы, но наблюдается значительная поверхностность знаний, определения понятий не совсем четкое, умения сформированы недостаточно, выводы и обобщения аргументированы слабо, в них допускаются ошибки и неправильное толкование, практическое задание решено частично.
Оценка "2" ставится, если ответ неправилен и свидетельствует о незнании основного материала; студент обнаруживает полное непонимание в определении понятий, терминов, философских категорий; выявлено неумение работать с источниками информации; студент не участвует в решении практических заданий; студент отказывается отвечать.
4.ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение к семинару 1
Золотая Орда и монголо-татарский Азак
XIII век принес русскому народу новые тяжелые и грозные испытания. На северо-западе завязалась упорная и кровавая борьба с шведско-немецкой агрессией, с юга последовало нашествие монголо-татар.
Нойоны Чингис-хана Джебэ и Субэдэ провели крупную монгольскую армию вдоль южного берега Каспийского моря в Закавказье и через «врата народов» (Дербентское ущелье) - на Северный Кавказ. Задержанные там объединенными силами алан и половцев, монголы заключили с последними мирный договор с тем, чтобы потом разгромить алан и половцев порознь.
Полчища монголов стали угрожать русским землям. Это заставило русских князей объединиться с половцами и выступить совместно против монголов.
В 1223 году монголы зимовали уже в черноморских и приазовских степях, вторглись в Крым. В решительном сражении на реке Калке (возможно, река Кальмиус), впадающей в Азовское море, объединенные силы русских и половцев потерпели полное поражение. Последовавшее во время сражения бегство половцев с поля битвы расстроило ряды русского войска и предрешило победу завоевателей.
Жестокий отпор, который дали захватчикам камские болгары, заставил монголов, утомленных и ослабленных в длительном и трудном походе, вернуться через низовья Волги в Среднюю Азию. Вскоре, однако, они появились вновь. В 1235 году внук Чингис-хана и сын Джучи - Бату (Батый) начал с помощью Субэдэ поход на юго-восток Европы. Под ударами монголов пала Камская Болгария, в руки Батыя перешли значительная часть кочевья половцев, земли мордвы, вся территория от Каспийского и Азовского морей до юго-восточных пределов Руси. В 1237 году наступил черед русских городов. Подобно опустошительному урагану, обрушились монголо-татары на русскую землю неся с собой смерть и разорение. Наступил длительный экономический и культурный упадок Руси. В 1239 году монголы завершили завоевание и всей половецкой земли.
На громадной территории, завоеванной войсками Батыя сложилось в Восточной Европе новое, сильное феодальное монголо-татарское государство - «Золотая Орда», или «Улус Джучи» (улус потомков Джучи), «Синяя Орда» (по восточным источникам). Русские княжества стали вассалами Золотой Орды, под власть которой подпало множество народов, находившихся на разных ступенях общественно-экономического развития.
Северная граница Золотой Орды проходила по территорий русских княжеств, на северо-востоке она захватывала большой торговый город Булгар с прилегающими к нему местностями, на западе - включала в себя степные пространства до Днепра и даже дальше, на востоке граница Золотой Орды тянулась до Западной Сибири и низовьев реки Сыр-Дарьи. На юге же в состав монголо-татарского государства входили Крым, Кавказ (до Дербента, а временами - и до Баку), северный Хорезм. Вошло в состав Золотой Орды и все Подонье-Приазовье.
Жизнь русских поселений в нашем крае прервалась к этому времени полностью, лишь кое-где в степных местностях Придонья продолжали обитать отдельные группы смелых русских людей, известных под именем «бродников», занимавшихся охотой, рыболовством и другими промыслами.
Что же касается половцев, то их общественно-экономическая близость к завоевателям-монголам (система кочевого феодализма с сильными родовыми пережитками) способствовала слиянию тюркского населения южно-русских степей с пришлым монголо-татарским.
Центр Золотой Орды находился в низовьях Волги. Это был сначала Сарай-Бату («Дворец Батыя») близ нынешней Астрахани, затем (с начала XIII века) - Сарай-Берке («Дворец Берке», брата Батыя) - недалеко от современного Сталинграда.
С течением времени Золотая Орда заняла важное место в системе торговых операций между Азией и Европой. Через Орду шли древние караванные пути, связывавшие запад Европы с крайним востоком Азии. Установились постоянные экономические связи Орды с окружающими ее странами Запада и Востока.
Караванная торговля на Востоке получила в XIII-XIV веках широчайшее развитие. Она находилась в руках специальных компаний, в состав которых входили не только купцы, но и монгольские феодалы, вплоть до ханш и эмиров.
Одним из крупных торговых городов Золотой Орды являлся город Азак, расположенный на берегу Азовского моря, на месте нынешнего города Азова (Азак - Азов).
Первые сведения об Азаке, как татарском городе, восходят к XIII веку.
Имя Азака встречается на картах Ибн-Саида из Магреба 1274 года, Абульфеди 1331 года.
В некоторые периоды существования Азака в нем имелся свой монетный чекан и собственный монетный двор. Монеты Азака заходили иногда весьма далеко. Так, например, одна из чеканенных в Азаке монет была недавно обнаружена в составе монетного клада, найденного в окрестностях города Спасска. На лицевой стороне монеты начертано: «Бердибек-хан», на оборотной - «Азак 759» (или 1358 год н. эры) Так как через города Золотой Орды велась торговля и с ближними, и с дальними странами и местностями, то не в диковину было встретить в Сарае, Азаке и других городах Орды кыпчака-половца, русского, черкеса, армянина, иранца, араба, грека, египтянина, а также представителей Западной Европы.История Азака неотделима от истории генуэзско-венецианской торговой фактории Таны, находившейся также на месте современного Азова, бок-о-бок с монголо-татарским Азаком. История Таны и ее роль в жизни Подонья-Приазовья средних веков связаны с италийской (итальянской) колонизацией на побережье Азовского моря.
Тана
Подобно грекам и римлянам, генуэзских и венецианских колонистов влекли в северное Причерноморье и Приазовье не «идеалы» итальянских купцов, воспетые в коммерческих трактатах, а выгоды торговли, следствием чего и явилось основание на месте будущего гор. Азова крупного торгового поселения - Таны, стоявшей на пути, по которому осуществлялись связи между Европой и Востоком (от устьев Дона, где находилась Тана, шел караванный торговый путь через Туркестан в Персию, Китай и Индию). Так через несколько столетий после гибели Танаиса и вслед за Саркелом на Дону возникает новое большое торговое поселение городского типа. Географическое положение Подонья-Приазовья еще раз, на новом этапе его общественно-экономического развития, обусловило появление и развитие здесь крупного торгового центра.
Танаис, Тана, Азов, а затем и Ростов неслучайно возникли именно в дельте Дона, на берегу судоходной реки, у выхода в Азовское море. Экономические центры Танаис - Тана - Азов были как бы предвестниками, далекими предшественниками будущего крупного торгово-промышленного центра, города Ростова-на-Дону, отмечающего в 1949 году двухсотлетие своего существования (1749-1949).Владея монополией в сношениях с юго-востоком современной территории СССР, Венеция имела здесь город и порт Тану в числе основных своих баз. Тана обслуживалась венецианской эскадрой, обеспечивавшей связь Венеции с Эгейскими островами, Сирией, Константинополем, побережьями Черного и Азовского морей и доставлявшей в Венецию хлеб, вино, соль, меха, шерсть, восточные ткани и другие грузы, и, кроме того, - рабов.
Война, начатая в XIII в., привела к преобладанию Генуи в черноморской торговле. С этого времени начала расти зависимость Таны от генуэзцей, продолжавших вытеснять военную и торговую конкуренцию Венеции. Дальнейшие попытки Венеции изменить положение дел в свою пользу также не имели успеха.У степных жителей закупали скот, лошадей и быков, при чем животные иногда перегонялись в Италию на бойни далеким путем - через Польшу, Трансильванию и Германию. Несмотря на большие расходы по перегонке скота, дело это было прибыльным. Выгодной была и охота, поскольку окрестности Таны были богаты дичью.
Татары доставляли в Азак-Тану своих пленников, в том числе русских. Так, некий Эдельмуг подарил Барбаро восемь русских из числа захваченных им в плен на Руси.
Как совместить нахождение в одном и том же пункте золотоордынского Азака и генуэзско-венецианской Таны?
Сосуществование Азака и Таны основывалось на определенных договорных отношениях между татарами, с одной стороны, генуэзцами и венецианцами, с другой. Известны письменные памятники, текст которых определяет место и размеры территории, отводимой в городе для поселения генуэзских и венецианских колонистов, размер уплачиваемых последними пошлин и порядок разрешения возникающих споров - по соглашению консулов с татарским старшиной.
Таким образом, Тана - это не что иное как часть татарского Азака, населенная генуэзцами и венецианцами. По свидетельству жившего в Тане Иосафата Барбаро, венецианские кварталы представляли собой отдельное поселение, с площадью и лавками, обнесенное стенами и башнями. Ворота запирались и отпирались по распоряжению консула. Кварталы Таны, в свою очередь, разделялись еще на кварталы венецианцев и генуэзцев.
Только совместным существованием Азака и Таны можно объяснить то обстоятельство, что, например, арабские писатели Ибн-Батута, Абульфеда и другие географически показывают Азак именно на том месте, на котором итальянские карты показывают Тану.
Подобное сосуществование поселений, а в них - представителей различных народов, характерно для ряда золотоордынских городов, в частности, - поволжских. В городских поселениях Золотой Орды татары нередко не составляли большинства населения, они были представлены лишь стоявшей у власти военной знатью и воинскими отрядами.
Эксплуататорская верхушка татар была кровно заинтересована в существовании Таны. В сферу торговых операции, проводившихся через Тану, входила не только караванная торговля, но и постоянный товарообмен с кочевой половецкой степью. Население степей, в частности кочевники, поставляло городу скот, мясо, шерсть и др. Использование караванных путей для покупки и дальнейшего продвижения товаров создавало Золотой Орде благоприятные условия для привлечения иностранного капитала и использования связанных с ним торговых рынков. Караванная торговля, проходившая через Тану, охватывала самые различные товары и изделия и обслуживала весьма значительный рынок.
Сохранилась грамота хана Узбека от 1333 года, в латинском тексте, с разрешением венецианцам селиться в Тане.
По данным этой грамоты, пошлины с товаров в пользу монголо-татарских властей устанавливались в размере 3% с цены товара, при чем нереализованные товары могли вывозиться обратно без оплаты пошлины. Характерно, что от пошлин освобождались драгоценные камни, жемчуг, золото и серебро.
В периоды расцвета Азака и Таны поселения не ограничивались одной только городской чертой, они существовали и вне самого Азака и Таны, в частности, - на правом берегу Дона.
Сильнейший удар по могуществу Золотой Орды нанесла знаменитая победа русских на Куликовом поле. Именно после этой победы Золотая Орда все более и более начала клониться к полному упадку.
Приход Тимура сопровождался жестоким разгромом Золотой Орды. Пострадал от этого разгрома и Азак (Азов) По свидетельству Ибн-Арабшаха, Тимур завладел (в 1395 г - Б. Л.) движимым и разделил его, да недвижимым и унес его с собой, собрал все захваченное и роздал добычу, дозволил грабить да полонить, произвел гибель и насилие, уничтожал племена их, истребил говоры их, изменил порядки да увез захваченные деньги, пленных и имущество. Передовые войска его дошли до Азака, и он (Тимур) разрушил Сарай (Сарай-Берке), Сарайчук, Хаджитархан (Астрахань) и все эти края
Свое существование Азак и Тана прекратили окончательно в последней четверти XV века, когда на берегах Черного и Азовского морей утвердилась власть османской (турецкой) империи.
Время сохранило нам мало материальных остатков Азака и Таны.
Азов был очень часто объектом военных действий (нашествие монголо-татар, борьба из-за Азова между турками и казаками, русско-турецкие войны). Многократные разрушения крепостных сооружений враждующими сторонами, позднейшее употребление местным населением для своих нужд строительного материала из различных старинных сооружений Азова - повлекли за собой уничтожение материальных памятников азовской старины.
Если не считать земляных валов, часть которых может относиться и к Тане, то в Азове давно уже нет ни одного древнего надземного памятника.
Единственным исключением являлись остатки каменных ворот, подвергнутых изучению путем раскопок, проведенных в 1935 году экспедицией Ростовского областного бюро охраны памятников.
Битва на Калке 1223 г.Источники.
Первая битва на Калке (1223 г.) не была рядовым сражением своей эпохи. Сведения о ней широко разошлись по немаленькому континенту Евразия. О ней говорили на всем пространстве от католического Ватикана до Китая и от Персии до Руси. Поэтому неудивительно, что краткие или подробные записи о ней попали в письменные источники многих народов. Вот некоторые свидетельства об этой битве.
Ранние источники:
Русские источники. Содержат наиболее подробные описания битвы. Соответствующие фрагменты Ипатьевской (древнейший список из сохранившихся датируется примерно 1420 г.), Лаврентьевской (древнейший список - XIV века) и Новгородской первой летописей (древнейший список - Синоидальный; события до 1234 г. переписаны еще в XIII веке, остальная часть - в XIV веке) можно прочитать в аналогичных подборках на замечательных сайтах Rossica Р.П.Храпчевского (1) и ColonEast В.В.Пестерева (2).
Иностранные источники:
Ибн аль-Асир (1160—1232). Один из наиболее известных арабо-курдских историков. В его труде "ал-Камиль фи-т-тарих" (Полный свод истории) говорится: «...Услышав весть о татарах, русские и кипчаки, успевшие приготовиться к бою, вышли на их путь. [Русские и кипчаки] хотели встретить их прежде, чем те придут в землю их [на Русь], и отразить татар от нее. Известие о их [союзников] движении дошло до татар, и они [татары] обратились вспять. Тогда у русских и кипчаков явилось желание (напасть) на татар. Полагая, что те вернулись со страха перед ними и по бессилию сразиться с ними, они [союзники] усердно стали преследовать татар. Татары не переставали отступать, а те [союзники] гнались по следам их 12 дней. [Но] потом татары обратились на русских и кипчаков, которые заметили их только тогда, когда уже наткнулись на них. [Для союзников это было] совершенно неожиданно потому, что они считали себя безопасными от татар и были уверены в своем превосходстве над ними. Не успели они собраться к бою, как на них напали татары со значительно превосходящими силами. Обе стороны бились с неслыханным упорством, и бой между ними длился несколько дней. Наконец татары одолели и одержали победу. Кипчаки и русские обратились в сильнейшее бегство, после того как татары жестоко поразили их. Из бегущих убито было множество. Спастись удалось лишь немногим из них. Все, что находилось при них, было разграблено. Кто спасся, тот прибыл в [свою] землю в самом жалком виде, вследствие дальности пути и поражения. Их преследовало множество [татар], убивая, грабя и опустошая страну, так что большая часть ее опустела...» (3). Более полные фрагменты этого текста - от посылки войск Джебе и Субедея в погоню за хорезмшахом Ала ад-Дином Мухаммедом II - и до поражения в Волжской Болгарии - см. на сайтах Rossica (1) и ColonEast (2).
Рашид ад-Дин (ок. 1247 — 1318). Иранский государственный деятель, врач и учёный-энциклопедист. Работа "Джами ат-таварих" ("Сборник летописей"): «[Монголы] напали на страну урусов [Русь] и на находящихся там кипчаков. К этому времени те уже заручились помощью и собрали многочисленное войско. Когда монголы увидели их превосходство, они стали отступать. Кипчаки и у русы, полагая, что они отступили в страхе, преследовали монголов на расстоянии двенадцати дней пути. Внезапно монгольское войско обернулось назад и ударило по ним, и прежде чем они собрались вместе, успело перебить [множество] народу. Они сражались в течение одной недели, в конце концов кипчаки и урусы обратились в бегство. Монголы пустились их преследовать и разрушали города, пока не обезлюдили большинство их местностей...» (4). Более полный фрагмент, с описанием всей компании, - см. на на сайтах Rossica (1) и ColonEast (2).
Генрих фон Леттланд (? — 1259). Немецкий священник и летописец в Ливонии. В работе «Chronicon Livoniae» (Ливонские хроники): «Двадцать четвертый год посвящения епископа Альберта [1222 г.]. В тот год в земле вальвов язычников [половцев - LV] были татары. Вальвов некоторые называют партами. Они не едят хлеба, а питаются сырым мясом своего скота. И бились с ними татары, и победили их, и истребляли всех мечом, а иные бежали к русским, прося помощи. И прошел по всей Руссии призыв биться с татарами, и выступили короли со всей Руссии против татар, но не хватило у них сил для битвы, и бежали они пред врагами. И пал великий король Мстислав из Киева [Mistoslawe de Kywa] с сорока тысячами воинов, что были при нем. Другой же король, Мстислав Галицкий [rех Galatie Mysteslawe], спасся бегством. Из остальных королей пало в этой битве около пятидесяти. И гнались за ними татары шесть дней и перебили у них более ста тысяч человек (а точное число их знает один Бог), прочие же бежали. Тогда король смоленский, король полоцкий и некоторые другие русские короли отправили послов в Ригу просить о мире. И возобновлен был мир, во всем такой же, какой заключен был ранее» (2, 4).
Бенедикт Поляк. Спутник и переводчик в посольстве 1245 - 1249 гг. Иоанна де Плано Карпини. Оставил так называемую "Историю Тартар" брата Ц. де Бридиа (названа так по имени переводчика). На русском языке издана впервые в 2002 г. «(§20) Третье же войско, которое пошло на запад с Тоссукканом, сыном Чингиса, покорила сперва землю, которая зовется Теркемен, во-вторых - бисерминов, затем - кангитов, [и] наконец они вторглись в землю Куспкас, то есть Команию. А команы [половцы - LV], объединившись со всеми русскими [князьями], бились с тартарами между двумя ручейками — название одного из них Калк [Calc], а другого Кониуззу [Coniuzzu], то есть „вода овец", ведь "coni" по-тартарски означает на латыни oves [овцы], а uzzu — aqua [вода], и они были разгромлены тартарами. Крови с обеих сторон было пролито до самых конских уздечек, как передавали те, кто участвовал в сражении. Итак, когда тартары их победили, то возвратились в свою землю и на обратном пути захватили некоторые земли на севере, а именно бастархов, то есть Великую Венгрию [в Поволжье], которая соседствует с морем-океаном на севере.» (4, c.84, 108).
Фома Сплитский (ок. 1200—1268) — югославянский хронист. «История архиепископов Салоны и Сплита», 2 пол. XIII в.: «На пятый год царствования Белы, сына короля Венгрии Андрея, и на второй год правления Гаргана губительный народ татар приблизился к землям Венгрии. А ведь тому уже было много лет, как слух об этом народе и ужас перед ним распространились по всему свету. Они прошли от восточных стран до границ рутенов, разоряя земли, которые они пересекали. Но благодаря сильному сопротивлению рутенов они не смогли продвинуться дальше; действительно, у них было множество сражений с народами рутенов и много крови было пролито с той и другой стороны, но они были далеко отогнаны рутенами. Поэтому, свернув в сторону, они с боями прошли по всем северным землям и оставались там двадцать лет, если не дольше. А потом, пополнив свои воинские соединения прежде всего за счет племен куманов и многих других покоренных ими народов, они снова повернули против рутенов». (2)
Поздние источники:
Бадр-ад-Дин ал-Айни (1360-1451). Египетский чиновник и ученый, автор многочисленных исторических трудов. Наиболее значительный из них - «Икд ал-джуман фи тарих ахл аз-заман» (Ожерелье из жемчугов по истории людей своего времени): «617 год [8 марта 1220 – 24 февраля 1221]. Потом Татары пошли в земли Аллан и Кипчаков, совершили с ними великий бой, поразили их и отправились в наибольший из городов Кипчацких, т.е. в г. Судак, в котором чрезвычайно много товаров, одежд, бобровых и беличьих мехов. Кипчаки укрылись в земли Русских, которые были христианами, и условились с ними дать Татарам сражение. Они сошлись с ними, но Татары нанесли им очень сильное поражение, затем ушли в Булгар в 620-х годах и, управившись с этим [делом], вернулись к своему царю Чингизхану. Назывались эти [Татары] Западным отрядом» (2).
Китайская хроника "Юань ши". Составлена под руководством Сун Ляня в 1369 - 1370 гг. В ней приведено множество биографий правителей Китая из монгольской по происхождению династии Юань (1280 - 1368 гг.), а также их полководцев. Полностью на русский язык до сих пор не переведена.
Из 1-го "Жизнеописания Субэдэя" (цзюань 121):
"<...>[В год] гуй-вэй [с 2.02.1223 г. по 21.01.1224 г.] Субэтай представил доклад трону и просил [разрешения] покарать кыпчаков. Согласие на это [было дано]. Поэтому [Субэтай] повел войска кругом Каспийского моря ["Куань-дин-цзи-сы", т.е. "Хвалисы"], окольными путями дошел до перевала Тайхэ [Тай-хэ, Тимур-Калу, Тэмур-кахалгэ - "Железные Ворота", Дербент], пробивал камень, открывая дорогу, и вышел там, где его не ожидали. Дошли и встретились с их [кыпчаков] главарями Юрием [Юй-ли-цзи] и Татауром [Та-та-ха- эр], которые как раз собрались вместе у реки Буцзу [передает "Буку", возможно - Кубань]. [Субэтай] пустил воинов в решительную атаку, рассеял и разогнал их людей. Был поражен стрелой сын Юрия, который сбежал в леса. Его рабы [в переводе Е.И.Кычанова - "Его раб" (7)] явились [к монголам] с донесением и его [сына Юрия] схватили, остальные целиком покорились [монголам], после чего [монголы] заняли их [кыпчаков] пределы. Также дошли до реки Калки [А-ли-цзи], встретились и имели одно сражение со старшим и младшим Мстиславами [Ми-чи-сы-лао], племени русских [во-ло-сы], которые сдались [в переводе Е.И.Кычанова - "С первого боя покорили их" (7)]. Усмирили земли племени алан [а-су] и вернулись. Рабы кипчаков ходатайствовали о начальнике над ними, а Субэтай отпустил их в качестве вольного народа. Когда [он] вернулся, об этом стало известно и император сказал так: "Рабы, которые не соблюдают верности господину, разве будут готовы стать верными другим?" и потому казнил их.<...>" (1, 5, с.499-500).
Из 2-го "Жизнеописания Субэдэя" (цзюань 122):
"В 18-м году [правления Чингисхана] (1223 г.) [Субэтай] отправился в карательный поход усмирить кипчаков. [Он] имел кровопролитнейшее ["ао", букв. - резня, побоище] сражение с русскими, со старшим и младшим Мстиславами, и покорил их. [Субэтай] подал доклад трону, чтобы "тысячи" из обоков меркитов, найманов, кирей, канглы и кипчаков сошлись в единую армию" (1, 5, с.513)"
Из "Жизнеописания Исмаила" (цзюань 120):
"Император направил гонца поторопить Чжэбэ, чтобы он поспешил с карательным походом на кыпчаков. Было приказано Исмаилу довести указы императора городам Грузии [Цюй- эр-тэ], Ширвана [Ши-эр-вань-ша] и прочим, которые все покорились. Дошли до племени гурджиев [Гу-эр-чжи, грузины] и племени алан [Асы], ввиду враждебности и сопротивления [их] войск, сразились со всеми, разбили и покорили. Кроме того, склонили к сдаче город Хэй-линь [букв. "Черный лес", видимо это Карабах]. Напали на русских в горах Теэр [букв. "Железные"], покорили их, захватили главу их государства Мстислава [Ми-чжи-сы-ла]. Чжэбэ приказал Исмаилу представить его перед царевичем-наследником Джучи [Шу-чи] и [потом] его казнили. Продолжая поход на кан-ли [т.е. канглы-печенеги], дошли до города Бо-цзы-ба-ли [Булгар на Волге?], сразились с их главой ханом Хотосы. Кроме того, что разбили его войско, продвинулись к кыпчакам и также усмирили их. По возвращении войска Чжебе умер." (1, 5, с.521-522).
Тот же фрагмент в переводе Е.И.Кычанова: «... Император выслал гонцов нагнать Чжэбе и (приказал) спешно двинуться и покарать кипчаков. (Чжэбе) повелел Хэсымайли призвать курдов (цюйэрта) и ширван-шаха (ширваньша) и объяснить им их положение. Все они подчинились. Когда дошли до народов грузин (гурчжи) и осетин (асу), то те подняли войска, чтобы отразить врага. Однако во всех сражениях были разбиты и сдались. Затем призвали сдаться и город Черный лес (Хэй линь), двигаясь вперед, атаковали русских у горы Железная (Тершань) и покорили их. Взяли в плен государя их государства Мстислава (Мечжисыле). Чжэбе приказал Хэсымайли подарить его Чжучи тайцзи. Казнили его (Мстислава). Вскоре выступили в поход против канглы (канли). Дошли до города Бешбалык (Боцзыбали) и сразились с его правителем Хотосыгань. Снова разбили его армию. Двигаясь вперед, дошли до кипчаков и тоже усмирили их. Армия вернулась. Чжэбе скончался». (6, с.35)
Рогожинский летописец. Одна из тверских летописей сер. XV века. "На Калке битва. В год 6734 [1226] пришли татары на землю половецкую и на вежи их, а Котян, князь половецкий, был тесть Мстиславу, князю черниговскому. И послал Котян к зятю своему Мстиславу с поклоном, и дары многие, золото, коней, шелковые ткани и сказал: шлю дары русским князьям, сегодня нас не будет, а завтра вас. И сошлись князья русские со многим войском, и, слыша об этом, татары прислали десять мужей с поклоном: мы вас не трогаем и городов ваших, но идем на своих холопов, на половцев. И не послушали их князья русские, а тех десять мужей убили. И пошли русские против татар с силою своею, и шли 17 дней, и, узнав об этом, татары прислали к князьям русским, говоря: мы на вас не посягали ничем, а вы на нас идете, да судит Бог между вами и нами. И пошли татары против них, и сошлись оба войска, и была страшная битва на реке Калке, и побиты были татарами половцы и потом русские, и пало князей множество, а простых людей без числа, а иных изловили. Тогда убили Александра Поповича. Было это зло июня шестнадцатого" (8).
Рассказ об Александре Поповиче, слуге его Торопе и 70 богатырях. Содержится в Тверской и некоторых других летописях в разделе о битве на Калке. Часто увязывается с былинным богатырем Алешей Поповичем. Обычно этот фрагмент считается поздней вставкой. "<...>Но все это случилось не из-за татар, а из-за гордости и высокомерия русских князей допустил бог такое. Ведь много было князей храбрых, и надменных, и похваляющихся своей храбростью. И была у них многочисленная и храбрая дружина, и они хвалились ею; из дружины вспомним здесь об одном, найдя рассказ о нем.
Среди жителей Ростова был некто Александр по прозвищу Попович, и был у него слуга по имени Тороп; а служил этот Александр великому князю Всеволоду Юрьевичу. А когда великий князь Всеволод отдал город Ростов сыну своему князю Константину, тогда и Александр начал служить Константину. После смерти великого князя Всеволода Константин не захотел княжить во Владимире, но пожелал жить близ чудотворцев и церкви пречистой Богородицы в Ростове. Поэтому и захотел присоединить он Владимир к Ростову, а не Ростов к Владимиру, и замыслил, чтоб здесь был стол великокняжеский; но не допустила этого пречистая богородица. И завещал великий князь Всеволод престол свой младшему после Константина сыну своему Юрию. Тогда Константин разгневался на брата из-за его княжества, а великий князь Юрий начал войну против Константина, желая выгнать его из Ростова; но не допустил этого господь.
Когда Юрий пришел на брата с войском, Константин ушел в Кострому и сжег ее. Князь великий Юрий стоял в Пужбале под Ростовом, а войско его находилось в двух верстах от Ростова на реке Ишне, и была для них река Ишна как крепкая стена. Тогда Александр вышел из города и перебил многих людей великого князя Юрия. А кости их собраны в большие могилы, которые и ныне есть на реке Ишне, а также по другую сторону реки Усии: ведь с князем Юрием много пришло людей. А другие перебиты были Александром под Угодичами, на реке Узе, потому что богатыри Александра, делая вылазки с различных сторон, обороняли молитвами пречистой богородицы город Ростов. Так великий князь Юрий многократно приходил во владения брата, но возвращался посрамленный.
Однажды вышел против него Константин из Ростова и вступил в бой с Юрием на реке Гзе, и здесь Константин победил молитвами пречистой богородицы, своей правдою и с богатырями Александром и его слугой Торопом; здесь же был и Тимоня Золотой пояс. А у великого князя убили тут храброго Юряту, о чем сильно горевал великий князь Юрий; но, побежденный братом, помирился с ним. А затем на Ярослава Переяславского пришел Мстислав Мстиславич, тесть его, и другие князья, и привлекли они на свою сторону Константина, а на стороне Ярослава, своего брата, выступил великий князь Юрий. И был у них бой на Липицах и на Юрьевой горе, и здесь все полки великого князя Юрия погибли. В числе их был убит храбрый и безрассудный боярин Ратибор, который хвастался, что закидает противников седлами. Победив князя Юрия, посадили на престол во Владимире Константина. Константин был великим князем два года и затем вновь отдал престол брату Георгию, детям отдал Ростов и Ярославль, а сам скончался.
Когда Александр увидел, что его князь умер, а на престол взошел Юрий, он стал бояться за свою жизнь, как бы великий князь не отомстил ему за Юряту, и Ратибора, и многих других из его дружины, которых перебил Александр. Быстро сообразив все это, посылает он своего слугу к богатырям, которых он знал и которые были в то время поблизости, и призывает их к себе в город, устроенный под Гремячим колодцем на реке Гзе, — а теперь это укрепление запустело.
Собравшись здесь, богатыри решили, что если они будут служить князьям в разных княжествах, то они поневоле перебьют друг друга, поскольку между князьями на Руси постоянные раздоры и частые сражения. И приняли они решение служить одному великому князю в матери всех городов Киеве. А был тогда великим князем в Киеве храбрый Мстислав, сын Романа Смоленского, а в Смоленске Владимир Рюрикович (оба внуки князя Ростислава), а Мстислав Мстиславич в это время был в Галиче. Били челом все эти богатыри великому князю Мстиславу Романовичу, и князь великий очень гордился и хвалился ими, пока не приключилось то несчастье, о котором пойдет речь. <Описание битвы на Калке опущено>
А других князей, которых татары преследовали до Днепра, было убито шесть: князь Святослав Каневский, Изяслав Ингваревич, Святослав Шумский, Мстислав Черниговский с сыном, Юрий Несвижский, а из воинов только десятый вернулся домой. И Александр Попович тут был убит вместе с другими семьюдесятью богатырями. <...>
В год 6745 (1237). <...> О пленении Русской земли Батыем. Стало известно в восточных странах среди потомков Измаила, сына Агари, рабыни Авраама, что бог смирил Русскую землю нашествием безбожных иноплеменников, таурмен. Распространились слухи о поражении русских князей на Калке, и стало известно о гибели семидесяти двух богатырей, и о междоусобных войнах в Русской земле, и о голоде, и о великом море, и об оскудении русских войск, и о ссорах между братьями, — о всех этих бедах Русской земли. Особенно же обнаружилась греховная злоба, и дошел вопль греховный до ушей господа Саваофа. Поэтому он напустил на нашу землю такое пагубное наказание. Не отмыли мы еще кровь после битвы на Калке, и снова народились люди после великого мора по всей земле, кроме Киева. А киевляне полегли костьми на Калке с великим князем Мстиславом Романовичем, и с другими десятью князьями, и с семьюдесятью двумя богатырями; новгородцы же частью умерли голодной смертью, а живые разошлись по чужим землям; так же и Смоленск, и все другие города постигла такая же смерть, и вскоре опустели они. От битвы на Калке до землетрясения прошло немного времени — восемь лет, и тогда случился голод, а от землетрясения до нашествия Батыя прошло восемь лет. Поэтому не разбогатела наша земля, но, напротив, еще более обезлюдела." (9)
Ян Длугош (1415 - 1480). Польский историк и дипломат, крупный католический иерарх, автор «Истории Польши» в 12 томах. Пока удалось найти только небольшой фрагмент его рассказа о битве на Калке: "Проделав 12 переходов, они [русские] достигли реки Калки, где уже расположили свой лагерь Татары. И тут же Татары, не дав времени перевести дух, напали на Русских и Половцев на 17-й день; когда были смяты и обращены в бегство Половцы, пришли в замешательство и боевые порядки Русских.., причём началась резня и, в то время как многие были перебиты, другие разбежались" (16). Известно, однако, что текст Длугоша почти дословно воспроизведен Меховским.
Матвей Меховский (1457 — 1523). польский историк и географ эпохи Ренессанса, профессор Краковского университета, придворный врач и астролог короля Сигизмунда I. Автор медицинских и исторических сочинений. "Трактат о двух Сарматиях" (Книга первая. Трактат первый. О Сарматии Азиатской): "В год господень тысяча двести одиннадцатый, в месяце мае, появилась большая комета, остававшаяся [на небе] восемнадцать дней. Она двигалась над половцами (Роlowczos), Танаисом и Руссией, а хвостом тянулась на запад, предвещая приход татар [скорей всего имеется в виду появление кометы Галлея в 1222 г.]. Затем, в следующем году татарское племя, дотоле неизвестное, убив будто бы своего царя Давида и разбив много северных народов, пришло от предгорий Индии к половцам. Половцы — это племя, обитавшее по северному берегу Эвксинского моря, за Меотидскими болотами, которое другие называют готтами (Gotthos). Половцы в переводе на русский язык значит охотники или грабители, так как они часто, делая набеги, грабили русских, расхищали их имущество, как в наше время делают татары. Когда, таким образом, татары вступили в землю половцев, те, отправив послов, просили русских князей помочь им всеми силами и войском, так как их, мол, ждет та же опасность и та же гибель, что и половцев. Вслед затем пришли к русским князьям и татарские послы. Они советовали не вмешиваться в войну на стороне половцев, а вместо этого помочь истреблению их, как врагов Руси. Русские (Russitae), действуя необдуманно, схватили и убили татарских послов, а потом выступили с войском сухим путем и водой [terra marique — «сушей и морем», у Длугоша этой фразы нет] на помощь половцам. В том числе были — Мстислав Романович с киевским воинством, Мстислав Мстиславич — с галицким, а также и другие князья Руссии — Владимир Рюрикович, князья Черниговские и Смоленские. Соединившись с войском половцев, пришли в Протольце, а оттуда, некоторые верхом [неудачно сокращенная фраза Длугоша : «одни верхом, другие — в лодках»], добрались двенадцатью переходами до реки Калки (Kalcza), где уже стояли лагерем татары. Не дав им времени передохнуть, татары обрушились на них : половцы были смяты и разбежались, ряды русских рассеяны и, после большой резни, были взяты в плен два князя — Мстислав Киевский и князь Черниговский. Остальных во время бегства (и сказать отвратительно !) убивали союзники-половцы, через землю которых спасались беглецы : убивали всадников ради коней, убивали и топили в воде пеших ради одежды. В тот день русские попали в самую злую и ужасную опасность, никогда дотоле неслыханную в русской земле, и это было первое поражение, понесенное русскими от татар. Князь Галицкий Мстислав Мстиславич добежав до кораблей, переправился через реку, а затем, боясь татарской погони, велел обрубить причалы [у Длугоша disrumpi, а не abrumpi, т. е. скорее «разрушить» (корабли), чем «обрубить причалы»] кораблей и в ужасном смятении бежал в Галич. Владимир Рюрикович, тоже спасшийся бегством, прибыл в Киев и получил киевский престол. Вся же остальная масса русских, добежав до кораблей и найдя обрубленные причалы, впала в уныние и, не имея сил переплыть волны, погибла там от голода, за исключением немногих князей и некоторых их воинов, перебравшихся через реку на челноках." (11)
Сигизмунд Герберштейн (1486 — 1566). Австрийский дипломат, писатель и историк. Оставил "Записки о Московии". "<...> Но я счел необходимым вкратце написать о том, что я сам узнал из русских летописей и из рассказов многих людей. 591Говорят, что моавитские народы, которые впоследствии были названы [165] татарами, — люди, разнящиеся своим языком, обычаями и одеянием от обрядов и привычек остальных людей, — пришли к реке Калке (Calka). Никто не знал, откуда они пришли и какой они веры. Впрочем, иные называли их таврименами (Taurimeni), другие — печенегами, третьи — другими именами. Мефодий, епископ патарский (Patanczki) (НГ якобы) говорит, что они вышли с северо-востока, из пустыни Етривской (Ieutriskie), а причину переселения приводит следующую. В свое время некто Гедеон, высокоименитый муж, внушил им страх, говоря, что предстоит близкий конец мира. Под воздействием его речей они, чтобы обширнейшие богатства мира не погибли вместе с ним, в бесчисленных количествах вышли грабить земли и подвергли жестокому разграблению все, что лежит от Востока до Евфрата и Персидского залива. Опустошив таким образом все земли, они разбили в 6533 году от сотворения мира при реке Калке племена половцев (НГ и русских), которые одни только и дерзнули выступить им навстречу [присоединив к себе вспомогательные войска русских]". (12)
Франческо Тьеполо (1509—1580). Венецианский посол в Московии. Работа "О делах московских". "<...>Названа она была Куманией оттого, что сначала была в обладании куманов — между Борисфеном и рекой Джазарте. Под таким именем и мы ее знаем. Затем пришли туда татары и, разбив с большим кровопролитием войско куманов и русских, обратили прочих в рабство, а эту область удержали за собой и стали жить там в 1238 году. (13)
Рейнгольд Гейденштейн (1556 - 1620). Польский историк и общественный деятель. "ЗАПИСКИ О МОСКОВСКОЙ ВОЙНЕ": "<...> В летописях их о власти Татар упоминается около 6732 года, как считают Русские, от Р. X. уже в 1224, когда Татары, выступив с войском против Половецкого князя Котяна, опустошили Русь. Когда же Котян призвал на помощь Мстислава Романовича, князя Черниговского или Киевского (ибо под тем и другим именем он упоминается в летописях), женатого на его дочери и многих других русских князей, тогда Татары в большом сражении при Калке 17-го июля победили их, перебив 11 русских князей и 70 богатырей (героев), как называют их летописи, составлявших храбрый конный отряд и многих взяли в плен. (14)
Андрей Лызлов (умер после 1696). "История Скифийская" (1692 г.): "<...>Такожде обе Сарматии, асийскую и европскую, идеже множество царств, княжений и областей, яко христианских, тако и поганских повоевали и ни во что истинно обратили. В наши же европския страны пришествие сих незванных гостей знаменовала и яко бы провозвещала великая и необычная комета, явльшаяся лета от Сотворения Света 6719, а от воплощения Слова божия 1211, месяца маиа, яже осмьнадесять дней пребысть, на восток Солнца к половцом и ко странам Российским хвост обращающи. И аще в хождении ея некоторыя историки и не соглашаются, обаче была явное знамение пришествия тех злых прилежащих нам соседей. Ибо они яко послушн<и> будущи тоя кометы во второе лето по том, то есть 1212, со царем своим Егуханом, его же Гвагнин Батыевым отцом называет, прешедши Волгу реку, идеже она в Каспийское, то есть Хвалинское море под Астараханью впадает, великою силою идяху на запад. И прежде с половцы , о них же ниже речется, брань составиша, идеже им половцы мужественно отпор давали и воинства их побеждали. На останок же от множества татарскаго в крепости своей ослабеша. И того ради аще и главные супостаты бяху россианом, обаче наглою потребою принуждени будучи, помощи от них против татар просили, разсуждающи и глаголющи им сице: «Что нам от татаров ныне, то вам будет от них утро». Того ради россиане, видящи общее бедство, не отрекошася и татарских послов [советующих им, дабы в ту войну не вступали и половцом, вечным своим супостатом, не помогали] чрез законы гражданския, поимав умучили. И вси землею и Чорным морем от Ачакова, также реками Волгою, Доном, Ворсклом, и Днепром, и Богом на помощь половцом поидоша с воинствы. Князь Мстислав Романович с воинством киевским, князь Мстислав Мстиславич с воинством галичским, князь Владимир Рюрикович с воинством Смоленским и прочие князи российстии: черниговские, переяславские, владимирские, новгородские. И случившися со всеми воинствы половецкими приидоша на урочище Протолцы и оттуду двенадесятью днями приидоша на реку названную Калку , где уже татарове под наметами своими стояли и не попустивше пришедшим опочинути, но вскоре свежия на ослабелых и путем утружденных удариша, и побиша и разгнаща половцев первое, потом российския воинства дерзновеннее поразиша и двоих князей — Мстислава киевскаго и князя черниговского поимаша, яко Меховский пишет — а Бельской глаголет убили. Бысть сия брань россианом и половцом с татары лета Христова 1224 . Иных же разгнанних [дело истинно тяжкое изречению] сами же изменники половцы, чрез их же землю бегоша, товарищей военных и помощников своих, у конных коней поотъимающе, с пеших же одеяния грабяще побиваху, иных же в реках утопляху. Храбрый же князь Мстислав Мстиславич галицкий, иже победил Коломана краля венгерскаго и поляков, егда прибежал к реке к лодиам своим и превезшися чрез реку, повелел все лодии потопити, и посещи, и попалити, боящися погони татарской, и тако исполнен страха пеш к Галичу прииде е. Владимир же Рюрикович князь смоленский такожде здравие свое бегством спасе и к Киеву пришел престол киевский облада. И ниже множайшая часть полков российских бежаши к лодиям своим доспеша, и узревши их потопленных и пожженных до конца, от печали, и нужды, и глада не могущи чрез реки преити, тамо помроша и погибоша, кроме некоторых князей и воинов, иже на плетеных таволжаных снопах чрез реки преплыша. На той-то брани между безчисленными российскими воинствы убиени быша славныя богатыри и знаменитыя победоносцы Добрыня Золотой Пояс, и Александр Попович со слугою своим Торопом, и иных славных богатырей российских много. Татарове же по той победе твердыни, и грады, и селения половецкия до основания разорили. И вся страны около Дону, и моря Меотскаго, и Таврики Херсонския, еже до днесь от прекопания междумория называем Перекопом, и окрест Понта Евксинскаго, то есть Чорнаго моря, татарове обладаша и поседоша. Точию осташася грады, яже суть в самой Таврике Херсонской, в содержании генуенсов италеян под державою греческих царей. И доныне в оных полях градов, и твердынь, и башен каменных давних, иже италиане генуенсы с половцы в соседстве будучи созидали, старыя падшия стены, паче же у Торговицы и на прочих местех явным свидетельством суть" (15).
Василий Татищев (1686-1750). "История Российская" (впервые издана в 1768 г.):
"Нашествие татар. Татар имя. Таурмены. Команы. Монги. Мефодий патарский. Етриская пустыня. Ясы, обезы, косоги. Половцы побеждены от татар. Котяк кн. Данил Кобякович. Юрий Кончакович. Свойство с галицкими. Половцы просят помощи. В том же году пришли народ незнаемый, безбожные агаряне, о которых подлинно никто не знает, какого они происхождения, откуда начало их и какой они веры. Они называются татары, кланяются солнцу, луне и огню. Некоторые между ними зовутся таурмены, иные зовутся команы, иные монги. Некоторые же сказывают, что в них много народов, от скифов восточных совокупленные, и, других покорив, все вместе так называются. Мефодий, патарский епископ, свидетельствует о них, что они вышли из пустыни Етриской, лежащей в восточно-северной Азии, которых изгнал Гедеон, и надлежит им явиться в кончине лет и времен, и что они попленят всю землю от востока до Евфрата и от Тигра реки до Понтийского моря, кроме Эфиопии. Слышали же мы много лет ранее, что они на востоке многие пределы и государства попленили, ясов, обезов и косогов покорив, пришли к Дону на половцев. Половцы, что были за Доном, как уведали, что татары Волгу перешли и все там повоевали, идут к Дону, бывшие там князи Даниил Кобякович, Юрий Кончакович послали всем князям до Днепра и за Днепр обвестить, чтоб все, совокупившись, пришли к Дону и могулов не пустили. Но князи принизили силу их, приказали, чтоб они отступили за Дон и могулов, пропустив, в степи увели. Но татары, захватив оных и догоняя чрез Дон, всех порубили или пленили, а многие возле моря от голода померли. Тогда Котяк, князь половецкий, с другими князями пришли в Русскую землю к валу половецкому близ Триполя, а Данил Кобякович и Юрий Кончакович были от татар за Доном побиты. Котяк же, оставив тут людей своих, поехал к зятю своему Мстиславу Мстиславичу галицкому и принес ему дары многие: кони, верблюды и прочее. И одарил его и всех князей русских, прося у всех помощи против татар, представляя, что «ныне сей народ, неведомый нам и никогда не слыханный, пришел на нас и нашу землю попленили. И если их великое множество все совокупно не удержим и вы нам не поможете, то потом, придя на вас, то же учинят. Того ради мы вам представляем, чтобы о том внятно рассудили, и как нас, так скорее себя от конечной погибели спасли». Потом прислали к великому князю в Киев о том просить.
Сейм о татарах. Союз против татар. Юрия презрение татар. Князь великий Мстислав Романович, слыша то, послал ко всем князям русским, червенским и северским, а также и к Юрию Всеволодичу, созывая всех на съезд со всеми их войсками, объявляя им про столь великого и свирепого народа нашествие к странам русским, представляя: «Если ныне совокупною силою их не удержим и половцев не обороним, а половцы им поддадутся, тогда нам всем тяжелее будет». На оное все согласились и обещали по крайней возможности больше войск собрать и немедля прийти, но многие, не желая пашен оставить, с малыми войсками шли. Юрий Всеволодич, собрав малое войско, послал племянника своего Василька Константиновича ростовского только с 800, и то по настойчивой просьбе Васильковой, который просился, чтоб ему в воинстве со старшими обучиться. Брата же и сына ни одного не послал, поскольку оных татар презирал.
Котяк кн. крестился. Варяжский остров. Послы татарские о мире. Послы побиты. Мстислав Романович крайне прилежал, чтоб войско как можно более и скорее собрать, чтобы оных татар, не допуская до границ русских, в земле половецкой встретить. И с оным пошел сам, с ним смоленский князь Владимир Рюрикович, черниговский князь Мстислав Всеволодич, из Галича Мстислав Мстиславич. И сии старейшие были. С ними ж Даниил Романович владимирский и брат его Всеволод, Михаил Всеволодич с новгородцами и других князей много. И отпустили пехоту смоленскую, черниговскую и киевскую по Днепру вниз до порогов. Галицкая же и волынская пехота плыли водою по Днестру, оттуда вверх Днепром до порогов, которых было с 2000 ладей. Князь же половецкий Котяк, желая у русских князей большую любовь и доверенность приобрести и их своею верностию еще более обнадежить, принял веру христианскую и крестился. Князи собирались с конными войсками у Заруба и, собравшись, пошли вниз возле Днепра. И как, придя, остановились против острова Варяж ского, тогда приехали к великому князю послы татарские и говорили, что «хан их с русскими никакой вражды не имеет и, слыша, что вы хотите за половцев конюхов вступаться, сожалеет, что вы хотите напрасно кровь проливать. Поскольку мы не пришли на земли ваши и никакой обиды вам не сделали, а имеем войну с половцами, конюхами нашими, и если хотите быть в покое, то учиним мир, а половцев к себе не принимайте». Князи русские, много о том рассуждая, приняли оное татар представление за противное пользе своей, что татары хотят только их на малое время миром обольстить, а покорив себе половцев, более тяжелыми неприятелями будут, не только оного не приняли, но весьма неправо послов тех побили, рассуждая, если оных отпустить, то они хану своему о множестве войск русских скажут и оные, убоявшись, уйдут. Ибо не верили князи о множестве войск татарских, что им сказывали, что их более 200000, а по правде сами усмотрели после, что их было гораздо более.
Олеш. Боуты. Гангалы. Выгольцы. После сего пошли далее и, придя к Олешу, стали у Днепра. Тут пришли к ним боуты, гангалы, выгольцы и галичане.
Другие послы от татар. Татары, ожидая от русских отповеди, стояли около Дона. И уведав через половцев, что послы их побиты, прислали других послов с выговором, из-за чего такую им обиду учинили, что, послушав половцев, послов их побили; и если не хотят мира, то б шли к ним, а они встретить их готовы. И хотя половецкие князи и Мстислав Мстиславич советовали и тех побить, но князь великий их отпустил, приказав, что он сам, их увидев, о мире говорить будет. Тогда пришел Владимир Рюрикович со смоленскими и туровскими полками.
Счисление войск русских. Стражи татар побиты. Князь великий исчислил все войска, которые с ним были: киевских, переяславских, городенских, черных клобуков и поросян 42500, со Владимиром Рюриковичем, смоленчан и туровцев 13 тысяч 800, с князем Мстиславом черниговских и северских 21300, да вятичей 2000, с князем Мстиславом галичан, владимирцев, лучан и подунайцев 23400, и прочие младшие князи с ними, всего сто три тысячи (по-моему, 89950), какого русского войска давно вместе не бывало. К тому ожидали новгородских, Василька с ростовцами, от Юрия из Белой Руси и рязанских войск; а также половцы обещали до 50000, собрав, присовокупить. Тогда князь Мстислав Мстиславич галицкий, переправясь чрез Днепр, в 10 000 конных пошел вперед в поле, и нашел стражу татарскую, и оных многих побил, а воевода их Гамябек с остальными ушел в курганы поло вецкие, надеясь от половцев себе помощи. Но половцы пришли в помощь Мстиславу и, обступив оных, всех побили. Гамябека же татары хотели сохранить, закопали живого в землю, но половцы, найдя его, убили. И Мстислав возвратился ближе к полкам.
Хортитца р. Калк р. Мстислава безрассудность. Крайняя дерзость молодости. Бой. Семен Олегович. Василий Гаврилович. Победа над татарами. Несчастие в запальчивости. Городок на Калке. Победа на Калке. Бродницы. Умер князь великий Мстислав. Князь великий после отпуска Мстислава перешел за Днепр со всеми князями и, пойдя на низ, стали у реки Хортицы на берегу Днепра, где стояли воеводы с пехотою Юрий Доможирович и Держикрай Владиславич. Тогда, придя, стражи объявили, что татары подъехали смотреть войска русских. Данил же Романович и другие молодые князи, сев на коней, побежали видеть войско татарское. И увидев, оные послали сказать великому князю, чтоб, не мешкая, шел со всем войском против татар, думая, что оные все близко. И князь великий со всеми князями и войсками русскими, оставив у ладей 1000 человек, пошли каждый князь со своим полком. И тогда еще пришли гангалы, выгольцы, сковы и боуты галицкие в ладьях. Князи, идучи полями, вскоре нашли татар, которые, учинив малый бой, побежали. За которыми русские гнавшись, отбили стада многие, а другие татары со скотом, взятым от половцев, ушли. Потом шли князи за ними чрез степи и на восьмой день пришли к реке Калке. Тут нашли великую стражу татарскую, с которыми передовые русские учинили бой, где убили воеводу Ивана Дмитриевича и других двух. Но татары, не долго бившись, пошли прочь, а князь великий, перейдя реку оную, стал. Мстислав же Мстиславич со своим передовым полком пошел за татарами и, послав разъезд Яруна с половцами, сам шел помалу. Оные вскоре, увидев великое множество татар, возвратясь, сказали, что татары идут за ними недалеко. Мстислав, хотя ему советовали отступить к полкам великого князя, но он, надеясь на свою храбрость, а кроме того из-за несогласия с великим князем, не дав ему знать о приближении татар, устроил полки свои, а татары шли за передовыми русскими к полкам прямо. Мстислав, видя такое великое множество покрывших все поля татар, которых око не могло обозреть, понял свою ошибку, но отступить уже было невозможно, послал к великому князю с известием, чтоб шел со всем войском. Великий князь весьма тем оскорбился, что Мстислав без воли его и согласия так далеко ушел, и прислал сказать, как уже видел, что ему отступить, ни помощи подать не успеть, однако ж, как мог быстрее, полки выстроил. Но молодые князи, не спросясь старших, с малым числом их людей туда побежали. Мстислав Мстиславич, увидев татар уже вблизи заходящих, устроился как мог. И начали татары сильно наступать. Тогда Данил Романович владимирский, князь Семен Олегович и князь Василий Гаврилович крепко бились. Сперва смяли татар и погнали, ибо князи половецкие со всем их войском подоспели и многих татар, побивая, гнали. Тут князя Василька Гавриловича прокололи копьем, Данила Романовича в грудь копьем прокололи. Он же хотя и млад был, 18-ти лет, но мужествен весьма, презрев свою рану, бился еще крепко. И так побили татар множество. Мстислав Ярославич луцкий, Немой называемый, видя Данила окровавленным, которого он крепко любил и ему после себя наследие дать хотел, возопил своим, чтоб отмстили кровь юноши сего и, жестоко на татар наступив, бился. Также Олег, князь курский, князь половецкий Ярун и другие половцы так жестоко на татар наступали, что уже ожидали вскоре всех татар победить. Сие довольно долго было, так как татары ни с коего боку русских заехать не могли. Но как только половцы миновали болота, не осмотрясь в запальчивости, идучи за татарами, тогда тотчас татары великим множеством половцев объехав, сбили. И половцы пришли на полки великого князя, оные так смяли, что князь великий не успел в порядок привести, а татары сильно на него и прочих князей наступили. И был бой прежестокий, с обе стороны храбро долгое время бились. Князь Мстислав Мстиславич, поворотясь, отступал, сражаясь с татарами. И видя полки великого князя, не мог к оным присовокупиться и сожалел о своем упрямстве, да поздно. Князь великий, видя татар великое множество и своих изнеможение, стал отступать к реке Калке, только татары весьма препятствовали и уже многих побили. Тогда князь великий, с ним князь Андрей, зять его, князь Александр дубровицкий, видя зло то, стали на реке Калке. И так как место оное было каменисто, тотчас за ночь тут сделали городок из камней и леса, в который бегущих людей собрали несколько тысяч, а прочие побежали. Татары поставили около оного двух воевод, Черкана и Тешкана, которые, обступив городок, в осаде содержали, а прочие до трех дней гнались за русскими князями к Днепру. Князь великий бился из городка три дня и, видя свое изнеможение, послал к татарским князям для договора и особенно бывшим с татарами бродницам, у которых был воевода Плоскиня. Оный окаянный дал великому князю клятву с крепким обнадеживанием, что никого не убьют, но всех за откуп отпустят. Оному поверив, князь великий отдался. Он же, окаянный, приведя их к князям татарским, советовал им всех побить и никого живым не отпустить. Татары, взяв крепость ту, людей русских всех побили, а князей положили на землю и, покрыв их досками, сами сели на них обедать. И так их всех подавили и ни одного из взятых тут не оставили. Гнавшиеся же за рус скими до Днепра многих побили, но много и своих потеряли, ибо бегущие русские где могли, в лесах и тростниках залегая, многих татар, малыми отрядами гнавшихся, нападая, побивали и сами спаслись, особенно где князи или воеводы храбрые были.
Смерть князей многих. Мстислава Мстиславича робость. Половцев злость. На сем бою побито князей русских: Святослав каневский, Изяслав Ингоревич северский, Юрий Несвижский, Святослав шумский, Мстислав Всеволодич черниговский и сын его Василько, Ярослав неговорский. Прежде же со Мстиславом убито в бою три князя, да с великим князем 2 князя. Тысяцких же и воевод множество и прочих войск до 70000. А князь Мстислав Мстиславич и с ним Данил Романович, прибежав к Днепру, где ладьи стояли, переправился и в беспамятстве велел все ладьи порубить и сам, не ожидая многих за ним бегущих, ушел, боясь за ним погони. Прибежавших после некоторых половцы из-за их платья и оружия побили, а другие, идучи вверх, возле Днепра померли. И так от всего того великого войска едва десятая часть в Киев возвратилась. Сия столь тяжкая и неслыханная над Русской землею победа случилась июня 16 дня в день пятничный.
Новгородок сожжен. Другие татары гнались по предводительству половцев к Чернигову и Новгородку Северскому. Новгородцы же, не зная коварства татарского, встретили воевод их с крестами. Но они, войдя во град, попленили и сожгли. То же и с другими учинили, не боясь никого. Василько же ростовский, идучи, не поспел с полком своим. И уведав, что князи уже от Днепра пошли, остановился у Чернигова. И так не только Бог его спас, но Чернигову и Киеву многая помощь учинилась, ибо татары, уведав, что войско русское у Чернигова стоит, не смели приблизиться и пошли обратно на побег. А Василько, убоявшись татар, возвратился в Ростов. Новгородцы же, услышав про победу идучи Днепром, возвратились.
Ханский сын убит. Татар упадок. Половцы крестились. Татары хотя столь великое войско русское победили, но своих весьма много потеряли. И сами сказывают, что их на оном бою более 100000 побито и хана их старший сын Тосхус убит, и если бы русские князи в согласии были и совокупно бились, то б татары и половцев при них разбить не могли. И видя такой в них великий упадок, татары не смели более на русских наступить и на области русские идти, хотя оные безлюдны остались и оборонять было некому, а пошли возле моря и, попленив половцев, возвратились за Дон к Волге и за горы. И потому их до пришествия Батыя не слышно было. Половцев же из бежавших некоторое количество в Русь пришли и крестились в разных городах, которым жители весьма рады были и давали им корм и помощь в поселении.
Избрание государя. Михаил, кн. черниговский. Владимир Рюрикович смоленский после разбития полков их ночью отлучился от Мстислава и, собрав бегущих своих и других князей войск до 5000, отошел к Донцу. На него гнавшие татары неоднократно нападение чинили, но он мужественно их 2 раза победил, много коней и ружья отнял, и был еще более в безопасности, и коней в пищу войску довольно имел, даже дошел во область Черниговскую и шел к Смоленску, не ведая о великом князе Мстиславе Романовиче. Но киевляне, уведав об убиении великого князя, тотчас на вече избрали по старейшинству Владимира Рюриковича и послали за ним наскоро. Которого, догнав у Стародуба, прилежно просили, чтоб немедля пришел в Киев и принял престол отца своего и оборонил землю Русскую от язычников. Он же, хотя тяжко ранен был, но, не смея не прислушаться к молению их, возвратился в Киев и прибыл июля 8-го дня, где принят был с радостию и плачем великим всего народа. А Михаил Всеволодич остался от него в Чернигове после Мстислава, старшего его брата, но, боясь татар, пришедших за ними, уехал в Новгород. Новгородцы же весьма обрадовались, что Бог его спас от погибели с прочими. <...>" (17)
"Джагфар тарихы" бахши Имана. По "официальной" версии - это сборник булгарских (на Волге) летописей, составленный в 1680 г. Серьезные ученые считают его "новоделом", изготовленным Ф.Г.-Х. Нурутдиновым в XX веке. Еще не так давно полный текст этого документа можно было скачать здесь. Сейчас удалось найти лишь краткий пересказ: "<...>Возглавлял этот корпус сын Джебе багатур Нимруй. Удар конного отряда Джебе и Нимруя решил исход битвы на реке Калке. Эту реку булгары называли Калга-Алмыш (отсюда - Калка), туркмены - Калмиус, а монголы - Калмак. В Кермекском сражении Джебе прикрывал волжскую переправу у Сэмбэра (Симбира) и был тяжело ранен, а Нимруй попал в плен. Однако вали (градоначальник) булгарского города Алабуги, пленивший Нимруя, не казнил его, за что Нимруй взял себе имя "Алабуга". Гордясь своим участием в Калкинской битве, Нимруй назвал одного из своих сыновей Калмаком. Другого сына багатура Бурулдаем (Бу-рилдай)" (18).
Вот, собственно, и все, что пока удалось собрать. Но это, естественно, не полный набор сведений о битве на Калке 1223 г. Так, например, известно, что какие-то известия о ней содержатся у рейнского монаха Цистерианского ордена Цезариуса Хайстербахского, у Рихарда фон Сан-Германо и Альбериха фон Труа-Фонтен (19). Не удалось пока найти и рассказы Гваньини и Стрыйковского, полный текст Длугоша. Вероятно, позже станут известны и другие источники. Но это уже все задачи на будущее.
Приложение к семинару 2
Арсений Григорьевич Рагунштейн
«За три моря за зипунами. Морские походы казаков на Черном, Азовском и Каспийском морях».
Как и с Турцией, отношения Москвы и Крыма с конца XV века пережили весьма сложную трансформацию. Именно в этот период времени в связи с распадом Золотой Орды стали образовываться независимые татарские улусы, одним из которых было Крымское ханство. С другой стороны, при Иване III Москва начала постепенно выходить из вассальной зависимости от Орды, которая в конечном итоге закончилась стоянием на реке Угре в 1480 году и прекращением выплаты дани. В схожей ситуации оказался и крымский хан Менгли-Гирей, который в глазах ордынских ханов выглядел как сепаратист. Это во многом сблизило позиции двух государств, у них появился общий враг. С одной стороны, это была Золотая Орда, с другой — Великое княжество Литовское, распространявшее свое влияние на восток и юг.
Однако союз двух государств продолжался недолго. Стремление поживиться за счет богатых русских купцов пересилило взаимную выгоду мирных отношений. В 1500 году Иван III отправил к крымскому хану Менгли-Гирею своего посла князя Ивана Семеновича Кубенского вместе с караваном московских купцов. Когда они шли по Дикому полю, на них напали азовские татары. Караван был разграблен. Часть купцов была перебита, другие попали в плен. Князь Кубенский и его сопровождающие избежали столь печальной участи, воспользовались защитой крымского посла, ехавшего с караваном. Только благодаря этому они достигли Крыма.
11 июля 1501 года в Диком поле у Полузоровского перелеска азовскими татарами были ограблены московские послы князья Федор Ромодановский и Андрей Лапенка. Князь Андрей в ходе схватки получил смертельное ранение и вскоре скончался. Столь же печальной была участь купеческого каравана, в составе которого следовало посольство. Многие купцы лишись своих товаров, хотя и сохранили жизни.
В 1505 году, после смерти Ивана III, Менгли-Гирей, подстрекаемый Польшей, пошел на открытый разрыв отношений с Московским княжеством. Более того, начинается период набегов крымских татар на пограничные русские земли. Крымцы вступили в союз с Казанским и Астраханским ханствами, устраивая набеги продолжавшиеся вплоть до завоевания Казани и Астрахани в 1552 и 1556 годах.
В декабре 1558 года из Крыма отправилось стотысячное татарское войско под командованием Магомет-Гирея. Однако к русским пограничным землям они приблизиться не успели. На Перекопе их перехватили казаки. Они напали на улусы ногаев, разграбили их и увели 15 000 коней. Узнав об этом, Магомет-Гирей спешно вернулся в Крым. В 1571 году крымские татары Девлет-Гирея в союзе с Ногайской ордой и азовскими и белградскими турками дошли до самой Москвы, разграбили и сожгли город. И хотя в следующем году во время повторного набега русские войска наголову разбили татар, это не сняло проблем с безопасностью русских рубежей.
Чтобы прекратить нападения крымцев, в 1584–1593 годах появилась целая сеть пограничных русских городов: Ливны, Елец, Воронеж, Белгород, Оскол, Валуйки. К сожалению, это не могло полностью решить проблемы татарских рейдов по русским землям. При хане Казы-Гирее (1588–1608) русские земли вновь испытали на себе тяжесть татарских рейдов. В 1591 году татары едва не дошли до столицы. Только преградившая им путь русская армия не позволила разорить Москву. Однако уже в следующем году, усыпив бдительность пограничных гарнизонов, они обошли пограничные укрепления, разорив рязанские, тульские и каширские земли.
Чтобы купить мир с крымцами, русскому послу князю Щербатову пришлось заплатить хану 10 тысяч рублей серебром и еще 40 тысяч его приближенным в качестве взяток. И хотя это были по тем временам огромные деньги, это лишь на время сняло проблему. Продолжавшиеся грабежи заставляли отправлять в Крым все новые и новые суммы денег. Только в 1600 году в Крым было отправлено 14 тысяч рублей. Только эти «подарки» спасли наше государство в период Смутного времени от разорения крымчаками.
После окончания Смутного времени при Михаиле Федоровиче Романове вновь началось укрепление пограничной черты. Были обновлены существующие и построены новые укрепления. Усилен надзор за границей, увеличены гарнизоны, но и это мало спасало государство от набегов. По Муромскому, Изюмскому и Кальмиусскому шляхам, как называли дороги на юг, шли бесконечные отряды крымских татар, проходивших систему засек, валов и сторож. Татары точно знали, когда надо нападать. Так, один из крымских отрядов напал на Россию в 1633 году, в период войны с поляками из-за Смоленска, когда отпор им дать русские войска не могли. Более того, татары так привыкли к посольским «подаркам», что стали воспринимать их как дань русского государства. Ханы требовали дорогих собольих мехов, шуб, ловчих птиц, а главное — денег. Поскольку русское государство не могло в XVII веке кардинально решить проблемы Крыма, приходилось откупаться, предоставляя требуемые суммы.
Зная о бедственном положении государства, татары постоянно требовали денег. Так, в 1614 году находившийся в Ливнах крымский посол Ахмед-паша Сулешов потребовал выплаты ему сверх предоставленных подарков десяти тысяч рублей, в то время как ему предлагали только четыре тысячи. Не получив денег, Ахмед-паша заявил, что недостающую сумму взыщет с Ливен. Возьмет в плен тысячу жителей и за каждого установит награду в 50 рублей. Так он получит еще больше, чем требует. С большим трудом русские бояре уговорили посла взять четыре тысячи, обещая в будущем дать больше денег. Бесконечные посольские поборы, необходимость содержать в южных городах большую армию, да еще выплачивать за пленных «полоняничные деньги», разоряли казну русского государства. Однако реальных сил решить эту проблему не было.
Юрий Крижанич так писал о татарах: «Татары живут по обычаю разбоем; они не знают никаких международных договоров и никакой человечности в отношениях, нет ни выгоды, ни чести договариваться с такими людьми. В самом деле, они безмерный срам наводят на наше государство тем, что, будучи малочисленным и убогим народцем, принуждают столь великое государство к некоторой денежной повинности, к покупке мира деньгами». Далее он особо подчеркивал, что «…они причиняют государству неисчислимый убыток тем, что мешают торговле между русскими и греками, что с давних времен велась по Черному морю и Дону».
Именно поэтому русские цари, отправляя караваны в низовья Дона, трепетно заботились о том, чтобы они находились в безопасности. Так, в царской грамоте, выданной руководителю царского каравана Парамону Ивановичу Золотареву 13 марта 1654 года, предписывалось «..дорогою едучи, государеву казну беречи накрепко, и на станех ставица бережно и устрожливо, чтобъ государеве казне порухи никакие не учинилось», кроме того, «…рекою Доном ехати ему по томужъ бережно и устрожливо, и на станеж ста-новица въ крепкихъ местехъ, и наперед себя посылати для розъезду въ легкихъ стругахъ стрельцовъ…… В пути и во время ночных стоянок предписывалось постоянно дежурить, чтобы не допустить нападений крымских и ногайских татар, а так же черкасов (запорожских казаков).
По мнению Крижанича, если бы не татары, эту торговлю можно было бы вполне наладить и при турках.
В этом случае Россия получила бы огромное преимущество в торговле, сбывая на восток сибирские меха, хлеб, икру, мясо, мед и иные товары.
Пока длилось противостояние России с Крымским ханством, отношения с Османской империей носили крайне нестабильный характер. Этому во многом способствовали разбойные походы донских казаков. Тем не менее, по мирному договору с Турцией 1682 года, заключенному на 20 лет, русским подданным было дозволено осуществлять рыбную ловлю на правом берегу Днепра, создавать здесь пасеки и солеварни. Кроме того, им разрешалось паломничество в Иерусалим через турецкие земли. После присоединения к России Азова, в 1701 году в этот город были приглашены греческие купцы из Константинополя для организации взаимовыгодной торговли. А в последующие годы грекам, находящимся в турецком подданстве, дозволялось посещать и внутренние районы России, проезжая через украинские города в Москву. Прутский мирный договор 1711 года подтвердил существовавшее право для русских и турецких купцов на свободный взаимный торг в обоих государствах.
Таким образом, отношения Московского государства со своими южными соседями развивались дифференцированно. Несмотря на многочисленные попытки русских великих князей и царей установить взаимовыгодные торговые отношения с Крымом и Османской империей, этого так не удалось сделать. Грабежи на южном приграничье не позволяли развить торговлю по Дону, отвлекали военные силы русского государства от других направлений, заставляли искать альтернативные пути защиты государства и его экономических интересов.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЗАПОРОЖСКОГО КАЗАЧЕСТВА
После монголо-татарского нашествия литовцы завладели Киевским княжеством. В 1340 году польский король Казимир I превратил его в одно из воеводств. Поскольку эти земли были пограничными, местным жителям были даны разнообразные вольности и пожалована земля выше и ниже Днепровских порогов. После объединения польского и литовского государств, православное население стало испытывать сильное притеснение со стороны панов и католического духовенства, что заставило большое число людей покинуть центральные районы Украины и двинуться вниз по Днепру в Дикую Степь. Постепенно здесь сформировалась довольно значительная группа людей, которая стала именоваться казаками.
Казаки, бежавшие от гнета феодалов, заселяли все низовье Днепра по берегам рек Сула, Псёл, Ворскла, Ингул, Буг, Днепр. Жизнь в приграничье сформировала в этих людях особый склад темперамента: спокойствие и рассудительность сочетались в них с отвагой и верой в свою правоту. Уже в конце XV столетия их численность так увеличилась, что они стали способными совершать самостоятельные походы против татар и турок. Сначала до Днепровского лимана, а затем и далее. Казаки быстро возродили изрядно подзабытые традиции морских походов, которые не совершались в течение нескольких столетий. Их деятельность была столь активна, что в дипломатической переписке крымского хана Менгли-Гирея с Литвой он жаловался на то, что крымчаки постоянно терпят притеснения как со стороны ногаев, так и от черкас. Переписка хана с Москвой показывает, что численность казаков в низовьях Днепра составляла несколько тысяч человек, и они контролировали обширные пространства между Днепром и Азовским морем. Используя многочисленные острова как укрытия, места стоянок и склады продовольствия и боеприпасов, казаки стали создавать первые Сечи, сначала сезонные, а затем и постоянные. Жизнь в условиях постоянной опасности обращения в рабство была сложной, поэтому только наиболее сильные выживали в этих диких местах.
В условиях постоянной опасности с юга как Русское государство, так и Польша искали пути прикрытия своих границ. Содержать регулярные войска в пограничных крепостях было весьма накладно, да и эффективность застав в те времена была не слишком высока. Опыт показал, что татарские всадники с легкостью преодолевают по своим дорогам-шляхам все преграды и проникают вглубь московских и польских земель. Типичным примером подобного набега может служить разорение крымским ханом Девлет-Гиреем Москвы в 1571 году. Хотя впоследствии крымчаки не забирались так далеко на север, это был знак, что необходимо радикально укреплять южное порубежье.
Другим немаловажным фактором, беспокоившим польские и, в меньшей степени, московские власти, была турецкая экспансия. Могучая Османская империя, сокрушив в 1453 году Византию, устремила свой взор на юг и через Балканы медленно расширяла свои владения. К началу XVI века турки уже контролировали устья Днепра и Дона, побережье Крыма, превратив крымских татар в своих вассалов, вплотную подобрались к владениям Польши. Несмотря на то, что движение османов в Средиземноморье было остановлено после битвы при Лепанто в 1571 году, в Причерноморье турки были еще очень сильны. Расширение владений Блистательной Порты дальше на запад очень беспокоило христианскую Европу, поскольку вместе с ней сюда проникал ислам. Таким образом, борьба с турками и татарами превратилась в священную войну как для одной, так и для другой стороны.
По стечению обстоятельств именно в это время формировалась социальная группа, которая с течением времени превратится в отдельное сословие и займет особое привилегированное положение в Российской империи — казачество. Оно стало надежной опорой государства на юге страны и приняло на себя всю тяжесть борьбы с кочевниками и турками.
Появление запорожского казачества относится к периоду начала XVI века. Первые успехи казаков были по достоинству оценены, и уже на сейме в Вильно в 1511–1512 годах обсуждался вопрос о принятии их на службу. В итоге было решено завербовать небольшой отряд и выдать им жалованье в качестве вознаграждения за пограничную службу.
В 1516 году казачий отряд под командованием мещанина из Овруча Евстафия Дашковича совершил поход под стены турецкой крепости Белгород (Аккерман). Разбив посланных против них отряд, казаки захватили 3000 голов рогатого скота и 500 лошадей.
В 1522 году черкасский староста Дашкевич предложил властям Великого княжества Литовского взять запорожских казаков на постоянную военную службу, однако окончательное решение этого вопроса было отложено на неопределенный срок. Тем не менее казаки привлекались властями пограничных земель к охране границ. За это казаки получали земельные наделы, что гарантировало их верность и заинтересованность в собственной службе. Косвенно казаки защищали и русские земли, создавая угрозу флангового удара по татарам. Известно, что в 1527 году крымский хан Сагип-Гирей, собираясь напасть на русские земли, опасался подобного развития событий и отправил в Литву послание с просьбой запретить днепровским казакам нападать на татар, мотивируя это тем, что московский князь Василий III является противником Литвы. Литовцы дали заверения, что они гарантируют татарам безопасность. Пользуясь этим, в 1527 году десятитысячный крымский отряд совершил удачный набег на пограничные русские земли. Однако когда они возвращались с захваченными пленниками и трофеями обратно, то подверглись нападению казаков. Узнав об этом, Сагип-Гирей срочно отвел своих воинов обратно в Крым для защиты собственных владений. Все пленники, отбитые казаками у татар, получили свободу и вернулись на родину.
В 1528 году запорожские казаки организовали под руководством Хмельницкого старосты Ляскоронского и черкасского старосты Дашкевича поход против Очакова. Сломив сопротивление турецко-татарского гарнизона, казаки ворвались в город, уничтожили крепостные укрепления и, забрав с собой ценные трофеи, среди которых было 500 коней и около 30 тысяч голов скота, покинули Очаков.
Однако в тот период времени турки и татары отнюдь не считались единственными противниками украинского казачества. Как подданные Речи Посполитой, они участвуют в набегах на земли Великого княжества Московского. Вместе с крымскими татарами в 1515 и 1527 годах грабили пограничные русские земли, а в 1537 году вместе с ханом Булгаком разоряли Северскую землю. Деятельное участие казачества в войнах с Россией и их успехи позволили Дашковичу просить короля образовать постоянную пограничную стражу из 2000 казаков для охраны порогов на Днепре и недопущения татарских набегов. Король согласился признать законность существования Запорожского войска
Несмотря на это, действия запорожцев зачастую способствовали борьбе с общим врагом. Так в 1541 году, когда крымские татары отправились в поход на Москву, запорожские казаки организовали по дороге засаду. Когда татары переправлялись через реку Кайру, казаки напали на врага и захватили 250 коней. Не ожидавшие нападения крымчаки были вынуждены спешно вернуться в свои владения и отказаться от продолжения набега. В 1545 году, когда татары снова готовились к набегу на Россию, запорожцы расстроили их планы, внезапно появившись под стенами Очакова. Их нападение было внезапным и крайне успешным. Разгромив турецкий отряд, казаки захватили различные трофеи и благополучно вернулись в Сечь.
В 1556 году казацкий предводитель Дмитрий Вишневецкий заложил на острове Хортица в низовьях Днепра земляной «город». Он стал главной базой дальнейших операций запорожских казаков. Именно отсюда они направлялись вниз по реке для захвата турецкой крепости Ислам-Кермен. Захваченные там пушки были установлены на новых укреплениях. Крымский хан два раза ходил в походы против казаков, стремясь их выбить с острова, но только второй закончился удачно. Казаки, сидя в осаде, съели всех лошадей и прочую живность и только после этого покинули Сечь.
Впрочем, польские власти не слишком доверяли запорожским казакам, поскольку они продолжали поддерживать отношения с пограничным русским населением, а через них и с московскими властями. Поэтому неудивительно, что часть казаков, после смерти Дашковича, перешла в подданство Москвы. Инициатором перехода стал Дмитрий Вишневецкий, который отправил атамана Есковича с 300 казаками в Москву с предложением своих услуг Ивану IV.
Казаки были слишком хорошими воинами, чтобы от их услуг можно было легко отказаться. Поэтому в 1576 году при гетмане Богдане король Стефан Баторий пожаловал казакам хоругвь, бунчук, булавы, герб и выбрал из числа казаков старшин. Шесть тысяч казаков были занесены в специальные реестры, получая плату за воинскую службу. Однако количество желающих существенно превышало выделенные квоты, поэтому те, кто не попадал в реестр, устремлялись в низовья Днепра, за пороги, где занимались грабежом на границе. Так началось разделение казачества на реестровое и низовое, или вольное. Каждая из этих категорий казаков выбирала себе предводителя — гетмана, который должен был возглавлять их в военных походах и представлять во время дипломатических переговоров.
После смерти Стефана Батория в 1586 году и восшествия на престол Сигизмунда III запорожцы еще больше усиливают нажим на турецкие владения. В это время запорожское войско начинает быстро увеличиваться за счет населения центральных районов Украины. Это явление носило столь массовый характер, что польские власти были вынуждены в 1589 году издать универсал, запрещающий украинцам переселяться в низовья Днепра. Уличенного в грабежах местные власти должны были передавать суду для последующей публичной казни. Для выполнения этого закона были выделены особые чиновники, которые должны были следить за передвижениями в приграничье и доносить коронному гетману о действиях запорожцев. Как показала дельнейшая история, эти меры оказались крайне неэффективными.
В 1590 году Сигизмунд издает новый указ, согласно которому украинские гетманы должны были утверждаться лично королем. Кроме того, он ограничил число реестровых казаков до 6000 человек. Они не имели право совершать самовольные военные походы и заключать соглашения от своего имени. Для надзора за соблюдением этих условий король назначал своих чиновников. В последующие времена эти постановления будут неоднократно повторяться, но запорожцы их игнорировали.
ВЕЛИКОЕ ВОЙСКО ДОНСКОЕ
В то же время, когда формировалось запорожское казачье войско, происходило формирование и донского. На южное пограничье Руси стекались толпы бедняков, которые стремились найти здесь вольное житье. Многие из них были преступниками, которые желали поживиться за счет богатых караванов, направлявшихся вниз по Волге и Дону. Сложно точно определить, когда появились первые казачьи поселения в низовьях Дона, однако изначально «вольница» собиралась в городке Раздоры, в 120 верстах от турецкой крепости Азов, на месте соединения Северского Донца с Доном. Казаки предпочитали селиться в укромных местах, в лесу или за болотом, на острове или между густыми камышами. На выбранном месте ставили частокол или плетень. Особых укреплений изначально не строили, жили в шалашах и полуземлянках. Поскольку жизнь была достаточно бедной, поселения казаков мало привлекали врагов.
Уже в 1496 году в грамоте рязанского князя Федора Васильевича к великому князю московскому Ивану III сообщается о том, что низовья Дона заселили казаки, которые занимались охотой, рыбной ловлей, сбором меда, воска и различными промыслами. Общность интересов и промыслов, схожие условия жизни, единая религия и этническая близость сделали казаков Днепра и Дона естественными союзниками в борьбе с главным врагом того времени — татарами. В 1515 году донские и днепровские казаки совершили первый совместный поход в Крым. Разгромив вражеские улусы, они с добычей вернулись обратно. Этот первый успех стал предвестником многочисленных совместных походов последующих столетий против турецко-татарских захватчиков.
Отряд запорожских казаков, пришедших на Дон, основал недалеко от Азова передовую крепость Черкасский городок, ставшую впоследствии городом Черкасском. Разгульный образ жизни, который вели запорожцы, был очень привлекателен для донской молодежи, поэтому с течением времени население Черкасского городка все более и более увеличивалось. Сюда стали стекаться не только русские и украинские казаки, но и татары, ногайцы, греки и представители других народов.
Когда количество вольных людей увечилось настолько, что они стали составлять внушительную силу, образовалось Донское казачье войско. Землю казаки не пахали, поэтому промышляли кто чем мог. Одни сторожили торговые суда на Волге, другие грабили пограничные русские селения, третьи совершали налеты на ногайские и татарские табуны. Ввиду схожести образа жизни донские казаки быстро наладили связи со своими днепровскими коллегами. Отряды запорожских казаков, или, как их называли тогда, черкасов, были обычными гостями на Дону. Совместно они совершали набеги на крымское побережье и турецкие берега. Как и запорожцы, которые стали защитниками порубежных земель Речи Посполитои, донцы стали выполнять ту же функцию для Русского государства. Постепенно казаки спускались все ниже и ниже по течению Дона, Европейский путешественник второй половины XVII века Э. Кемпфер так описал казаков: «Казаки, которые чинили беспорядки в Шелковых странах на Каспийском море, были подданными России, населяли территорию в районе Дона, были христианами по религии, говорили и писали на русском языке…»
Несмотря на то, что добыча была главным стимулом, привлекавшим людей в эти глухие места, казаки остерегались грабить русские земли и купеческие караваны. Это могло навлечь на них царский гнев и опалу, что грозило прекращением выплаты жалованья. Донцам хватало того, что они получали в ходе набегов на кочевников и турок и персов.
Начиная со времен Ивана IV Грозного московские правители стали привлекать казаков на свою службу, обещая им богатые подарки и высокое жалованье. Каждый год донские казаки зимой отправляли посольство в Москву для получения жалованья. За верную службу царь награждал казаков деньгами и хлебом, выделал им оружие, свинец, порох и сукно. Все это на подводах доставлялось в Воронеж, где перегружалось на заранее заготовленные царские струги. Далее казаки шли вниз по Дону водным путем, пока не достигали Черкасска. Приезд каравана был настоящим событием, его встречали не менее пышно, чем возвращавшихся из военного похода. На войсковом круге распределялось денежное и вещевое жалованье.
В этих условиях положение казаков на Днепре, Дону, Волге и Яике было неоднозначным. Находясь в пограничной полосе Русского государства, они, прежде всего, выполняли функции защиты со стороны Дикого поля и были основной ударной силой на юге, однако в Поволжье, ввиду отсутствия мощного противника, характер действий казаков наносил значительно больший ущерб экономике и внешнеполитическим отношениям государства. Здесь скопилось слишком большое число «воровских людей» которые угрожали не только торговле, но и всей структуре государственной власти, что было наглядно продемонстрировано во время восстания Степана Разина.
Отношения донского казачества с московскими властями так же были противоречивыми. С одной стороны, казаки выполняли военные функции, защищая границы государства от татарских нашествий, за что получали жалованье, главным образом в виде хлеба, боеприпасов и конечно денег. С другой стороны, они были слишком беспокойным народом: постоянно совершали набеги на пограничные турецкие и татарские владения, принимали у себя беглых крестьян.
В XVI веке донские казаки начинают участвовать в военных кампаниях Московского царства за пределами своих земель. В частности, они принимали участие в осаде и взятии Казани в 1552 году, активно действовали против поляков и шведов в Ливонской войне (1558–1583 годы).
Русские цари пытались, как и их польские коллеги, взять под контроль казачество, назначая своих должностных лиц на Дон. Так было в 1592 году, когда боярский сын Хрущев, выполнявший функции посла, должен был по возвращении из Константинополя остаться «головой» на Дону, для контроля за деятельностью казаков.
Однако подобная опека вызывала лишь раздражение значительной части казачества и воспринималась как покушение на их исконные свободы. Особенно эти отношения обострились в период Смутного времени, казаки оказались втянутыми в длительный конфликт за власть в Русском государстве.
Если организовывался поход всего войска, то ему предшествовало решение войскового круга. Полковники и есаулы во время этой торжественной церемонии выносили войсковой бунчук и булаву, символы власти Великою войска Донского. Чтобы турки не узнали о конечной цели похода, участникам просто объявляли: «Идем в поход». Чтобы организовать поход, все казаки делились на группы по 10–20 человек. Вместе они готовили припасы и оружие к походу, а затем так же делили награбленное у турок.
Потери Донского войска быстро компенсировались за счет новоприбывших из Русской земли. Здесь были и бывшие холопы, сбежавшие от своих хозяев и попытавшиеся начать новую жизнь, раскольники, скрывавшиеся от преследования после церковной реформы патриарха Никона, стрельцы и солдаты, которым надоела однообразная жизнь. Были здесь и откровенно криминальные личности, «гулящие люди» без рода и племени, готовые на любые авантюры. Все они находили приют на Дону и становились частью Донского казачьего войска.
КАЗАЧИЙ ФЛОТ
Ударной силой казачества был флот. Только благодаря флоту можно было наносить удар в самое сердце вражеских владений, там, где этого никто не ожидал. От своих предшественников казаки унаследовали развитые судостроительные традиции, которые позволили им создать универсальные суда, позволявшие в равной мере эффективно действовать как на реках, так и на море.
От качества морских судов зависел успех всей операции, поэтому к их изготовлению казаки относились с крайней серьезностью. Многие элементы судостроения были унаследованы от древнерусских корабелов и мало изменились за несколько столетий. Казачьи челны, согласно описаниям французского инженера Боплана, имели длину 60 футов(18 метров), ширину — 10–12 (3–3,6 метра) и глубину — 8 (2,4 метра), с двумя рулями. Эта лодка не имела киля, и в ее основании находилась выдолбленная колода из вербы или липы. После того как ствол дерева выдалбливали, борта наращивали за счет досок около 10–12 футов длиной и около фунта “шириной, пока судно не достигало нужных размеров. Для придания плавучести по бортам прикреплялись связки сухого тростника. Внутри лодки плотники устраивали перегородки и скамьи для сидения, а затем смолили дно. На каждый борт обычно приходится по 10–15 весел. Узкий корпус и небольшой вес позволял этим лодкам передвигаться быстрее, чем турецким галерам. В качестве вспомогательного средства передвижения на чайке имелся парус на единственной мачте, однако его поднимали лишь в хорошую погоду, а при волнении казаки предпочитали передвигаться на веслах. Поскольку казачьи челны не имели палубного настила, они довольно часто заливались сильной волной, и только связки тростника не давали лодке утонуть.
Струги донских казаков выглядели аналогично, хотя их и строили преимущественно в верховьях Дона, в основном в Воронеже и его окрестностях. После сплава в низовья Дона они подвергались некоторым переделкам, после чего использовались для морских походов. Известен пример, когда в июне 1646 года донские казаки извещали царские власти о том, что на Дону осталось только 5 стругов, поэтому они перестроили прибывшие к ним царские будары, из которых изготовили 20 стругов. В ответ 28 июня 1646 года правительство распорядилось построить в Самаре, Саратове и Царицыне 100 стругов однодеревных длиной от 6 до 9 сажень (12,8–19,2 метра), которые были пригодны для морских походов. Чтобы определить габариты и технические параметры стругов, с Дона немедленно надо было выслать двух казаков. Для обеспечения постройки из казны выделялось 2000 четверти муки и 3200 рублей. После постройки стругов царь Алексей Михайлович повелел немедленно передать их на Дон казакам.
Сохранилась также опись судов, отправленных в июле 1649 года на Дон из Воронежа с царским жалованьем вооружением и боеприпасами — всего 8 дощеников и 33 струга. Дощаники имели длину от 21,8 до 29,3 метра, и ширину от 3,2 до 5,3 метра. Габариты стругов были немного меньшими: длина от 16,5 до 18,6 метра и ширина от 2,1 до 3,4 метра (см. Приложение 2).
Аналогичный караван был отправлен через год в июне 1650 года вместе с жалованьем Донскому войску и турецким посольством во главе с Мустафой-чаушем Среди прочего воевода приводит перечень судов предоставленных для перевозки людей и грузов.
Из других городов были присланы следующие суда:
— из Коротояка 19 апреля присланы 2 дощаника и 9 стругов;
— из Ефремова 29 апреля — 6 дощаников;
— из Козлова 29 апреля 1 дощаник.
Кроме того, четыре старых струга были просмолены и приготовлены к плаванию в Воронеже. Всего 9 дощаников и 13 стругов. На Дон отправлено 7 дощаников и 12 стругов. В Воронеже остались два дощаника и однодеревный струг. На одном из стругов мастера даже умудрились сделать печь для обогрева и приготовления горячей пищи (см. Приложение 3).
Самыми крупными судами в караванах 1649 и 1650 годов были дощаники длиной до 29,3 метра и шириной до 4,8 метра, представлявшие собой суда с наборным корпусом. Однако поскольку казаки не использовали их в морских походах, их вероятнее всего разбирали на доски и использовали для переделки стругов. Воронежский струг имел максимальную длину 19,2 метра и ширину 3,4 метра.
Стоимость изготовления одного струга варьировалась в зависимости от его размеров. Так в 1646 году струг длиной 8 сажень (17 метра) и шириной 1 сажень (2,13 метра) стоил целых 7 рублей, а струг длиной 6,5 сажени (13,8 метра) и шириной сажень с пядью (2,3 метра) — 6 рублей.
Интересен тот факт, что донские казаки пытались соблюсти определенные требования к заготовляемым в Воронеже стругам, для чего направляли на строительство своих мастеров. Их основной задачей был надзор за правильностью и качеством строительства и тем не менее это не всегда помогало. Так, 20 декабря 1660 года Алексею Михайловичу была отправлена войсковая отписка, в которой казаки жаловались на отсутствие морских стругов на Дону. Посланные в ноябре того же года на Воронеж плотники забраковали изготовленные здесь суда. Оказалось, что их готовили «…въ лесу мерзлом и въ сыром….» и они «…уски и шатки…», а, следовательно, «…на морскомъ ходе не згодятся». Из общей массы построенного брака было выбрано только 40 стругов, которые требовали существенной переделки. Возмущение казаков было особенно велико, поскольку перед началом строительства в Воронеж был отправлен плотник Кирилл Петров, а с ним для образца три струга. Но руководивший строительством дворянин Владимир Еропкин, несмотря на указания Петрова, приказал делать струги быстро, не дожидаясь теплого времени года. Таким образом, нарушалась установленная веками технология производства стругов. Воронежские мастера, под страхом наказания со стороны Еропкина, умудрялись изготавливать по одному стругу в два дня, в то время как на Дону хороший морской струг строили не менее двух недель. Видя все это, плотник Кирилл Петров совершил самоубийство: «…зарезался самъ себя ножемъ до смерти».
Тот факт, что корабельный мастер совершил самоубийство, не желая брать на себя ответственность за качество изготовленных судов, наглядно показывает, сколь значимым был вопрос о качестве корабельного строительства. От этого зависела успешность всей экспедиции к вражеским берегам, а значит, и судьбы самих казаков.
Аналогично выглядели и струги казаков, действовавших на Волге и Каспии. Их описание, сделанное Э. Кемпфером, в целом соответствует тому, которое было дано Бопланом. Для придания небольшим стругам плавучести по бортам крепились валики с травой или соломой. Эти струги были длиной 8 фатомов (14,8 метра) и шириной 1 фатом (1,85 метра). Высоту борта Э. Кемпфер определил в человеческий рост, осадку в один «русский элл». На каждом струге, по его наблюдениям, было от одного до трех орудий. Де ла Невилль, описывая русские суда на Волге и Каспии, говорил о том, что русские корабли — это «…большие лодки, снабженные двумя рулями и парусом, которые в случае непопутного ветра опускаются, и судно, таким образом, отдается на волю ветра». Вероятно, описание французского путешественника относится к самому большому из типов морских судов бусам, которые наряду со стругами были главными типами судов на Каспии.
В XVI–XVII веках активно использовались, несмотря на их архаичность, грузовые струги. В 1634 году на Волге большой стург или насад вмещал от 300 до 500 ластов и при полной нагрузке сидел в воде на 12 футов (3,5 метра). Для струга в семь сажень в длину считалось нормальным иметь 12 гребцов.
Основным типом морского грузового судна, использующегося для морских перевозок, была буса. Сам термин, несомненно, имел средиземноморское происхождение. Среди кораблей Средиземноморья использовался также такой тип корабля, как «буса» (используется разное написание: buss, bucca или buzzo). Это тип венецианского судна, название которого, вероятно, происходит от итальянского значения слова «живот» либо от слова buco, означавшего комнату, куда складывали товары. И в том и в другом случае название указывает на связь «бусы» с перевозкой крупнотоннажных грузов. Именно на таких, крупнотоннажных для своего времени, кораблях перевозили товары из стран Востока. Казаки не использовали их для своих нужд, но они не раз фигурировали в качестве объектов разбойных нападений с их стороны.
ТАКТИКА МОРСКИХ ПОХОДОВ КАЗАКОВ
Морской поход — это было сложное и крайне рискованное предприятие. Прежде чем собраться в поход против турок, казаки собирали войсковой круг. Те, кто пользовались особым авторитетом, выдвигали кандидатуры людей, способных, по их мнению, повести отряд в поход. Выбранному атаману оказывалась большая честь, и не принять ее было большим оскорблением. Если кандидат отказывался занять предлагаемую ему должность, то его немедленно убивали как предателя и изменника. После того как атаман избран, его власть практически не ограничена. Во всех отношениях он был безусловным лидером. Он мог судить единолично и наказывать за преступления крайне жестоко, вплоть до посажения на кол. Но это была и большая ответственность. Если атаман в бою проявлял малодушие или трусость, то его так же убивали и выбирали нового.
Собираясь в морской поход, запорожские казаки так же созывали Раду или войсковой круг и получали дозволение от гетмана как официального представителя королевских властей. В ряде случаев, когда это позволяли обстоятельства, гетманы сами вели своих товарищей в поход, как это делал Петр Сагайдачный. Получив согласие, они отправлялись на остров Войсковая Скрабнчца — главный пункт, где строили и снаряжали лодки.
У всех казаков, вне зависимости от места их проживания, существовали примерно идентичные традиции морских походов. Все припасы на судне казаки хранили в большой, крепко привязанной к мачте, бочке. В походе казаки были крайне непривередливыми к еде. Основу их рациона составляли сухари, вареное пшено и тесто. Все это они смешивали и называли данное блюдо саламахой. Особо строго казаки следили за соблюдением в походе «сухого закона». Не секрет, что казаки имели склонность к излишнему возлиянию, но в походе потребление алкоголя было категорически запрещено. Уличенного в пьянстве немедленно наказывали с крайней жестокостью. Его выбрасывали за борт прямо посреди моря.
Приняв решение о морском походе, запорожцы комплектовали отряд из пяти-шести тысяч казаков и, собрав припасы, приступали к постройке судов. За две недели они оснащали 80–100 судов. На струге помещалось до 50–70 человек, с двумя ружьями и саблей каждый. Кроме того, на каждой чайке устанавливали 4–6 легких орудий — фальконетов.
Однако комплектование морского отряда было не самой большой проблемой. Добровольцев всегда было достаточно, что позволяло отбирать самых сильных и опытных. Гораздо большую проблему создавали гидрологические условия на великих реках, по которым пускались в походы казаки. Если на Дону, кроме мелей и турецкой крепости Азов, которую можно было обойти по протокам, практически не было препятствий, то на Днепре ситуация была несколько иной. Запорожским казакам необходимо было преодолевать знаменитые Днепровские пороги, на которых в свое время погиб киевский князь Святослав. Сложность заключалась в том, что для их преодоления казакам приходилось вытаскивать свои челны на сушу, а это было крайне опасно, ввиду того, что на них могли напасть татары. Поэтому от сохранения в секрете времени и маршрута движения флота во многом зависел успех экспедиции.
Собравшись в поход, казаки спускались вниз по Днепру. Впереди обычно шел адмиральский корабль, который имел на мачте особый отличительный знак. Поскольку турки знали о возможности казачьих походов, то обычно держали в Днепровском лимане эскадру. Однако согласно Боплану казаки обычно применяли хитрость. В темную ночь, незадолго до новолуния, казаки, прячась в камышах на мелководье, куда не отваживались заходить турецкие галеры, обходили противника. Известие о появлении в море казаков всегда вызывало по всему побережью Анатолии панику, поскольку казаки внезапно нападали на города, захватывали и сжигали их. Прибыв в намеченное место, казаки высаживались на берег, оставляя сторожить свои лодки лишь только двух взрослых и двух подростков. Иногда казаки заходили вглубь турецких владений, но далеко от моря старались не отходить. Захватив добычу, они немедленно грузились на чайки и уходили в море.
На обратном пути, поскольку устье Днепра обычно перекрывалось турецким флотом, казаки предпочитали обходить его, перетаскивая корабли вокруг Очакова. Затем они поднимаются вверх по течению Днепра до Войсковой Скрабницы, где и делили награбленную добычу.
Как и запорожцы, донские казаки спускались вниз по Дону на своих стругах, однако в дельте реки было несколько вариантов выхода в Азовское море. Дон при впадении в море разветвляется на 30 рукавов и протоков. Казаки называли их «гирлами». Три главные протоки были судоходны — это Мертвый Донец, Мокрая Каланча и собственно Дон. На левом берегу Дона стояла турецкая крепость Азов. Чтобы миновать ее, казаки обычно пользовались Мертвым Донцом. Все пространство между донскими рукавами длиной 30 верст и шириной 20 верст представляло собой займища, поросшие густой травой и камышами. В период весенних разливов вся эта территория покрывалась водой, особенно в период, когда дул сильный западный ветер, гнавший воду из Азовского моря. В это время, благодаря высокому уровню воды даже мелководные протоки становились судоходными, что значительно облегчало донцам преодоление турецких преград на своем пути.
Другой важнейшей рекой, впадавшей в Азовское море, был Миус. Эта река в верховьях покрыта лесом и имеет довольно широкий лиман, достигающий в ширину более двух верст, что было очень удобно для донцов. Если казаки не могли спуститься в море по Дону, они обычно использовали для этой цели именно Миус.
Преодолев турецкие заслоны, казаки могли практически безнаказанно действовать на всей акватории Черного и Азовского морей. Нападения на прибрежные турецкие и татарские селения не отличались от тех, которые совершали их предки. Казаки появлялись внезапно, используя предрассветные сумерки. Если поблизости находились укрепления, то они старались обезопасить себя, захватив их, хотя не всегда это получалось.
Польский посол в Турции князь К. Збражский был весьма нелестного мнения о турецких прибрежных крепостях. По его мнению, они были плохо укреплены. В них служили лишь старые солдаты и трусы, которые опасались встретиться с врагом в открытом сражении и предпочитали отсиживаться за укреплениями. Даже несмотря на то, что дисциплина в турецких гарнизонных частях была невысокой, захватить крепостные укрепления с множеством орудий отряд из нескольких сотен или тысяч казаков мог не всегда, особенно если при этом был утерян элемент внезапности. Если успеха они не добивались, то они ограничивались разорением и грабежом поселений вне крепостных стен.
Своеобразной была тактика действий казаков при столкновении с противником на море. В битве с турецкими галерами казаки, пользовались тем, что их лодки, возвышавшиеся над водой не более чем на два фута, как правило, первые замечали высоко сидящие над водой галеры. Убрав мачту и определяя направление ветра, казаки старались держаться так, чтобы солнце было у них за спиной. За час до захода солнца они начинали стремительно сближаться с противником, быстро подгребая к нему на веслах. Подойдя на расстояние нескольких километров, чтобы не потерять противника в темноте, они около полуночи шли на абордаж. Обычно, используя превосходство в людях, они быстро захватывали вражеское судно. После этого забирали все, что могло, по их мнению, пригодиться, снимали пушки и пускали судно ко дну вместе с людьми.
Впрочем, достоинства казачьих челнов были в то же время и их недостатком, поскольку турецкие корабли имели более сильное вооружение и высокий борт. Если на галеру еще можно было забраться, то с парусными судами (фрегатами и линейными кораблями, которых у турок, к счастью, было немного) ситуация могла развиваться по весьма негативному сценарию. Известны многочисленные случаи, когда казаки, несмотря на все свои усилия, терпели поражения в морском бою именно из-за низкой высоты борта своих судов.
Если столкновение с турецкими галерами происходило среди дня, то казаки, не обладая мощной артиллерией, старались скрыться и рассыпаться на своих челнах по морю. При преследовании они вели постоянный ружейный огонь. Пока одни гребли, другие заряжали ружья и передавали их стрелкам на корме. Хотя казаки стреляли весьма метко, превосходство в артиллерии обычно давало туркам преимущество, что приводило к существенной убыли экипажей казачьих чаек.
Когда превосходство турецкого флота было подавляющим и предстоящее сражение не сулило победы, казаки предпочитали обходить опасность стороной. В случае если обратный путь в Днепр перекрыт превосходящими турками, казаки возвращались обратно через Донской бассейн. Если же и здесь их караулил враг, то шли через Миус, а дальше тащили суда волоком или притапливали их до лучших времен. Оставшуюся часть пути шли по суше.
Удачное возвращение из похода было настоящим праздником. Казаки привозили с собой очень богатые трофеи: испанские реалы, турецкие цехины, парчу, ковры, хлопчатобумажные и хлопковые ткани, другие ценные товары. Это позволяло казакам пить и гулять с товарищами до следующего похода, после чего все начиналось снова.
КАЗАКИ В НИЗОВЬЯХ ДОНА. БОРЬБА ЗА ВЫХОД В АЗОВСКОЕ МОРЕ
Первые выходы в море донские казаки совершили еще в середине XVI века. В силу географических особенностей региона основным объектом нападений были берега Крыма. Первый морской набег донских казаков, предпринятый в 1585 году на крымское побережье от Кафы до Бахчисарая, настолько поразил турок, что они в 1586 году решили засыпать Мертвый Донец и Каланчу, чтобы преградить казакам путь в море.
После смерти Стефана Батория запорожские казаки устремились в пограничные русские земли. Часть из них перешла на русскую службу, другая занялась грабежами. Так, в 1590 году отряд из 600 черкасов захватил и разграбил Воронеж, убив при этом городского воеводу князя Ивана Шибанского-Долгорукого. В 1595 году отряд из 200 черкасов, зимовавших в верховьях реки Чира, совершил нападение на городок Усть-Медведица. Атаман городка Афанасий Савастьянов, имевший под своим началом 40 казаков, отбил приступ и отстоял городок. Попавший в плен запорожец сообщил, что его товарищи решили вызвать на подмогу новые силы из Лубен и идти на Царицын и Саратов для грабежа купеческих караванов.
В 1589 году казаки сплавились вниз по Дону, напали на татарские юрты, стоявшие вокруг Азова. 5 мая они напали на саму крепость, разорив посад и взяв в плен 300 человек. В том же году казаки снова ходили на Крым и близ урочища Овечьи Воды напали на татарские улусы, убив многих жителей и похитив скот. Однако и татары не остались в долгу. Осенью и зимой 1592 года донским казакам приходилось отбиваться от нападений азовцев, ногайцев, кубанских и темрюкских черкесов, которые разорили множество казачьих городков, захватив более ста человек в плен. Их судьба была печальна, почти все были проданы в рабство на турецкие галеры. В качестве ответной меры донцы снова ходили в поход на Азов, убив более 130 человек и нескольких взяв в плен.
Весной следующего года казаки, собрав дружину, во главе с походным атаманом Василием Жегулиным прошли Азов и вышли в море. Здесь они начали нападать на турецкие корабли, попутно грабя приморские юрты. В плен к ним попали татарский чауш и знатный черкесский князь Кабан из Темрюка с пятью другими князьями. Их держали в плену, пока они не заплатят за себя выкуп. За чауша казаки требовали 6000 золотых, за Кабана 3000, а за прочих князей вместе 4000. С учетом выкупа за остальных пленных общая сумма выкупа должна была составить 32 000 золотых. Поскольку эта ситуация грозила международными осложнениями в отношениях с Османской империей, в ситуацию вмешалось московское правительство, которое отправило посольство во главе с дворянином Григорием Нащекиным. Он должен был прибыть в Азов. Поскольку донской путь был небезопасен, ему в охрану были даны боярский сын Хрущев со служилыми людьми. Хрущеву предписывалось ждать возвращения посольства в Раздорах. Посольство сопровождали также донские атаманы Вышата Васильев, Андрей Долгая-Пола и Федор Хороший с казаками. Вместе с Нащекиным на Дон было отправлено царское жалованье: 200 четвертей сухарей, 30 четвертей круп, 30 четвертей толокна, 20 пудов зелья (серы и селитры для производства пороха), 20 пудов свинца, несколько поставов сукна. В царской грамоте, которую вез посол, царь требовал отпустить всех захваченных пленников вместе с посольством в Азов.
Миновав Раздоры, царские струги пошли далее вниз по Дону, встречая по пути разоренные казачьи селения. 27 мая доплыли до устья реки Цымлы, а 29 мая в урочище Каменный Перевоз на посольство с крымской стороны напали черкесы. Они отбили последнюю лодку каравана и, пристав к берегу, стали выгружать с нее товары. Остальные струги повернули, чтобы отбить свое имущество. В этом им помогли 20 казаков во главе с атаманом Кузнецом, которые поднимались в это время вверх по течению. Вместе они отбили захваченную лодку и прогнали черкесов.
30 мая посольство прибыло в Черкасск. В тот же день Нащекин явился к казачьим атаманам и объявил им царскую волю. Это вызвало неоднозначную реакцию. Освободить пленных значило потерять большую выгоду, однако не выполнить указание означало ослушаться царской воли. Только 4 июня атаманы пришли к посланнику и заявили, что готовы проводить его до Азова, но освободить пленников не могут, поскольку они захвачены в бою. Войсковой круг, собравшийся через несколько дней, поддержал решение атаманов.
11 июня из морского похода вернулся отряд атамана Василия Жигулина и Ивана Носа. Они были недовольны тем, как царский посланник распределил царское жалованье. Более того, казаки схватили Вышату Васильева и, избив его, утопили как преступника и изменника. Тем не менее свои обязательства казаки выполнили. Они сопроводили посла в Азов и установили мир. После этого Нащекин стал готовиться к поездке в Кафу. Сложность вызвали лишь переговоры о судьбе пленников. Чтобы ускорить получение выкупа, казаки отрубили одному из черкесских князей руки и отправили его в назидание в Азов. Это затормозило отправление посольства в Кафу. Теперь начался торг о сумме выкупа. Азовский паша требовала сократить сумму. За турецкого чауша согласились выплатить 5000, за Кабана вместо 3000–2000, за остальных сумму снизили до 3000. Только с большим трудом 6 июля заключили новый мир. Как только Нащекин отъехал в Кафу, турки вероломно напали на свиту, сопровождавшую посла. 130 казаков были убиты или проданы в рабство на галеры. Известие о расправе быстро достигло Донского войска. В ответ на вероломство турок казаки собрали отряд и совершили нападение на азовские посады, умертвив его жителей и разграбив их.
Набеги донских казаков вызвали большое возмущение у султана, поэтому в 1593 году, во время переговоров в Константинополе, Г. Нащекину было заявлено крайнее недовольство политикой русского правительства в этом вопросе, хотя русский посол всячески подчеркивал независимость казаков от Москвы. Однако неоспоримым являлся факт того, что русское правительство платило жалованье Донскому войску, и это было прекрасно известно турецким дипломатам. Понимая, что действия казачьих отрядов наносят огромный ущерб отношениям с Османской империей, русские цари всячески добивались от казаков покорности, грозя опалой за ослушание.
Опасения царского правительства были не безосновательны. В 1593 году казаки едва не захватили Азов, мстя за товарищей, арестованных и казненных турками. Лишь помощь ногайцев спасла крепость от падения. Как и запорожцы, донские казаки в XVI веке ограничивались локальными набегами на владения крымских татар и ногайцев. Однако уже в этот период времени стало ясно, что донцы имеют большие возможности для расширения географии своих морских походов.
СОВМЕСТНЫЕ ПОХОДЫ ДОНСКИХ И ЗАПОРОЖСКИХ КАЗАКОВ К БЕРЕГАМ ТУРЦИИ И КРЫМА
Прекращение войн между Польшей и Россией периода Смутного времени позволило запорожским и донским казакам приступить к совместным действиям против общего врага — Крымского ханства и Османской империи. Наличие формально мирных отношений с этими государствами ничуть не смущало казачество, воспринимавшее набеги на крымчаков и турок как своеобразную «священную войну» в защиту интересов христианского мира. Первые совместные походы запорожских и донских казаков были предприняты еще в XVI веке. В 1561 году они совместно вышли из Дона в Черное море и напали на Кафу. Однако наибольшего размаха они приобрели после окончания Смутного времени и заключения мира между Россией и Польшей в 1618 году.
Опасность совместных морских походов очень беспокоили турецкие власти. Настолько, что в 1618 году они устроили на реке Каланче под Азовом сторожевую башню с орудиями и засыпали Мертвый Донец, через который казаки обходили турецкие укрепления. Но эти усилия были напрасными. Донцы обходили по протокам Азов и все активнее выходили в море. В 1621 году 1300 донских казаков и 400 запорожцев организовали совместный морской поход во главе с атаманами Василием Шалыгиным, Сулимой, Шилом и Яцко. Совместно они напали на Ризу. В декабре того же года пятидесятитысячная армия казаков захватила крепость Белгород и Килия. Все турки и татары в крепости были перебиты. Было освобождено из плена большое количество поляков, в том числе четыре «важных лица».
Летом 1622 года 800 донских казаков под командованием атамана Исая Мартемьянова вышли в морской поход. Пять дней они сторожили в море турецкие суда, захватив корабль и две комяги (купеческие суда). 26 июля они возвратились с добычей в Монастырский городок, привезя помимо разнообразных трофеев три пушки. Другой отряд из 700 запорожских и донских казаков на 25 стругах под командованием атамана Шило в июле того же года совершил совместный поход к турецким берегам. Он захватил несколько прибрежных селений. Турки попытались перехватить этот отряд и выслали эскадру галер. В сражении турки захватили 18 казацких судов и около 50 казаков. Общие потери отряда составили почти 400 человек. Однако основная часть отряда 8 августа благополучно вернулась на Дон.
В том же 1622 году 500 донских казаков и 70 запорожцев на 30 стругах отправились в морской поход на Трапезунд. Хотя город они и не взяли, однако разорили его окрестности, а кроме того еще и перебили местных жителей и турецких купцов и сожгли стоявшие там суда. Особое недовольство как русского, так и турецкого правительства вызывал тот факт, что, несмотря на наличие с турецким султаном Ахмед-Султаном мира, казаки без всякого разрешения совершали на его владения набеги, а воевать с Польшей отказывались. В связи с этим Михаил Федорович требовал немедленно прекратить этот произвол и категорически запрещал грабить крымские и турецкие владения и корабли.
Поскольку частые набеги донцов и запорожцев вызвали возмущение Блистательной Порты, в Турцию отправилось посольство дворянина Кондырева с целью уладить отношения с Портой. Уже возле Босфора корабль, в котором они плыли, попал в сильный шторм и был вынужден укрыться у городка Легры. Из-за казачьих набегов этот городок был пуст, все его жители разбежались. 28 сентября послы сошли на берег в 100 верстах от Константинополя у селения Конпредставляло собой обгорелые развалины. Это произвело удручающее впечатление на посла. Далее их путь пролегал сухим путем. В таких условиях положение русских дипломатов было более чем двусмысленным Им пришлось применить чудеса дипломатической изобретательности, чтобы не спровоцировать войну с османами. Именно поэтому ничуть неудивительно, что 10 марта 1623 года царь Михаил Федорович издал указ, запрещавший донским казакам совершать набеги на турецкие города и ногайские улусы без царского дозволения. Годом ранее в Турцию было направлено посольство во главе с посланником Петром Ивановичем Мансуровым и дьяком Семеном Самсоновым, которые обещали султану прекратить подобные набеги. Царь требовал, чтобы казаки «…съ Азовом помирились, и к Турскимъ ни к которымъ городомъ и на море на Турскихъ людей войною не ходили, и задору никоторого Турскимъ людемъ не чинили до техъ мест покаместа посланники наши у Турского царя будут».
Однако предостережение царя казаков не остановило. Весной 1623 года около 1000 человек, из них 400 были запорожцами, отправились на 30 стругах к крымским берегам. Войдя в Керческий пролив, они захватили турецкую комягу, на которой находился сын темрюкского градоначальника, выехавший в море на прогулку. В конечном итоге казаки выпустили его после того, как отец заплатил выкуп в 2000 золотых. Известие о появлении на море казаков вызвало настоящий переполох среди турецкого населения Кафы. Находившееся в городе русское посольство, прибывшее из Константинополя, стало невольным заложником сложившейся ситуации. Их всячески задерживали, видимо рассчитывая на то, что они могут стать заложниками в случае нападения. До 20 июля посольство находилось в городе. Как только они покинули его и прибыли в Керчь, появились казацкие струги. Они захватили еще одну турецкую комягу, частично перебив, а частично взяв в плен ее экипаж. Это вызвало новый переполох. Послов Кондырева и Бармасова схватили прямо на корабле, на который они только что погрузились, и привели в одну из крепостных башен, грозя убить их. Турки требовали гарантий безопасности города и всех судов, стоявших в порту. Кондырев был вынужден отправить к казакам кречетника Бакина и переводчика Бидеева, уговорить их, чтобы они отошли от крымских берегов. Казаки ответили уклончиво, заявив, что без добычи домой не возвратятся, и прошли мимо Керчи дальше к Кафе.
В конечном итоге послы были вынуждены возвращаться на Дон сухим путем через таманские степи под конвоем татар. В Темрюке послам предъявили претензии, требуя от них 2000 золотых, уплаченных за сына градоначальника. Ссора едва не переросла в резню. С трудом, сопровождавший посольство Ахмед-ага откупился от темрюкцев подарками и продолжил путь. 30 июля на реке Ея послов ограбил ногайский мурза Бидей, мстя за набег казаков, совершенный ранее. Только 3 августа с большим трудом послы достигли Азова, но и здесь их едва не растерзали местные жители, угрожая смертью за грабежи донских казаков. Только 20 сентября посольство было встречено казаками на реке Каланче и препровождено далее в Москву, а на следующий день вернулся с моря казачий отряд. Оказалось, что они захватили в устье Дона турецкую комягу, которая шла из Азова в Кафу, убив 20 турок.
В июне 1623 года запорожцы так же вышли в морской поход. На этот раз они направились к Кафе, где стоял турецкий флот. Турки в это время пытались сместить на крымском престоле Мухаммед-Гирея и поставить более покладистого Джанибек-Гирея. В междоусобную войну вступили запорожцы, оказавшие помощь Мухаммеду. Оказавшись между двух огней, осажденные в Кафе турки пошли на компромисс и отказались от смены власти в Крыму, вернув престол Мухаммед-Гирею. После этого казаки двинулись к Константинополю. Весь день 21 июля они простояли на расстоянии прямой видимости от стен города, наводя страх на султана и его приближенных. Затем ненадолго пропали из поля зрения, но лишь для того чтобы через несколько дней вернуться снова. На сей раз они сожгли Босфорский маяк и разорили несколько селений, после чего повернули обратно к Запорожской Сечи.
Осенью, несмотря на заключенный мир, донские казаки угнали 1000 лошадей. В ответ отряд азовцев под командованием Ассан-бея совершили 6 декабря набег на казачий городок Маныч. Этот рейд оказался на руку донцам, которые использовали его как предлог для новых операций. В результате весной 1624 года казаки снова организовали морской поход 1500 человек на 55 стругах. Участвовали в походе и запорожцы. Походным атаманом был избран донской казак Демьян. Прибыв к Кафе, казаки высадились на берег и проникли вглубь татарских земель, напав на ярмарку. Нагрузив струги богатой добычей, казаки двинулись в обратный путь. Однако по пути попали в сильную бурю. 12 стругов было разбито и затонуло. После этого донцы разделились. Одни двинулись к Монастырскому городку, другие продолжили набег.
В 1624 году донские и запорожские казаки совершили новый совместный поход. 21 июля на 150 стругах они появились у Константинополя, сожгли и разграбили укрепления у Буюкдере, Иенике и Сденгу. Известие о появлении казаков так всполошило столичные власти, что в море немедленно была выслана сильная эскадра. Чтобы отбить нападение, турки выслали в море до 500 больших и малых судов, а бухта Золотой Рог была перетянута огромной железной цепью. Впрочем, опасения османов были напрасными. Казаки предпочли вернуться с награбленным добром обратно на родину.
В 1625 году казаки снова вышли на морской промысел. С первыми весенними днями они снарядили отряд из 2030 человек и двинулись из Монастырского городка в Черное море. Попутно они разорили город Евпаторию и окрестные селения. Затем, объединившись с запорожцами, они направились к Трапезунду. Высадившись на турецкий берег, казаки четыре дня упорно бились с местными жителями, но в конце концов захватили его. Хотя в конечном итоге они были вынуждены оставить город ввиду опасности приближавшихся турецких войск. В результате началась ссора донцов с запорожцами, которая переросла в открытое столкновение. Запорожцы обвинили своих коллег, что их неудачи объясняются поспешностью действий донцов. В результате схватки погиб один из донских атаманов. С трудом ссору удалось прекратить. После этого казаки захватили у берегов Анатолии несколько турецких барок, которые вышли из устья Дуная, освободив несколько литовцев из рабства.
Однако радость была преждевременной Казачий отряд попал в засаду из 50 турецких галер под командованием капудан-паши Редшид-паши. На западном побережье Черного моря при Карагмане произошло грандиозное морское сражение. Сначала верх начали одерживать казаки. Они окружили адмиральскую галеру. Очень помогло им то, что, видя соплеменников, рабы на галере, многие из которых были славянами, отказались грести. Однако в конечном итоге победили турки. Сказывалось превосходство турецких галер над казацкими чайками и стругами в размерах и мощности вооружения. Благодаря поднявшемуся сильному волнению турки разметали казачий флот. 270 казачьих судов было разбито, 780 человек попали в плен и заняли место гребцов на галерах.
Пока казаки разоряли Трапезунд, на донские городки напали «азовские люди». Как только из Трапезунда вернулся посланный туда отряд, атаман повел людей на приступ Азова. Собрав до пяти тысяч человек, донцы подошли к крепости и дважды штормовали ее, захватив одну из башен. Однако башня обрушилась, и захватить остальные укрепления казаки так и не смогли. Во время приступа получил ранение атаман Епиха Радилов. В конечном итоге, разрушив захваченную башню до основания, донцы отошли, прихватив в качестве трофеев 9 пушек, а остальные разбив. Медные фрагменты орудий казаки также взяли с собой, отправив их в качестве дара в монастырь в Воронеже для переплавки на колокола. Разрушение сторожевой башни Каланчи открыло донским казакам выход в море, и они смогли спокойно продолжить свой промысел. К осени в море оставались 27 стругов с 1300 казаками, которые продолжали рейды и рассчитывали вернуться к празднику Покрова пресвятой Богородицы (к 1 октября).
Осенью 1626 года две тысячи донских и десять тысяч запорожских казаков на 300 стругах снова ходили в поход на Трапезунд и другие турецкие города. Однако турецкий флот перехватил казацкий отряд. Потеряв около пятисот человек донцов и около восьмисот запорожцев, казаки вернулись по своим домам. Причем около пятисот запорожцев остались зимовать на Дону.
Стремясь хоть как-то обуздать своих подданных, 2 сентября 1627 года Михаил Федорович снова издает грамоту донским казакам, в которой запрещает им грабить турецкие города и селения. Царь жестко требует, чтобы казаки «…Турского Мурать-Султана с людьми не задиралися, и на море не ходили, и судовъ не громили, и городов и мест не воевали, тем межъ насъ и Турского салтана ссоры не чинили». В указе извещалось, что в Турцию через Дон едет русский посол Семен Яковлев и дьяк Петр Евдокимов с турецким послом. Их сопровождал елецкий сотник Федор Есипов. Посольство на 21 струге спустилось вниз по Дону от Воронежа до Азова, где продолжило свой путь дальше, а Есипов со своими людьми, оставив на Дону струги, вернулся обратно. По указу Есипову предписывалось снова вернуться на Дон и возвратить струги в Воронеж, заодно переправив на них пленных, взятых донскими казаками.
2 июля 1629 года Михаил Федорович снова издает указ, запрещающий казакам нападать на турок и крымчаков, грозя им в противном случае «царской опалой». Однако предостережение московских властей, видимо, в очередной раз не оказало на донских казаков никакого влияния. Уже 6 октября того же года на Дон была отправлена другая грамота, в которой царь пеняет казакам за совершенные разбойные нападения. Несмотря на наличие мирных отношений с Турцией и Крымом, донцы совершили набег на крымские улусы Шан-Гирея и сожгли город Красов, перебив и взяв в плен его жителей. Поэтому Михаил Федорович требовал от казаков повиновения и прекращения военно-морских походов.
В 1630 году турецкое правительство организовало крупную экспедицию против казаков. К устью Днепра были направлены 15 галер с пятитысячным отрядом янычар. Недалеко от Константинополя у православного монастыря Сизебола турки наткнулись на 6 запорожских чаек. Казаков было всего три сотни человек. Они причалили к берегу и стали пробиваться в монастырь. Монахи впустили единоверцев. Восемь дней янычары осаждали монастырские укрепления, пока в море не появился отряд из 80 казацких чаек. При их появлении турки спешно сняли осаду и бросились грузиться на галеры. Но прежде казаки захватили две галеры. Остальные были вынуждены с боем отходить обратно в Константинополь.
В 1630 году запорожцы снова вышли в Черное море. Однако на этот раз в стычке с турецким флотом они потерпели поражение. В сражении у Очакова турки захватили в плен 55 чаек и 800 казаков. Зимой 1631/32 годов на Дон был отправлен воевода Лев Волконский со стрельцами для сбора сведений о деятельности казаков. В своей отписке Волконский сообщил царю, что донские казаки находятся в мире с азовцами, сознавая, что за нарушение царского указа их ждет «опала» и лишение царского жалованья. Однако свои обязанности донцы выполняли. Они охраняли границы и принимали пленников, сбежавших от турок, татар и ногаев, провожая их до русских пограничных городов. Волконский так же подтвердил, что на Дон приходят запорожцы и склоняют донцов к походам на турок. Так, в 16 31 году вместе с запорожцами на турецкие города ходили полторы тысячи донских казаков, однако поскольку пробиться обратно к Дону они не смогли, то ушли на Днепр в Запорожскую Сечь. Кроме того, воевода сообщал о том, что, по его сведениям, польский король заключил мир с султаном на пять лет и велел сжечь все суда запорожцев.
В 1633 году запорожские казаки под начальством атамана Сулимы совершили поход по Черному и Азовскому морям, совершив нападения на Азов, Измаил и Килию. Опустошили побережье между Днестром и Дунаем После заключения мирного договора Польши с Османской империей начинается отток казачества из Запорожья на Дон. 12 марта 1633 года воронежский воевода Матвей Измайлов доносил, что на Дону появился отряд запорожцев численностью более 400 человек, во главе с полковником Павлом Енковым. Они просили принять их в русское подданство. С ними прибыли донские казаки, которые зимовали в Запорожье.
В 1635 году запорожцы и донцы провели новый совместный поход против турок. 20 апреля с Дона на Черное море пришли 34 струга под командованием атамана Алексея Лома, а с ним запорожский полковник Сулима. Вскоре к ним присоединились еще 30 запорожских стругов. Объединенный флот направился к Керчи. В мае 1638 года сучавский митрополит Варлаам сообщил в Посольский приказ, что, по его сведениям, запорожцы захватили город Белгород и, разграбив его, вернулись в Сечь. Общую численность казаков он определил в 20 тысяч. Он же сообщил, что турки готовят послать к Азову 10–15 галер, в каждой по 100–200 человек. Чтобы обеспечить безопасность Константинополя от нападения донских и запорожских казаков султан разместил 10 тысяч янычар у входа в Босфор. Чтобы пресечь дальнейшие походы казаков в море, в мае 1635 года царь Михаил Федорович снова издал указ, в котором повелел, чтобы донцы «…на море не ходили, и судов не громили, и к султановымъ городомъ и селамъ войною не ходили…».
В 1638 году объединенный отряд из 1700 казаков встретился в море с флотом Пиали-паши. Казаки вступили в сражение с турками, потеряв до 700 человек. Потери турок составили 100 человек. Это поражение показало, что турецкий флот вполне приспособился к действиям казаков и все эффективнее защищает свои владения от морских рейдов. К концу 30-х годов XVII века, под давлением польского правительства, запорожские гетманы прекращают морские походы против турок. В 1638 году после неудачного казацкого восстания польские власти ликвидировали все привилегии запорожцев, для контроля за территорией была построена крепость Кайдаки, которая была населена польскими немцами, а в 1640 году было ликвидировано гетманство. Отныне король назначал на Украину своих комиссаров и войтов. Кроме того, благодаря усилиям турецких властей к этому времени походы казаков стали не столь успешными. Разобравшись в тактике действия запорожских и донских казаков, турецкое правительство стало предпринимать эффективные контрмеры, существенно осложнившие выход из Днепра в Черное море.
Несмотря на это, простые казаки по-прежнему участвовали в военных действиях против турок. Для этого они переходили границу и уходили к своим коллегам на Дон. Запорожцы участвовали практически во всех крупных операциях донских казаков, в том числе в знаменитом «Азовском сидении» 1637–1642 годов.
АЗОВСКОЕ СИДЕНИЕ
Турки не раз пытались прекратить выходы в море донских казаков. Ниже Азова Дон был перетянут тройной железной цепью. На обоих берегах стояли каменные башни с пушками, которые стерегли устье Дона. Однако казаки обходили эти заслоны по волокам и мелким протокам, используя дождливую или туманную погоду. Если преодолеть Азов было невозможно, они использовали другой путь, спускаясь вниз по течению реки Миус. Единственным реальным препятствием на пути казаков дальше на юг была мощная крепость Азов, которая загораживала выход из Дона.
Азов был основан около 1068 года. Он много раз переходил из рук в руки, пока в 1471 году не вошел в состав Османской империи. С течением времени он стал главным центром работорговли. Именно сюда свозили пленных, захваченных во время набегов степных кочевников по пограничные русские земли. Его стратегическое положение в устье Дона позволяло контролировать эту важную водную артерию. Неудивительно, что уже в XVI веке Азов был объектом нападений казаков. В 1576 году они захватили его пригород Топракалов, но дальше продвинуться не смогли.
Период Смутного времени, отвлекший значительную часть казаков от турецких дел, привел к тому, что морские походы прекратились, и добыча от них не поступала в донские станицы. Это, в свою очередь, приводило к обеднению казачества. Более того, азовцы сами начали совершать нападения на донские городки. В 1625 году они напали на казачьи селения, спалив семь городков. Стерпеть такое для казаков было невозможно, поэтому, собрав все имеющиеся силы, они совершили новый поход на Азов, захватив башню на Каланче. Затем они приступом ходили на саму крепость, захватив один из бастионов, но ранение атамана Радилова заставило их отступить. Весной 1626 года казаки совершили новый поход на Азов, однако, несмотря на все усилия, они не смогли захватить его.
В январе 1637 года проблема Азова была решена кардинально. На войсковом круге было принято решение захватить его. Походным атаманом был выбран Михаил Татаринов. 21 апреля Донское войско прибыло к крепости. На помощь пришли запорожцы. Казаки уже имели определенный опыт осады крепостей. Вокруг стен был вырыт ров и подведены плетеные туры, в которые насыпалась земля. Это позволило разместить на вершине вала орудия и обстреливать город прямой наводкой. 28 апреля на Дон прибыло посольство с атаманом Иваном Каторжным. Все боеприпасы, привезенные из Москвы, были тут же отправлены под Азов, поскольку казаки испытывали сильную нужду в них.
Османский посол Фома Кантакузин, находившийся в Монастырском городке, пытался предупредить турок о планах казаков, однако был разоблачен. Несмотря на свой дипломатический статус, он по приговору войскового круга казнен 5 июня. Как и следовало ожидать, казнь посла возмутила не только султана, но и царское правительство. Однако изменить положение дел это уже не могло. Казаки и не думали отказываться от радикального решения азовской проблемы.
Поскольку прямой штурм крепости не удался, казаки решили пойти на хитрость. Они начали делать подкоп. Около месяца потребовалось казакам, чтобы сделать его под стенами крепости. Утром 18 июня они, наконец, взорвали установленную в подкопе мину. Огромный взрыв проделал в стене пролом размером более 20 метров. После этого казаки устремились на штурм. В результате кровопролитных схваток на улицах города турки были окончательно разбиты. Понимая, что ждать милости им не придется, турки отчаянно сопротивлялись, укрывшись в крепостных башнях. Узкие лестницы мешали штурмовавших их казакам продвигаться вперед, но в конечном итоге и они были взяты. Часть гарнизона бросилась в сторону реки Кагальник, но была настигнута и изрублена казаками.
Крепость перешла в руки донских казаков. Помимо богатых трофеев в их руки попало 200 больших, средних и малых орудий, что существенно укрепило силу Донского войска Захват Азова радостно встретили около двух тысяч русских невольников, томившихся в турецком плену и получивших свободу. Дело было сделано, и путь на море был открыт, хотя дальше на «гирле» Черного моря стояла еще одна мощная турецкая крепость Керчь.
20 сентября того же года, с некоторым запозданием, Михаил Федорович направил на Дон грамоту, в которой грозил казакам опалой за убийство турецкого посла Фомы Катакузина и захват Азова без царского дозволения. Однако реальных последствий эта грамота не имела. Было бы странным полагать, что донские казаки откажутся от первоклассной крепости только лишь потому, что не спросили царского дозволения на ее захват. К тому же время для этого было самое подходящее. В этот период времени Турция находилась в состоянии войны с Персией, которую вела с 1634 года, поэтому не могла выделить для осады отвоевания Азова большие силы. Султан поручил крымскому хану беспокоить защитников, но не предпринимать активных действий. Время для возврата Азова, по его мнению, еще не настало.
В 1638 году османские войска овладели Багдадом, что заставило Персию искать мира с Турцией. Прекращение войны позволило Мураду вынашивать план общего наступления на западе против христианских стран. Но прежде ему нужно было решить проблему Азова. Пока крепость находилась в руках казаков, берега Турции были беззащитны против морских набегов. В том же году турки и татары приступили к активным действиям. Уже весной стало известно, что крымский хан готовит войска для похода на Азов. Ожидалось появление турецкого флота с подкреплениями. 30 июня 1638 года воронежский воевода Мирон Андреевич Вельяминов сообщал в Москву о том, что донские казаки, чтобы выяснить обстановку, выслали в море к крымским берегам отряд для захвата языка. Когда морской отряд появился у берегов Крыма, к казакам сбежали двое русских полоняников, уже двадцать лет живших у татар. Они сообщили, что крымские и ногайские татары собирают силы и готовятся к походу, а с ними идет отряд запорожских казаков. Чтобы выяснить правдивость подобных сведений, морской отряд приблизился к Керчи, где встретил шестьдесят галер. Не вступая в бой, донцы отошли назад и вернулись в Азов. Однако последующее сообщение, отправленное им 17 июля 1638 года, несколько иначе описывало положение дел. Источником сведений стал поп Осип, по прозвищу Зеленый, который прибыл из Азова. Он сообщил, что морской отряд казаков встретил в море только 44 галеры. Они вступили в артиллерийскую перестрелку, однако из-за плохой погоды вынуждены были разойтись. Начался шторм, и в результате погибло шесть турецких галер. После этого из Азова снова вышел морской отряд из трехсот казаков под командованием атамана Григория Некреги для разведки обстановки. В результате допроса захваченных пленных татар выяснилось, что галеры были высланы к Керчи не для похода на Азов, а для того, чтобы не пускать казаков в Черное море.
9 августа 1638 года в Воронеж прибыл атаман Осип Лосев, который сообщил, что к Азову приходил отряд крымских и ногайских татар из 300 человек, который был разбит казаками, причем 20 татар были взяты в плен. Пленные рассказали, что по берегу к Азову идет татарский отряд, а помощь им оказывает турецкий флот, состоявший из 42 галер и множества мелких кораблей. Чтобы разведать ситуацию, к Керчи были высланы 40 стругов с двухтысячным казацким отрядом. У берегов Тамани произошел бой. С наступлением темноты обе стороны разошлись. Галеры ушли в море, а казацкие струги двинулись к побережью. На следующее утро оба флота снова сошлись. Завязалась артиллерийская перестрелка, но до ближнего боя дело не дошло. Один из стругов получил повреждения и вернулся в Азов, сообщив о бое. Несмотря на то, что, по всем сведениям, ни турки ни татары не собираются штурмовать город в этом году, разрушения в крепости были заделаны, а крепость подготовлена к возможной осаде.
Других событий в кампанию 1638 года не произошло. Уже к осени стало ясно, что турки воздержатся в ближайшее время от активных действий против Азова. Однако это не исключало возможности внезапного нападения в следующем году. Летом 1639 года в море выходили для поиска языков 9 казацких стругов. К сожалению, два струга погибли в море во время шторма, а остальные вернулись в Азов, так и не захватив языка Однако струги все же вернулись с кое-какой «добычей». На крымском побережье казаки освободили 72 русских пленника, которых привезли в Азов, а затем препроводили в Воронеж
Опасения казаков, что если не турки, так татары могут организовать поход на крепость, не были безосновательны. В 1639 году крымский хан начал организацию похода на Азов, однако в Бахчисарай прибыл посол султана, который запретил хану начинать войну. В январе 1640 года воронежский воевода Мирон Андреевич Вельяминов доносил царю о том, что с Дона пришли известия о подготовке турок и татар к совместному походу на Азов. Известия были получены от турецкого купца Тохтамыша, который прибыл в Азов по торговым делам из Керчи. Он рассказал, что турки делали различные корабли, галеры и мелкие суда для перевозки войск под Азов. По всей Турции активно собирали гребцов на галеры в основном из числа русских, литовцев и греков, всего двенадцать тысяч. По всему Крыму и Тамани было запрещено торговать пшеницей и ячменем. Их было приказано откладывать в запас для прокорма армии. Все это, по мнению воеводы, явно свидетельствовало о серьезности намерений турок отбить Азов.
Чтобы поподробнее выяснить обстановку, в 1640 году в море вышел разведывательный отряд казаков. Летом казаки выслали на море 23 струга под командованием атамана Гуньки Черкашенина. Подойдя к Керченскому проливу, казаки обнаружили, что в проливе стоят 40 турецких галер. Пройти дальше они не смогли, поэтому вскоре вернулись в Азов. По пути они захватили в плен шесть татар, которые поведали о подготовке крымского хана к походу на Россию, для разорения пограничных городов, а галеры пришли, по их словам, для того, чтобы идти под Азов.
В конце лета того же года донцы снова вышли в море для сбора сведений и патрулирования. В отписке о событиях на Дону от 10 сентября 1640 года казаки доносили царю, что летом посылали к побережью Крыма отряд из 1500 казаков на 37 стругах с шестью малыми пушками. На Черном море струги встретились в морском бою с 80 большими «средиземноморскими» турецкими галерами, не считая сотни мелких судов. В сообщении говорилось о том, что сражение на море продолжалось три недели. Обе стороны постоянно маневрировали, то сближаясь, то удаляясь друг от друга. В результате казаки захватили у врага 5 галер с пушками. Однако их пришлось затопить в море. Но и казацкие струги получили слишком сильные повреждения, что заставило донцов причалить к крымскому побережью и уничтожить свои суда. Несмотря на попытки турок и татар перехватить их на берегу, они благополучно достигли Азова.
Впрочем, в расспросных речах атамана Дементия Гаврилова значились несколько иные цифры. В частности, Гаврилов определил силы турецкого флота в 400 галер и 150 малых судов, а в результате сражения, по его сведениям, было захвачено и потоплено 10 галер. При этом от ответного огня было потоплено 30 стругов и убито около 30 человек. Имевшиеся у казаков пушки были перевезены на оставшихся стругах в Азов.
Учитывая неравенство сил турок и казаков, кажется совершенно невероятным, что казаки смогли избежать полного разгрома, да еще и захватить ценные трофеи. Главной причиной столь успешного развития событий было, конечно, искусство казаков в маневре. Однако возникает вопрос о том, почему турки не приложили должных усилий по окружению и полному уничтожению казачьего отряда Вероятнее всего, казаки изначально, несмотря на свое меньшинство, сами атаковали турецкий флот, захватив от пяти до десяти галер, хотя удержать их возможности не было. Турки же, используя превосходство в артиллерии, держась на дистанции, старались поразить как можно больше стругов, потопив их или прижимая к берегу. Свою задачу они выполнили, однако не полностью, поскольку казаки смогли уйти от неприятеля.
В 1640 году умер султан Мурад IV (1612–1640). Сказалось его пристрастие к алкоголю и разгульный образ жизни. К сожалению, Мурад не оставил после себя сыновей, а большую часть своих братьев он казнил. Борьба за престол, развернувшаяся после смерти султана, и слухи о возможной войне с Польшей и Персией тем не менее на некоторое время оттянули осаду Азова. Только к началу 1641 года новый султан Ибрагим I возобновил подготовку к походу.
В начале января 1641 года крымские татары совершили набег на Азов. Перейдя Перекоп, они внезапно показались у стен крепости. Три дня казаки отбивали штурмы, ранив при этом татарского предводителя Азамата-мурзу. Тогда крымчаки переловили в окрестностях Азова большое количество Казаков занимавшихся ловом рыбы на Дону и на море, и ушли в Крым. В марте они прислали в Азов своих гонцов с предложением обменяться пленными, захваченными зимой.
Решающая битва за Азов развернулась в кампанию 1641 года Крепость слишком долго была в руках казаков, и турки не могли допустить, чтобы они выходили в Черное море и громили владения Османской империи. В начале июля 1641 года под стенами Азова собралась огромная турецко-татарская армия 20 тысяч яньмар и такого же количества сипахов, 40 тысяч татар и черкесов, не считая вспомогательных формирований. Всего около 100 тысяч человек привел султан под Азов. Возглавил армию силистрийский паша Гуссейн Дели, а блокировавший крепость флот возглавил Пиали-паша имевший в подчинении 45 галер и галиотов.
Турецкий флот привез осадную артиллерию и заблокировал выход в море. Кроме того, для осады были приглашены иностранные наемники из Венеции и два немецких полковника с шестью тысячами солдат. Вместе с ними прибыли шведские, французские и греческие инженеры для устройства лагеря и ведения подкопов под стены. Для обстрела крепости доставили 129 осадных пушек, 32 мортиры, не считая 674 мелких орудий. Огромный турецкий лагерь раскинулся на 40 верст. Султан мобилизовал для похода всех своих подданных. В лагере было огромное количество греков, сербов, арабов, мадьяров, валахов, албанцев и представителей других народов империи. Все это разноязыкое воинство было внушительной силой, однако их морально-волевые качества были крайне низкими. Многие из них были силой завербованы для ведения осады и не горели желанием погибнуть на окраине империи за непонятные им цели. Всем им противостояли не более пяти тысяч казаков, однако они четко понимали, что в случае поражения их ждет либо гибель, либо мучительная казнь, либо рабство в плену у турок, поэтому они горели желанием отстоять свой новый дом.
В первый же день в крепость явились послы от сераскира Гуссейн-паши и крымского хана с предложением оставить крепость за 40 тысяч червонцев. Однако войсковой атаман Петров ответил, что казаки пришли сюда по своей воле и только по своей воле и уйдут. На следующий день отборные турецкие солдаты пошли в атаку на крепость. Первый же приступ едва не закончился для них катастрофой. Потеряв 23 тысячи человек, турки были вынуждены отступить. Погибли шесть янычарских командиров и два немецких полковника. В руки к казакам попало знамя султана.
Началась длительная осада города. Используя иностранных инженеров, турки стали возводить напротив крепостных стен огромный вал. Однако казаки сделали вылазку и подорвали его. Тогда турки насыпали еще один вал до высоты стен Азова и, вкатив на него артиллерию, начали обстрел города, продолжавшийся 16 дней подряд. Крепостные стены были сильно разрушены, но казаки успели возвести вторую линию обороны. Когда и ее разрушили, они возвели третью, а затем четвертую. Подкопы также не принесли туркам успеха. Казаки заранее делали контрподкопы и уничтожали турок прямо под землей. Тогда Гуссейн-паша стал посылать свои войска на штурм каждый день. Три недели бесконечных штурмов выматывали защитников Азова, но и турецкие войска были крайне утомлены. За время штурма они потеряли половину пехоты и израсходовали большую часть запасов пороха и свинца. В осадном лагере начались болезни и перебои с провизией. Начался падеж лошадей. От нестерпимого смрада там стало невозможно находиться. Гуссейн-паша справедливо просил султана отложить штурм крепости на год, но получил простой и лаконичный ответ: «Возьми Азов или отдай свою голову».
Осада затянулась, однако турки более не предпринимали активных усилий по штурму крепости. Это позволило гарнизону передохнуть, а из Черкасского городка к ним пришли подкрепления. Все это подняло боевой дух защитников, которые приготовились к дальнейшему сопротивлению. Длительные обстрелы города разрушили в нем большую часть зданий, однако чудом уцелела церковь Иоанна Крестителя. Все это придавало казакам сил и, несмотря на тяжелое положение, они продолжали совершать ночные вылазки, делали подкопы, придумывали разные военные хитрости, чтобы беспокоить турецкую армию.
Однако силы были неравны. В результате штурма турки смогли захватить один из бастионов, только вовремя подоспевшее подкрепление позволило его отбить и ликвидировать опасность для крепости. В конечном итоге обе стороны были крайне измождены осадой. Казаки не имели больше сил оборонять крепость, турки в бесчисленных и бесплодных атаках так и не добились своей цели. Оба лагеря страдали от одних и тех же недугов — дизентерии, цинги и других болезней, которые буквально косили людей. Сырая осенняя погода делала муки осаждающих и осажденных еще более мучительными. Стараясь окончательно сломить казацкий дух, Гуссейн-паша приказал забросать крепость грамотами, в которых обещал по тысяче талеров каждому, кто сдастся и уйдет из Азова. Желающих так и не нашлось…
В октябре казаки пошли на решающую вылазку. В своей обычной манере они бесшумно подкрались к лагерю неприятеля, однако оказалось, что он пуст. Турки сняли осаду. Часть казаков, сохранивших боевой дух и силы, бросилась в погоню за уходящим турецким флотом. На одном из турецких кораблей они захватили большое султанское знамя и шесть малых знамен. Так закончилась четырехмесячная осада крепости. Победа далась казакам дорогой ценой, но они раз и навсегда заявили о себе как о могучей силе, готовой дать отпор врагу. Той же зимой в Москву отправилась делегация казаков во главе с походным атаманом Наумом Васильевым. Они просили царя выдать им жалованье и помочь с боеприпасами и другими необходимыми материалами. Михаил Федорович повелел выдать казакам за их службу 5000 рублей деньгами, хлебное жалованье и другие съестные запасы, порох и свинец, 200 поставов сукна
После поражение под Азовом в 1641 году турецкий флот пережил еще одну напасть — шторм. По разным источникам, в море погибло 9 или 10 галер. Пиали-паша с трудом прибыл в Кафу, где задержался на период непогоды. Для него это была возможность переждать султанский гнев, который был неизбежен, учитывая размеры турецких потерь.
Прибывший в Москву осенью 1642 года грек Афанасий Иванов сообщал о том, что застал прибытие в Константинополь из-под Азова турецкого флота из 28 галер. Они были переполнены ранеными, что вызвало в городе большую скорбь. Он же сообщил о том, что, по данным венецианского посла, под Азовом турецкая армия потеряла 75 тысяч человек. Эти данные посол пытался передать в Европу. Однако турки перехватили сообщение и доставили его лично султану. Разразился скандал. Султан был в ярости, поскольку выяснилось, что визирь Мустафа-паша уговорил капудан-пашу турецкого флота, вернувшегося после штурма крепости, не сообщать об истинных размерах потерь под Азовом. В результате султану сообщили о потере всего 30 тысяч человек. Согласно турецким законам, это фактически означало верную смерть для обоих военачальников. Но, в конечном итоге, Пиали-паша и Гуссейн-паша сохранили свои жизни, но лишь благодаря заступничеству матери султана, хотя оба лишились своих постов. Новым командующим флотом был объявлен визирь Магомед-паша, а место главнокомандующего получил египетский наместник Мустафа-паша. Они стали собирать новую армию для похода на Азов.
Однако и казакам оборона Азова далась дорогой ценой. Из 5367 казаков, участвовавших в обороне крепости, погибло около 3000. И это не считая попавших в плен. Такие огромные потери поставили вопрос о возможности выдержать еще одну осаду.
В апреле 1642 года казаки совершили морскую вылазку из Азова. На 11 стругах отряд атамана Осипа Колуженина напал на крымское побережье недалеко от Керчи для захвата пленных и получения известий о планах турок и татар. В результате захваченные языки сообщили, что турки перевозят под Азов лес для строительства крепости на Мертвом Донце. Она должна была стать базой, откуда турки собирались действовать при новой осаде в 1642 году.
Единственным способом сохранить крепость было включение ее во владения Русского государства Атаманы Войска Донского обратились в Москву с просьбой решить эту проблему. Для решения вопроса об Азове в Москве был созван Земский собор, работавший с 3 по 13 января 1642 года, он высказался за оказание помощи Войску Донскому и приятие Азова в состав государства. Однако правительство Михаила Федоровича рассудило иначе. В грамоте от 30 апреля того же года царь приказал казакам оставить крепость. 28 мая в Азов прибыло посольство во главе с М. Засецким.
Узнав о царском решении, казаки согласились оставить крепость, поскольку удерживать ее казаки не могли. Укрепления были сильно разрушены, а сил и средств для их восстановления не было. Атаманы просили Москву прислать для восстановления крепости специалистов, однако это шло вразрез с политикой Русского государства. Прямое участие в азовских делах грозило полномасштабной войной с могущественной Османской империей. Военных возможностей для этого не было, поэтому летом, как только появились известия о приближении турецкого флота в 1642 году, казаки сами оставили Азов, разрушив все, что было возможно.
Прибывший в 1642 году в Азов с флотом из 38 галер Мустафа-паша нашел пустынную разрушенную крепость практически без крепостных стен. Султану пришлось пригласить для ремонта стен генуэзских мастеров, которые в спешном порядке начали реконструкцию крепости для защиты выхода в море. Стремясь скорее восстановить их, турки спешно построили временный частокол, а поскольку вокруг не было ни леса, ни каменоломен, им пришлось использовать запасные стеньги и мачты от кораблей для обжига кирпича, из которого сложили новые стены.
Заняв крепость, турки оставили здесь гарнизон из 26 тысяч человек. На протоке Каланча поставили две башни и между ними протянули цепь. Кроме того, они начали строительство крепости на Мертвом Донце. В 1643 году они предприняли поход против казаков, разгромив Монастырский, Черкасский городок и Маныч. Донцы ушли выше по течению в Раздоры. Однако ненадолго и вскоре вновь заселили низовья Дона.
В 1643 году в результате переговоров с Османской империей было заключено соглашение о заключении мира. В обмен на запрет Михаила Федоровича казакам ходить к Азову султан Ибрагим дал обещание не нападать на русские земли и освобождать пленников, захваченных татарами. Кроме того, был произведен обмен пленными без всякого выкупа.
После этого произошло временное улучшение русско-турецких отношений. Но это было лишь затишье перед началом новых кампаний.
ПОХОДЫ КАЗАКОВ ПО ЧЕРНОМУ И АЗОВСКОМУ МОРЯМ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII ВЕКА
В апреле 1644 года казаки вновь поставили городок на Черкасском острове на Дону, чтобы охранять проходы в верховья реки. К тому времени у царского правительства появились две большие проблемы: набеги крымских и ногайских татар и рейды запорожских черкас, находившихся на польской службе или промышлявших банальным разбоем Татары после захвата Азова снова начали совершать набеги на казачьи городки. В мае 1644 года они разорили и сожгли Голубой городок, а в октябре того же года Кагальник. В ноябре большой отряд крымчаков и ногайцев подошел к Черкасскому городку, однако взять его не смогли.
Сложнее всего было с украинцами, пришедшими на Дон. Многие из них стремились перейти в русское подданство, участвуя вместе с донцами в военных походах, другие же, напротив, рассматривали русские земли как объект грабежей. Ввиду хаоса, который царил на южном порубежье в то время, определить, какова цель того или иного вооруженного отряда, было крайне сложно.
В мае 1644 года русский агент грек Иван Петров известил царя о том, что 13 апреля турки отправили 10 галер к устью Днепра и такое же количество к Азову, для противодействия казакам. Кроме того, туда же были отправлены 7 кораблей с запасами пороха и ядер. Это была мера предосторожности, поскольку крымский хан ранее известил султана о том, что донские казаки изготовили 100 стругов для совместного похода с запорожцами. В начале июня того же года в Черкасский городок прибыла делегация из Москвы во главе с дворянином Федором Алябьевым, которая доставила денежное жалованье, запасы пороха, свинца, вина и сукна. 11 июня они двинулись в обратный путь на Воронеж с «большим бережением», поскольку в донских степях появились польские «воровские люди», всего около 700 человек, которые грабили и убивали царских подданных.
В октябре 1644 года к Азову подошли около 30 стругов с запорожскими казаками, которые начали штурм крепости. Однако собственных сил для захвата цитадели у них не хватило. Именно поэтому они обратились к донским казакам за помощью. Однако и совместный штурм не увенчался успехом. Несмотря на то, что некоторые из казаков смогли проникнуть в город, захватить саму крепость они не смогли.
Неудачи в борьбе с турками заставляли запорожцев компенсировать потери за счет восточных соседей. Весной 1645 года отряд воронежских стрельцов был отправлен в казачьи городки. Когда они остановились на ночевку ниже Богучара, 8 апреля 1645 года, в полночь, на них напал отряд из трех сотен «воровских черкас». Троих воронежцев запорожцы взяли в плен, еще одного убили. Оставшийся в живых стрелецкий сын Иван Сомарин с шестью подчиненными сбежали и два дня скрывались в камышах, после чего 15 апреля вернулись обратно в Воронеж, где доложили о случившемся. Вслед за стрельцами в Воронеж прибыл крестьянин Гордей Кузьмин, который зимовал в казачьем городке на Хоггре и возвращался домой. 9 апреля на него также напали «воровские черкасы». Гордея и трех его товарищей связали и стали допрашивать, выведывая о пути к донским казачьим селениям. Поскольку крестьяне отказались сотрудничать, запорожцы убили двух из них — Петра Самойлова и Сидора Филатьева, а Гордей Кузьмин, со связанными руками, сбежал от грабителей.
Впрочем, далеко не все днепровские казаки проявляли такую враждебность к Русскому государству. В апреле 1645 года в Черное море с Дона вышли 34 струга во главе с атаманом Алексеем Старовым и запорожским полковником Сулимом. На море они объединились с флотом запорожцев из 50 стругов. Предполагалось, что объединенный флот направится к Керчи для рейда на крымское побережье.
Для сбора сведений о планах крымских татар весной 1646 года донские казаки устремились на поиски языков. В начале мая того же года в Москву прибыл атаман Иван Каторжный, который доставил пленного татарина Магомеда. После допроса с пристрастием он рассказал, что проживает в Керчи. Весной он на торговом судне с командой из 10 человек с пятью купцами отправился в рейс из Керчи в Азов для закупки рыбы. Достигнув устья Дона, моряки встали на якорь и на лодке отправились в город. Через шесть дней, закончив свои дела, они отправились обратно, однако по пути их перехватили казаки на 12 стругах. Двоих находившихся в лодке они убили, еще двое бросились в воду и спаслись от погони. Магомед и еще один татарин попали в плен. Он рассказал, что зимой крымские татары совершили набег на пограничные русские города, однако из-за сильных морозов множество пленников, которых они захватили, погибли в пути. Он так же сообщил, что в Азове находятся около пяти тысяч татар и ногайцев. О военных планах хана Магомед не был осведомлен, хотя сообщил, что слышал о подготовке военного похода, для чего хан собрал от 50 до 60 тысяч воинов, но его конкретной цели он не знал.
Приготовления крымского хана вызвали беспокойство царских властей, поскольку Донское войско понесло большие потери во время «Азовского сидения» и не восстановило свои силы. Чтобы компенсировать этот недостаток за счет подкреплений из центральных районов нашей страны. Правительство начинает сознательную политику выдворения на Дон «вольных охочих людей», которые были собраны дворянином Жданом Кондыревым для похода против крымского хана.
27 мая «Охочие люди», набранные Жданом Кондыревым, начали сплав вниз по течению Дона для участия в совместном походе под руководством князя Семена Романовича Пожарского на крымские и ногайские улусы. Однако еще до того как они достигли низовьев Дона, 31 мая казаки снова отправились в морской поход на малых судах во главе с атаманом Осипом Петровым. Он собрал отряд из 1500 добровольцев. Чтобы перевезти его, собрали по всем донским селениям до полутора сотен лодок, все, что имелось в наличии в войске, рассадив казаков по 8–15 человек в каждой, и направился в разведку к Азову.
Тем временем на Дон возвращался атаман Иван Каторжный, который вез царскую грамоту. В ней донским казакам строго воспрещалось устраивать столкновения с турецкими подданными и ходить в походы под Азов, дабы не провоцировать султана на войну с Россией. На обратном пути казаки вступили в конфликт с воронежским воеводой Андреем Васильевичем Бутурлиным Воевода не мог в соответствии с царским указом приобрести в Воронеже необходимые дощаники и струги для проезда Каторжного. Все они были слишком дороги, поскольку «…были в нагрузке у торговых людей». Когда 14 июня Иван Каторжный с есаулом и 23 казаками прибыл в Воронеж, воевода смог предложить им лишь один «остаточный» дощаник. Каторжный потребовал предоставления ему «однодеревных» стругов. Получив отказ, казаки решили действовать самостоятельно. 18 июня они разыскали у пристани восемь торговых судов. Каторжный конфисковал два дощаника и пять стругов и, погрузившись на них с сопровождающими и «вольными людьми», прибившимися к ним по дороге, отправился вниз по Дону. Раздосадованный Бутурлин немедленно сообщил в Москву о самоуправстве казаков и о том, что больше свободных стругов в Воронеже не осталось.
4 июля из похода с трофеями вернулся отряд Осипа Петрова. Обойдя Азов, казаки вышли в море и примерно в восьми верстах от Азова заметили в море пять турецких комяг. Казаки немедленно бросились в погоню, захватив в бою две комяги. Одна из них была настолько сильно загружена товарами, что казакам пришлось, прорубив ее дно, утопить, а вторую они забрали с собой. В ней оказались в основном ткани и всевозможная мелочь. В ходе боя казаки взяли в плен 71 человека, а еще около сотни перебили в бою и сбросили в воду. Среди пленников, захваченных казаками Осипова, оказался один русский полоняник, назвавшийся Мартыном Григорьевым, крестьянином Козельского уезда. Его взяли в плен ногайские татары, которые продали его в Азов, а оттуда — в Кафу. Здесь он долгое время прислуживал в доме у лучника. Затем он сопровождал турецкого чауша, который на пяти кораблях доставлял припасы в Азов. Именно в тот момент, когда турецкие корабли стояли в устье Дона, на них напали казаки. На захваченном судне в плен попал кадий и судовладелец Иреиз и около 20 янычар, которые ездили в Кафу за покупками. Казаки назначили за них выкуп, в общей сложности 8000 рублей. Кроме того, среди пленников оказался еще и один грек, назвавшийся Юрием. Он родился в Кафе и находился в услужении у армянина Ходжи. На его судне с грузом бязи, сафьяна и кож он и прибыл под Азов, где и попал в плен.
16 июня на Дон пришла армия князя Пожарского, состоявшая из астраханских и терских отрядов и горцев-черкесов. 18 июня все войска объединились с донскими казаками под руководством Осипа Петрова, который был послан вперед для разведки. Не встретив в окрестностях Азова татар, которые увели свои табуны и кочевья в степи, казаки вышли в море. В 30 верстах от крепости увидели стоявшие на якорях турецкие корабли. Турок на кораблях не оказалось, лишь пятнадцать греков. Захватив добычу без единого выстрела, казаки устроили грекам допрос о целях и назначении груза в трюме. Оказалось, что эти суда везли в Азов различные продуктовые и корабельные припасы. Греки заявили, что все турки, как только услышали ружейную стрельбу возле Азова, побросали корабли и, сев в лодки, быстро поплыли в сторону Керчи. Поскольку увести все корабли казаки не могли, они сожгли три судна, а остальные два забрали с собой. 25 июня казаки Осипа Петрова вернулись и привели с собой трофеи: два корабля с тридцатью шестью железными и медными пушками и запасами зерна и корабельными запасами.
Получив обнадеживающие известия, армия Пожарского двинулась дальше. Первое столкновение произошло в трех днях пути от Азова. Были разгромлены улус Шатемиря-мурзы Исупова. Узнав о приближении русских войск, азовский наместник Мустафа-бей отправил навстречу им крымского царевича Незкирея Нурадина с десятитысячным отрядом. Сражение между двумя армиями произошло у Черкасского городка. В результате татары были наголову разбиты и были вынуждены бежать. В ходе сражения князь Пожарский был ранен из лука. Пока крымчаки пытались задержать продвижение русской армии, Мустафа-бей отправил своих посланников к крымскому хану просить военной помощи.
По приказу царя русская армия после этого должна была разделиться. «Охочие люди» под руководством Ждана Кондырева должны были на стругах совершить набег на крымское побережье, а армия Пожарского должна была идти степью в Крым. Чтобы не допустить нападения крымчаков на пограничные крепости, туда был отправлен воевода князь Никита Иванович Одоевский. Однако в этом стройном плане оказалась одна проблема. Дворянин Ждан Кондырев, который должен был возглавить морской поход, оказался человеком некомпетентным, поскольку жил при царском дворе и был человеком он «нежным», боевого опыта ведения морских операций у него не было, и в навигации он не разбирался. Кроме того, построенные в Воронеже струги оказались не приспособлены для морского похода. При сильном волнении их заливало и они тонули. В своем послании царю князь Пожарский просил построить 130–140 больших стругов по «9 сажень у трубы», способных к длительным морским переходам.
3 июля к армии присоединились 1400 «охочих людей» под командованием Петра Красникова и 3000 Ждана Кондырева. Князь Пожарский особо отмечал отсутствие боеспособности добровольцев, набранных Кондыревым, поскольку они были «бедны и баззапасны», поэтому Пожарскому пришлось выделить им боеприпасы из собственных запасов. Однако продовольствия на них не хватало, да и приобрести его было невозможно. На основании полученных сведений, Алексей Михайлович справедливо решил отстранить Кондырева от руководства. В соответствии с царской грамотой от 9 августа 1646 года Кондырев в сопровождении 180 стрельцов и детей боярских должен был немедленно вернуться в Москву вместе с князем Пожарским.
Пока в стане царской армии шли склоки и борьба за руководство, казаки снова отправились на разведку. 6 августа 1646 года они вышли в Азовское море. Они быстро захватили пять языков, которые сообщили о том, что ни турки, ни крымчаки не имеют намерения нападать на приграничные русские земли. После этого Донское войско разошлось по станицам и селениям, а необходимость в дальнейшем походе русской армии на Крым отпала сама собой.
В конце лета 1646 года казаки вновь отправились в морской поход к берегам Крыма. Его возглавили возвратившиеся из Москвы дворяне Ждан Кондырев и Михаил Шишкин. 24 августа они на 37 стругах, по 50–60 человек в каждом, вышли в море. После этого направились к берегам Крыма к городкам Роботку и Казапрогу. Всю ночь продолжался морской переход, однако казаки не успели достигнуть Крыма и встали на якорь в море, чтобы переночевать. Поскольку днем струги могли заметить с берега, казаки решили оставаться в море еще и весь день до наступления сумерек. К несчастью, в это время на море разразилась сильная непогода, и струги разметало по морю. Три дня казаки были вынуждены штормовать в открытом море, пока их не прибило к заливу Сиваш в урочище Бирючая Коса. Здесь на берег выбросило пять стругов, утонули все припасы. Выжившие казаки были подобраны своими товарищами и размещены на оставшихся стругах. Однако из-за сильного волнения казакам пришлось еще десять дней пережидать непогоду. В конечном итоге их присутствие на крымском берегу не осталось незамеченным. Татары быстро обнаружили терпящих бедствие. Начались нападения крымчаков. Поскольку элемент неожиданности был утрачен и враг знал о намерениях донцев, на общем собрании было принято решение не продолжать поход и возвращаться на Дон. Из-за продолжающейся непогоды казаки с трудом добрались до Нижних Берд, где были вынуждены пережидать непогоду еще 8 дней. Затем добрались до пристани на Кривой косе, где простояли еще пять дней. Только после этого они достигли Таганрога, а оттуда, после очередного шторма, достигли устья Дона. Но и здесь их ждала неудача. Противный ветер и сильное волнение снова разнесли казачьи струги в разные стороны. С большими сложностями собравшись в одном месте снова, казаки переволокли свои струги через протоку Кутерьму. Девять стругов были отнесены к Азову. Здесь их заметил Мустафа-бей. Несмотря на то, что казаки смогли отбиться от турок, переволочь струги оказалось невозможно. В результате, казаки сожгли их, чтобы они не достались врагу и присоединились к остальным товарищам. Мустафа-бей решил перехватить донцов на переволоке, однако и здесь, несмотря на сильный обстрел из артиллерийских орудий и атаки янычар и татар, казаки пробились на Дон и 4 октября пришли в Черкасский городок.
После возвращения из похода Кондырев застал прибытие в Черкасский городок из Царицына флотилии из 99 стругов, построенных для донских казаков, которые привел дворянин Андрей Племянников. Однако оказалось, что присланные суда для морского похода не годились, поскольку были либо слишком малы, либо находились в негодном техническом состоянии.
Тем не менее 10 ноября 1646 года донские казаки снова отправили на взморье разведчиков для выяснения обстановки и захвата языков. Рейд оказался удачным. Казаки вероятнее всего напали на рыбаков и, перебив некоторых, взяли в плен одного татарина, которого допросили и отправили в Москву. Татарин рассказал, что крымский хан отдал приказ готовить лошадей к военному походу. Но эти сведения требовали проверки. 22 ноября казаки вновь отправились на разведку, захватив на взморье у Азова еще двух татар. Узнав у захваченных языков, что имеющиеся в Азове военные силы невелики, казаки 13 декабря предприняли новый морской поход. И на этот раз в плен к ним попал татарин, сообщивший о том, что хан приказал откармливать лошадей для предстоящего в следующем году похода на русские земли.
Спокойно перезимовав, донцы весной 1647 года снова направили разведывательные отряды в низовья Дона. 21 марта казаки отправились в морской поход и захватили возле Азова турецкую комягу. Среди трофеев оказались несколько турок и татар, а также награбленные в русских землях товары. Под пыткой пленники заявили, что ни турки, ни татары не планируют операций против Русского государства, поскольку все силы османы направляют на осаду Мальты. Это было хорошим предзнаменованием, и в море вышел отряд из 1500 казаков на 50 стругах. Пристав к берегам Крыма, донцы разграбили прибрежные улусы и взяли в плен 30 татар. Под пыткой они рассказали, что крымский хан повелел ногайцам нападать на пограничные русские селения. Один из таких отрядов численностью 400 человек донские казаки перехватили на реке Каменке и разбили в бою.
Первый успех было решено закрепить новым походом к берегам Крыма. В конце июня 1647 года донские казаки снова отправились в морской поход на 33 стругах. К сожалению, на этот раз он оказался неудачен. На море между Таманью и Темрюком во время шторма разбило 16 стругов и выбросило обломки на «Черкесскую сторону». Многие выбравшиеся на берег казаки были убиты татарами и черкесами или взяты в плен. Кроме того, часть стругов пропала в море. Подобрав переживших шторм, казаки направились обратно в устье Дона. Однако здесь их ждала новая угроза. На Мертвом Донце их поджидали заранее собравшиеся здесь объединенные силы турок, крымских и ногайских татар, а также отряды черкесов. Казаки решили пробиваться в свои земли с боем. Понеся большие потери, остатки отряда пробились к Черкасскому городку. После долгих боев обратно возвратились лишь 12 стругов.
Разгром Донского войска крымско-татарские силы решили использовать в своих целях. Поскольку было очевидно, что казаки не смогут быстро восстановить свои потери, 19 июля в качестве ответной меры к Черкасскому городку подошли объединенные турецко-татарские силы. Азовский наместник Мустафа-бей подошел с конными отрядами крымских и ногайских татар и черкесов. 28 июля по Дону к городку подошли силы Алей-аги с янычарами, артиллерией и припасами на 280 судах. Все эти силы предназначались для полного искоренения казачества на Дону до самого Воронежа. Началась осада Черкесского городка. Пока одни казаки отбивали приступы на городских стенах, другие атаковали турецкий флот, отбив множество вражеских судов. В результате, не добившись своей цели, турки и татары сняли осаду и спешно возвратились в Азов.
Осада Черкасского городка дорого обошлась донским казакам. Несмотря на победу, людские потери были слишком велики, а надежды на набранных в центральных районах России Жданом Кондыревым добровольцев не оправдались. В Черкасском городке осталось лишь 1000 казаков, не хватало хлеба и боеприпасов. Несмотря на то, что основные силы турок и татар отошли от города, отдельные отряды азовцев численностью в несколько сотен человек постоянно осуществляли набеги на окрестности Черкасского городка.
Несмотря на то, что набег турецко-татарских сил был отбит, казаки оказались в весьма сложной ситуации. Особенно это касалось запасов пороха и свинца, что заставило отправить 6 февраля 1648 года войсковую челобитную Алексею Михайловичу, с просьбой как можно скорее прислать на Дон боеприпасы, без которых оборона донских земель была невозможна. Только после того как у Перекопа были захвачены языки и из Азова сбежали казаки, захваченные на Донце, стало ясно, что ждать нового похода крымцев и азовцев на Дон не стоит. Это дало время казакам для восстановления своих сил и боеспособности войска.
Государство откликнулось на просьбу о помощи, направив весной 1648 года на Дон большое количество продовольствия и боеприпасов, а так же набрав большое число добровольцев для службы на Дону. Хотя качество набранных для обороны Дона солдат было далеким от совершенства, а многие из них не горели желанием сражаться турками татарами, это позволило укрепить казачьи земли.
В июне 1648 года донские казаки возобновили морские походы к берегам Крыма. Собрав отряд из трех сотен добровольцев, они направились к Тонким водам на восьми стругах. Нападение на «Урмаметовы улусы» произошло как раз в тот момент, когда татары возвращались из набега на литовские земли с захваченными пленными. Донцы, перебив около пятидесяти татарских воинов, отбили у татар около тридцати поляков, которых забрали с собой на Дон. Здесь им дали право выбирать — оставаться в войске и поступить на службу или возвращаться обратно на Родину. Кроме того, казаки захватили пять языков из числа крымских татар. От них они и узнали о том, что крымские татары не будут нападать на русские земли, поскольку на Украине собралось большое польское войско и запорожцы просили оказать им помощь в начавшейся войне с Речью Посполитой. Осенью того же года казаки снова ходили на море под Темрюк на 16 стругах по 30 человек в каждом. Они захватили 50 пленников, которых впоследствии отпустили за выкуп.
Пока русские власти пытались усилить свои позиции на юге и получить выход к морю, обострились проблемы с западными соседями. Причиной стало начало освободительной войны украинского народа против Речи Посполитой. Переломным моментом в истории Запорожской Сечи стало восстание, поднятое в 1647 году Богданом Хмельницким. У него за плечами было бурное прошлое. Он участвовал в Хотинской войне 1620–1621 годов и попал в плен. Сбежав от турок (по другим данным, был выкуплен родственниками), он присоединился к реестровому казачеству. Участвовал в походах и, в конечном итоге, дослркился до сотника. В январе 1648 года Б. Хмельницкий был избран гетманом и, собрав небольшой отряд, напал на небольшой польский гарнизон, находившийся в Запорожской Сечи. После этого к восставшим стали примыкать все больше новых бойцов. В качестве довольно странного союзника Б. Хмельницкий привлек крымского хана Ислам-Гирея.
Весной 1648 года поляки двинули войска против казаков, но в битве под Желтыми Водами и Корсунем были наголову разбиты. Ситуацию усугубило то, что 20 мая 1648 года умер король Владислав IV. Начался период междуцарствия и анархии, что позволило казакам еще больше укрепить свои позиции. В 1649 году, по договору Богдана Хмельницкого с Турцией, казакам дозволялся свободный проход во все гавани Турции. Отныне они не могли просто и безнаказанно грабить своих исконных противников — турок и татар. С другой стороны, это позволило запорожцам впервые за долгий период времени спокойно торговать в морских портах Черного и Эгейского морей.
Таким образом, запорожцы больше не были стеснены в выходе в Черное море, а политика Богдана Хмельницкого, направленная на союз с Крымом, способствовала прекращению морских походов запорожских казаков против татар и турок. Наиболее непримиримая часть украинского казачества, недовольная этим решением, перешла на Дон, а некоторые, возможно, направились дальше к Волге и Яику, как это уже не раз случалось ранее.
Летом 1649 года донские казаки снова отправились на море с небольшими силами: 300 человек на 10 стругах. Они направились к берегам Крыма, где разгромили одно из сел в окрестностях Кафы, освободив из плена около 300 «литвинов», после чего вернулись обратно. В том же году на Дону появились посланники Богдана Хмельницкого, которые просили военной помощи для борьбы с поляками. Однако донские казаки не посмели предоставить ее своим товарищам, не имея разрешения от царя. Кроме того, донцам не нравилось, что им придется биться вместе с крымчаками, с которыми буквально недавно они воевали.
После ряда побед и поражений войска Хмельницкого оказались в крайне тяжелом положении. В 1653 году из-за угрозы перехода крымских татар на сторону поляков, гетман был вынужден обратиться за помощью к царю Алексею Михайловичу. Земский собор 1653 года принял решение об оказании помощи украинским казакам. 8 января 1654 года на Переяславской раде запорожские казаки приняли решение войти в состав Русского государства, и уже осенью 1654 года Россия вступила в войну с Польшей. В результате длительной русско-польской войны 1654–1667 годов восточная часть Украины была присоединена к России.
Пока шла война на Украине, донцы продолжали совершать набеги на турецкие владения. В 1651 году, пользуясь тем, что турецкий флот был занят войной с Венецией, 900 казаков на 12 стругах вышли в море и внезапно напали на город «Каменный Базар» недалеко от Синопа. Захватив 600 пленных, они благополучно ушли от погони и вернулись на Дон.
В июне 1652 году около тысячи донских казаков на 15 стругах во главе с атаманом Иваном Богатым снова ходили в морской поход. На этот раз он оказался очень дальним. Казаки добрались до предместий Константинополя, разграбив города и села на Румелийском побережье. Но на обратном пути им преградили дорогу 10 турецких галер. В завязавшемся сражении казаки не только смогли отбить нападение врага, но и нанести ощутимый урон врагу, заставив его отступить. После этого все 15 стругов благополучно вернулись на Дон. Помимо прочей добычи у казаков оказалось и около полутора сотен пленных. Интересен тот факт, что среди казаков был боярский сын Прибытков, который ранее был отправлен царским правительством на Дон для сопровождения жалованья Донском войску.
Успехи морских походов дали возможность донцам продолжить свои операции. Летом 1653 года казаки собрали отряд численностью 1700 человек во главе с атаманом Федором Будном на 20 стругах (на каждом по 80–90 человек) ходили на Азовское море. В качестве лоцмана выступил один из беглых турок, хорошо знавших побережье. Они разорили крымское побережье между Судаком и Балаклавой, захватили около 50 пленников, так и не встретив никакого сопротивления. Оттуда казаки направились к анатолийскому побережью, к Трапезунду. Здесь они разорили деревенские поселения, захватив в плен от несколько тысяч турок. После этого они направились к городу Триполю. Однако он оказался слишком хорошо укреплен и захватить его не удалось. Турки попытались отбить нападение, выслав военные корабли. Однако казаки благополучно отбились от них, разорив при этом городские посады. Среди трофеев донцов оказались и пушки со стоявших в гавани кораблей: две большие морские и одна полковая. Но из-за их величины и тяжести пришлось ограничиться только одним полковым орудием. На обратном пути казачий флот несколько дней простоял недалеко от Керчи, набирая пресную воду. Активных действий против этого города они не предпринимали, справедливо считая, что он слишком хорошо укреплен и нет смысла его атаковать. Пока донцы отдыхали на берегу и набирали воду, на них напал татарский отряд из примерно 600 человек. Казаки успешно отбили нападение, после чего погрузились в челны и 18 августа вернулись на Дон.
После этого отряд из 350 казаков предприняли еще один поход на «малых лодках» с атаманом Семеном Свегуном. На море они захватили еще один корабль, две комяги и два ушкола, которые направлялись в Азов из Константинополя. На них были захвачены запасы пшеницы и проса для гарнизона Часть турецких экипажей была перебита, а часть сбежала на лодках на берег. Казакам достались лишь 4 пленника, которые вместе с захваченными трофеями были доставлены на Дон для допроса.
Летом 1654 года донские казаки на 30 стругах ходили в поход на Азовское и Черное моря по берегам Крыма. Около двух месяцев казаки стерегли войска крымского хана на побережье полуострова, однако крымчаки так и не отправились в поход в связи со смертью хана. Пока флот ждал у побережья, к казакам постоянно прибегали многочисленные полоняники, бежавшие из рабства, которые сообщали о положении дел в Крыму. Смерть хана вызвала борьбу за престол, и опасность крымского набега практически исчезла. После этого казаки вернулись на Дон. С собой они привезли около 120 беглецов, как русских, так и украинцев и поляков. Все, кто пожелал вернуться на родину, получили от донского войска запасы и были препровождены до Полтавы, где были переданы местным властям.
Пока сохранялась опасность нападения со стороны крымского хана, отряды донских казаков являлись мощным противовесом татарской угрозе. Однако предупреждение набегов требовало постоянного наблюдения за крымскими берегами. Летом 1655 года донские казаки приготовили 40 стругов для похода на море. В том же году к ним пришел отряд из 1000 запорожских казаков на стругах, для проведения совместного прохода против Крыма 6 июля 1655 года казаки в количестве 2030 человек на 34 стругах вышли в Азовское море для разведки обстановки и захвата языков. Подойдя к Керченскому проливу, у Таманской косы они устроили засаду, захватив несколько татар из прибрежных селений. Пленники рассказали, что крымский хан собирает войска для похода на Россию. Чтобы отвлечь татар, казаки высадились на берег и осадили город Тамань, который быстро захватили 15 июля. При этом казаки понесли относительно небольшие потери. Погибло всего 30 человек. Ворвавшись в город, казаки начали погром. Все христианские невольники были освобождены, а население города были либо взято в плен или перебито. Все постройки разграблены и сожжены. Всего казаки захватили около 400 человек, татар, турок, ногайцев и представителей других народов. После погрома донцы снова погрузились на струги и направились к Керчи. Пройдя вдоль крымского побережья, они снова разоряли крымские селения вплоть до начала сентября. Казаки добились своего, поскольку крымское войско так и не покинуло полуостров. Только начало осенних штормов и усиление непогоды заставило казаков повернуть обратно и вернуться на Дон. 14 сентября они, благополучно обойдя Азов, вернулись в Черкасский городок. После получения войсковой отписки о происшедших событиях Алексей Михайлович в ответной грамоте от 15 февраля 1656 года поблагодарил их за службу, однако указал, чтобы казаки «…на море-бъ безъ нашего государского указу не ходили и с Крымцы и с Азовцы задоров никакихъ не чинили».
Зимой 1655–1656 годов крымские татары отомстили за разорение своих берегов, организовав набег на донские городки казаков. Руководителем набега был азовский наместник Муртаза-бей, который в середине января прошел изгоном по донским селениям. Многие казаки были перебиты или захвачены в плен. Прибывший в Москву в феврале 1656 года станичный атаман Петр Шевырев жаловался, что казаки из-за татарских нападений не могут ловить рыбу на Дону.
Стремясь наказать турок и татар за зимние погромы, донские казаки стали собирать силы для нового похода на Азов, хотя им было известно, что там расположен сильный гарнизон, состоявший из более чем пяти тысяч воинов. Летом 1656 года казаки, полагая себя достаточно подготовленными и несмотря на царские указы, приняли решение отправиться в поход. Собрав отряд из 3000 человек, в основном донских и запорожских казаков под командованием войскового атамана Наума Васильева, они подошли к Азову. Однако в завязавшемся под стенами города сражении казачий отряд потерпел сокрушительное поражение, потеряв до полутора тысяч человек. Многие из них попали в плен, в том числе атаман Павел Федоров. Большие потери, понесенные Донским войском, заставили казаков вернуться обратно в Черкасский городок и отказаться от планов морских походов на 1656 год. Несмотря на то, что донцы ослушались царского указа, Алексей Михайлович не стал лишать войско жалованья и простил им самовольный поход на Азов, справедливо полагая, что в столь трагичное время не стоит злить казачество.
Понесенные Донским войском потери оказались слишком велики. Общим ослаблением Донского войска немедленно воспользовались враги. В феврале 1657 года к стенам Черкасского городка подошли отряды азовцев, крымчаков, ногайцев и черкасы. Благодаря присланным из Воронежа боеприпасам все атаки на городок были отбиты, однако кочевники по-прежнему господствовали в ближайших окрестностях, карауля отдельных казаков, вышедших на рыбный промысел, и захватывая их в плен.
Тем не менее это не помешало казакам организовать новый морской поход. 30 мая 1657 года двухтысячный отряд на 32 стругах под командованием атамана Корнея Черкеса отправился в поход. На Дону осталось всего 500 человек для зашиты селений. Донцы обошли Крымский полуостров и напали на Евпаторию (Козлов), уничтожив около 10 окрестных селений и взяв в плен 600 турок и татар. Кроме того, они освободили 200 пленников. Среди них оказалось 20 русских слркилых людей, остальные были запорожскими казаками.
Весной 1659 года донские казаки совершили небольшой разведывательный рейд к Темрюку для захвата языков. Пленные татары рассказали, что хан готовится вместе с запорожцами гетмана Ивана Выговского нанести удар по пограничным русским землям в районе Тамбова, для чего отправил под Азов пятитысячный отряд воинов. Чтобы нарушить планы крымчаков и отвлечь их от набега на приграничные земли, началась подготовка масштабного морского похода на Крым.
6 июня 1659 года казаки отправили в Азовское море отряд на 30 стругах во главе со старшиной Корнеем Яковлевичем Черкесом (в стругах от 80 до 50 человек в зависимости от размеров), при этом на Дону осталось не более 1000 казаков. Первым объектом нападения стало черкесское побережье от Темрюка до Тамани. Разорив прибрежные селения, казаки взяли курс на побережье Крыма. Морской поход оказался удачным. Только 16 августа казачий флот вернулся на Дон, разорив перед этим окрестности Керчи, Кафы и Балаклавы. Было захвачено в плен 2000 человек мужчин и женщин. Свободу получили 96 русских пленников, половина из которых осталась служить царю на Дону. Разорив крымское побережье, донцы отправились к Синопу, затем к городу Кондра и не дошли лишь один дневной переход до Константинополя.
Несмотря на то, что известие о начале морского похода достигло Москвы уже после его начала, действия донских казаков были одобрены Алексеем Михайловичем, который в своей грамоте от 24 июля 1659 года приказал Донскому войску всеми способами помешать крымским татарам осуществить свои замыслы. Поскольку основные силы войска были еще в море на момент получения царской грамоты, оставшиеся на Дону казаки начали снаряжение новых стругов. За короткий срок они подготовили к походу еще 15 стругов с намерением снова идти на Крым Вернувшиеся из похода казаки были вынуждены снова выйти в море. В соответствии с царским указом они 21 августа снова покинули Черкасский городок и направились к берегам Крыма. В очередной раз они разорили селения на крымском побережье и успешно возвратились обратно на Дон. Тем не менее действия казаков не нарушили намерений крымского хана, и он вместе с Ногайской ордой в сентябре того же года переправился через Северский Донец. По подсчетам казаков, на Русь вторглось до ста тысяч татар.
11 апреля 1660 года донцы получили известия о готовности крымских татар идти походом на пограничные русские земли. Чтобы получить точные данные о намерении врага, в море был отправлен разведывательный отряд. Возле Темрюка он захватил шестерых пленников, которые и раскрыли истинные замыслы хана. Оказалось, что хан задумал поставить в устье Дона два городка, чтобы перекрыть выходы в море. Он повелел своим подданным рубить лес и сплавлять его к Азову. Однако слухи о предстоящем походе на Русь оказались ложными. 6 июля разведывательный отряд казаков захватил в районе Азова еще четырех языков, которые на допросе рассказали, что на Каланче и Донце спешно строятся башни, для чего султан прислал из Константинополя и Кафы большое количество турок.
Предполагалось, рядом разместятся городки, в которых будут жить темрюкские черкесы и татары. Для перевозки строительных материалов турки выделили 35 галер, которые возили лес и камень. В город было переправлено большое количество «работных людей» из числа венгров, валахов, румын. В общей сложности до 10 тысяч человек. В каждой башне был оставлен гарнизон по 300 человек и еще по 500 человек в городках. Кроме того, гарнизон самого Азова был увеличен до 5000 человек.
Казаки на 30 стругах попытались прорвать укрепления и выйти в море. Однако сооруженные турками и татарами городки оказались слишком хорошо укреплены. Несмотря на все попытки донцов пробиться через Каланчу, сделать этого они так и не смогли и были вынуждены вернуться обратно в Черкасский городок. Это заставило казаков обратиться к царским властям с просьбой о помощи и направлении на Дон дополнительных контингентов «ратных людей», которые позволили бы защитить донские земли от татар.
Попытки турок и татар перекрыть выходы с Дона всерьез обеспокоили царя. Алексей Михайлович, откликнувшись на просьбы донских казаков, направил в Черкасский городок отряд во главе с воеводами Семеном и Иваном Хитрово, а также отдал приказ запорожцам оказать военную помощь собратьям со стороны Днепра. Донским казакам было велено не допустить строительства башен на Каланче и Донце, но при этом ни в коем случае не нападать на Азов, чтобы не спровоцировать турок на войну.
В марте 1661 года казаки и служилые люди во главе с воеводой Иваном Севастьяновичем Хитрово ходили в поход на построенные ханские городки. Несмотря на предпринятые штурмы, взять их не удалось, а сделать подкоп под стены не представлялось возможным, поскольку городок стоял в низине, копать здесь было невозможно из-за грунтовых вод. Потерпев неудачу, русская армия отступила. Частичным утешением за поражение стало известие о том, что из 35 турецких галер, направленных в Азов годом ранее, только две вернулись в Константинополь. Остальные погибли во время шторма.
Летом 1661 года казаки снова отправились к Азову для разведки ситуации. Они захватили жителей Кафы на комягах, которые ловили в устье Дона рыбу. В плен были захвачены четыре татарина, сообщившие о том, что из Крыма в Азов были отправлены 400 человек для укрепления гарнизона. В августе 1661 года после неудачного штурма башен на Каланче казаки прошли в море через мелководный Казачий Ерик. Стоявшие на взморье пять турецких кораблей вступили в бой с 20 казачьими стругами. Несмотря на то, что они имели на борту 500 янычар, турки были вынуждены отступить под прикрытие артиллерии Азова. Получив возможность беспрепятственно выйти в море, казаки разорили 10 селений между Кафой и Судаком. Только на обратном пути донцы попали в шторм и семь стругов затонули у Арбатской косы.
Поход показал, что, несмотря на строительство укреплений, турки не в полной мере контролировали устье Дона и выход в море вполне возможен, даже крупными силами. В 1662 году казаки снова прошли через Казачий Ерик в море и на 26 стругах разорили окрестности Керчи, Трапезунда и Ичели. На обратном пути их у Свиной протоки попытались перехватить татары, однако казаки отбились от них. В это время другой отряд казаков спустился по реке Миус, захватив на трех стругах два турецких судна, убив 40 и взяв плен 60 турок.
Свой вклад в борьбу с врагом внесли и запорожские казаки. В 1663 году запорожцы спустились вниз по Днепру, однако были остановлены турецкой эскадрой. Сражение продолжалось три дня и две ночи. В конечном итоге запорожцы были вынуждены отступить и уничтожить свои суда. Однако уже в следующем году они взяли реванш, уничтожив турецкий отряд кораблей, посланный против них из города Тамань в Сечь.
В 1672 году Турция вступила в войну с Польшей. Трехсоттысячная турецкая армия заняла всю Подолию и ключевой город Каменец-Подольский. Успехи османов вынудили польского короля пойти на уступки и отдать Османской империи значительную часть Правобережной Украины. Успехи в борьбе с поляками дали туркам повод продолжить нажим на Украину. Это неизбежно должно было привести к столкновению с Россией. Именно поэтому правительство Алексея Михайловича решило нанести упреждающий удар. Для этого необходимо было ликвидировать препятствия на пути казаков, которые могли бы стать отличным противовесом туркам и татарской коннице. Было принято решение разрушить башни, стоявшие на Каланче, и обеспечить, таким образом, выход в Азовское море. К сожалению, казаки смогли уничтожить только одну из двух башен. Тем не менее это не помешало им в июле 1672 года выйти в море, что вызвало настоящую панику среди прибрежного населения.
В 1673 году на Дон прибыл большой царский караван из 338 речных и 30 морских стругов во главе с дворянином Иваном Хитрово. Получив столь необходимое подкрепление, казаки во главе с атаманом Михаилом Самарениным прорыли засыпанный турками проход через Казачий Ерик и вышли в море на 11 стругах. Было принято решение зазимовать в устье реки Миус, поставив там небольшую крепость. Она должна была стать отправной точкой будущих походов на Крым. При помощи присланных стрельцов казаки возвели небольшую крепость, оставив в ней гарнизон из 150 человек с двумя орудиями. К несчастью, место для крепости было выбрано неудачное. Весеннее половодье 1674 года затопило крепость, а после того как ее покинули казаки, турки срыли ее остатки до снования. Столь же неудачными были попытки возвести крепости и в других местах.
Тем не менее казаки продолжали совершать морские походы. Весной 1674 года они, покидая свои укрепления в устье Миуса, захватили стоявший на море турецкий корабль, после чего вернулись в Черкасск. В том же году русская флотилия из 25 судов вышла в море под командованием полковника Г.И. Косагова. У Таганрога она встретилась с турецкой эскадрой, состоявшей из галер. Поскольку силы сторон были неравными, Косагов приказал отступить в Черкасск. В 1675 году 500 казаков во главе с Беркулатом напали на 20 турецких судов, стоявших в устье Дона. Перебив экипаж, казаки увели свои трофеи в Черкасск.
Одним из наиболее крупных был поход 1685 года. В мае около тысячи казаков вышли в море и захватили у Азова два турецких судна с припасами для крепости. После этого они разбили конный отряд из 500 человек и отправились к Темрюку, где сожгли несколько татарских сел и захватили много скота. Одновременно другой отряд казаков на 56 стругах вышел в Азовское море и в бою захватил пять турецких кораблей. Возвращаться с добычей они решили через Миус, затопив свои струги в укромном месте.
В 1689 году русская армия совершила поход на Крым. Приняли в нем участие и казачьи отряды. Так, около тысячи казаков на 45 стругах во главе с атаманом Зотом Камышниковым прошли Азов, а затем направились к Темрюку, уничтожив множество турецких и татарских селений. В августе того же года 690 казаков под командованием атамана Тимофея Долгого, тайно пройдя через Казачий Ерик, вышли в море и напали на селения в устье Кубани. На обратном пути казаки встретили в Азовском море два судна со 150 янычарами, шедшими из Азова в Стамбул. Казаки в абордажном бою овладели судами. 80 янычар было убито, остальные попали в плен и были доставлены в Черкасск.
В 1694 году тысяча донских казаков на 65 стругах под командованием атамана Бориса Данилова снова напали на Темрюк и Кызылташ. На обратном пути они столкнулись с турецкой эскадрой, состоявшей из 30 судов. Поскольку турки преградили пути на Дон, не было иного выхода кроме как вступить в сражение. В результате потеряв 20 человек убитыми, они захватили в качестве трофеев турецкий корабль и тумбас. Поскольку пробиться к Дону они так и не смогли, то ушли к Миусу, откуда вернулись домой сухим путем.

АЗОВСКОЕ СИДЕНИЕ
Овладев Азовом, казаки просили царя Михаила Федоровича принять крепость под свою власть: «Государь, мы его (Азов) взяли своею кровию... возьми от нас этот город себе в вотчину».
Вопросу о судьбах Азова был посвящен особый Земский собор 1642 г. - «Собор, держанный в присутствии государя духовными и светскими людьми по отписке донских казаков с мнением каждого звания: присоединить ли к России взятой у турков город Азов, или оный обратно им отдать».
Собор заседал с 3 по 13 января 1642 г. На нем присутствовали 194 выборных людей из 41 города (от духовенства, бояр, окольничьих, стольников, думных людей, стряпчих, дворян, детей боярских) («Дело» о Соборе см. «Собрание государственных грамот и договоров», часть III, СПБ, 1822, №118).
Перед созывом Земского собора было подсчитано, что для того, чтобы удержать Азов, потребно послать туда не менее 10 тысяч ратных людей, а на содержание их в год потребуется 221 тысяча рублей. Кроме того, пришлось бы заново возводить разрушенную азовскую крепость. А самое главное - перспектива затяжной войны из-за Азова с Турцией требовала еще более крупных сил и средств для усиления системы оборонительных пунктов на юге, образования войсковых резервов, отражения татарских набегов и т. д.
Бояре внесли предложение - спросить мнение выборных от всяких чинов людей по двум вопросам: 1) удержать ли Азов и с помощью каких сил - ратных людей или «охотников» (добровольцев) и 2) где взять деньги на посылку войска: из казны («с властей») или собирать их со всяких чинов людей? Кроме того, бояре советовали спросить донских казаков: смогут ли они удержать Азов с помощью 3-4 тысяч ратных людей, посланных московским правительством.
Перед Собором было поставлено 3 вопроса: 1) принять ли Азов от донских казаков? 2) воевать ли с Турцией и Крымом из-за Азова? 3) откуда взять средства на посылку войск и длительную войну?
Подавляющее большинство участников Собора в той или иной форме высказывалось за защиту Азова и оказание помощи казакам. Царь же и думные бояре решительно отстаивали свою позицию: «Азова от казаков не принимать, войны из-за него с Крымом и Турцией не вести». В конце концов, именно такое решение и было принято Земским собором.
На первый взгляд может показаться, что отказ от Азова в 1642 г. был ошибкой московского правительства, что прояви оно в те дни сильную волю и решимость, Азов остался бы за русским государством, тем более что и тогдашнее внутреннее и внешне-политическое положение Турции едва ли позволило ей вступить в войну с Россией из-за Азова. Переход же Азова к России, несомненно еще более ослабил бы Турцию и избавил нашу Родину от необходимости еще в течение нескольких десятков лет оборонять свои южные границы от турецкой агрессии и вести войны с Турцией, теряя в борьбе с ней тысячи людей и огромные средства.
Однако при ближайшем рассмотрении вопроса оказывается, что у московского правительства было достаточно оснований проявить в азовском вопросе осторожность и предусмотрительность.
Международное положение Московского государства оставалось тогда весьма трудным. Михаил Федорович вступил на престол в 1613 г., но лишь в 1634 г. Речь Посполита нашла возможным признать за Михаилом царский титул, и сын польского короля Сигизмунда - Владислав отказался от своих претензий на русский престол.
Англия, Голландия и Франция осуществляли усиленный нажим на Россию, требуя, чтобы им был предоставлен транзит людей и товаров через Московию в Иран.
«Оставался нерешенным также вопрос о воссоединении украинских и белорусских земель, которые находились под властью Польши. Не менее насущным был вопрос о продвижении в Прибалтику» («История дипломатии», том I, M., 1941). Наконец, внутри самого русского государства еще не были полностью ликвидированы последствия «великого разорения», прежде всего - последствия польско-шведской интервенции.
В столь сложной обстановке московское правительство не сочло возможным рисковать и идти на резкое обострение отношений с Турцией из-за Азова, а предпочло отложить до лучших времен решение его судьбы.
С царской грамотой, требующей от казаков оставить Азов, на Дон был направлен дворянин Михаил Засецкий. В наказе ему предлагалось передать казакам государеву грамоту и обязать их оставить Азов, объяснив казакам, что оставление его вызвано ожидаемым приходом под эту крепость крупнейших турецких сил, а также и тем, что «жалея великий государь об вас, атаманех и казакех, и о всех православных крестьянех... город Азов велели покинуть и из нево вам вытти на старые свои места, в которых местех преж сего жили, чтоб вас неверные бусурманы, пришедчи, не побили. А мы, великий государь, и впредь учнем вас, атаманов и казаков, жаловать нашим царским жалованьем по-прежнему, как учнете жить на прежних своих местех» (Донские Дела, кн. II).
23 июня 1642 г., по возвращении в Москву, Михаил Засецкий показывал в расспросных речах, что «они де, атаманы и казаки... учали возится на Махин остров (Махин остров находился, по некоторым данным, недалеко от нынешней Ольгинской станицы), а при нем, Михайле, атаманы и казаки достальную свою рухлядь и пушки и пушечные и всякие запасы «вывезли, и сами все вышли до одного человека на Махин остров и оставили Азов пусто и все разорено» (т. е. предварительно разрушив азовские укрепления).
11 сентября 1642 г. турецкий посланник в Москве передал грамоту султана с извещением о занятии Азова турецкими войсками.
УЧАСТИЕ КАЗАКОВ В АЗОВСКИХ ПОХОДАХ ПЕТРА I
Успехи казаков в борьбе с турками и татарами не могли не привлечь внимания молодого русского царя Петра I. Овладение выходок к морю было его заветной целью, но для этого нужен был настоящий военный флот. В ходе подготовки ко второму Азовскому походу в 1695–1696 годах Петр I повелел построить в Воронеже, Козлове, Добром и Сокольске 1300 стругов длиной от 25 до 37 метров и шириной от 5 до 6,5 метра, 300 лодок и 100 плотов. За короткий срок сотни и тысячи плотников и корабельных мастеров соорудили невиданный ранее по масштабам флот. Он состоял из 2 кораблей, 23 галер и 4 брандеров. Первый корабль «Апостол Петр» имел 36 орудий, имел длину 35 метров и ширину 7,62 метра, второй «Апостол Павел» так же имел 36 орудий, но несколько меньшую длину — 30 и 9 метров соответственно. Самая большая из русских галер имела 38 весел, 5 медных пушек и экипаж из 173 человек.
23 апреля 1696 года весь русский флот начал спуск вниз по Дону. Галеры под командованием самого царя вышли 3 мая, а уже 15-го были в Черкасске. Пока флот спускался вниз по реке, донские казаки решили провести рекогносцировку турецких сил. Отряд из 250 человек под командованием атамана Фрола Митяева вышел из устья Дона 3 мая атаман отправил в Азовское море отряд из 250 казаков под командованием старшины Леонтия Поздеева. 9 мая того же года к Черкасску прибыли основные силы флота под командованием Петра I. Через несколько дней возвратился и отряд Поздеева. Старшина сообщил, что в течение двух дней он находился в устье Дона, пока не показались два турецких корабля, направлявшихся к Азову. Казаки приняли решение атаковать их. Сложность заключалась в том, что турецкие корабли имели слишком высокий борт и казаки не имели возможности забраться на их палубу. Тогда они решили прорубить борт, чтобы проникнуть внутрь напрямую. Когда струги подошли к борту неприятеля, турки стали сбрасывать на казаков камни и другие тяжелые предметы, стреляя по ним из ружей. Видя бесперспективность атаки, казаки отступили, потеряв по счастливому стечению обстоятельств лишь четырех человек ранеными (один впоследствии скончался).
12 мая казаки снова вышли на разведку в Донское устье. Когда турки стали перегружать доставленные на кораблях порох и боеприпасы на мелкие суда (тунбасы) для доставки их в крепость, казаки снова напали на турок. На этот раз им сопутствовала удача. Они захватили все турецкие суда и взяли в плен 27 человек, остальных перебив в бою. Девять турецких тунбасов, они ограбили и затопили, а два привели с собой в качестве трофеев. Несколько турецких судов бросились наутек под защиту кораблей эскадры. Среди турок началась паника, и они, спешно снявшись с якоря, начали уходить в море. Казаки, пользуясь этим, бросились в погоню. Они сожгли один корабль, а другой потопили, поскольку провести их через устье было невозможно.
Вечером 19 мая 1696 года с 9 галерами и 40 казачьими лодками, на каждой из которых было по 20 человек, отправились в устье Дона. Однако из-за малых глубин галеры так и не смогли выйти в море. Их пришлось оставить. Вперед двинулись лишь казачьи лодки. 20 мая турки перевезли в Азов 500 человек, а вечером на 13 тумбасах начали перевозить оружие, провиант, сукно, деньги и т.п. Предотвратить это было невозможно, поскольку еще не все силы подошли. К 12 июня все галеры и брандеры уже стояли в устье Дона и при помощи двух батарей перекрыли сообщение гарнизона крепости с турецким флотом. Через два дня появился турецкий флот из 6 кораблей и 17 галер. Он доставил 4000 человек подкреплений. Простояв десять дней, турки так и не решились на активные действия. Как только они попытались сняться с якоря и прорваться к Азову, Петр отдал приказ также сниматься с якорей. Видя это, турки спешно повернули обратно и вскоре совсем ушли в море. Лишившись поддержки, 18 июля турки сдались.
После победы над турками в 1696 году в руках у казаков оказалось два турецких корабля и добыча 50 000 червонцев, 70 пушек и 80 бочек пороха, не считая прочего оружия. По царскому указу все воинское снаряжение должно было быть отправлено в казну, а деньги, сукно и прочая добыча достались казакам.
К сожалению, Азовский поход был фактически последней крупной морской операцией донских казаков. Царь очень быстро охладел к перспективе выхода в Черное море и переключил свое внимание на Балтику. По мирному договору с Турцией 1700 года, казакам запрещалось выходить в Черное море. Это была непомерная плата за возможность выхода в Азовское море. Однако сложности в отношениях со Швецией требовали успокоения южных рубежей России. Царь понимал, что воевать на два фронта страна не сможет, поэтому приложил титанические усилия, чтобы выполнить все условия Османской империи и получить долгожданный мир.
С этого периода времени начинается планомерное уничтожение казачьего флота. Указы царя запрещали не только военные походы, но даже лов рыбы на море. Петр интересовался, прежде всего, созданием регулярного военного флота на европейский манер, считая морских суда казаков анахронизмом. Это нанесло непоправимый удар казацким традициям морских походов.
Только в период очередной русско-турецкой войны 1710–1713 годов русское правительство вспомнило о важной роли, которую играл казачий флот для защиты морских рубежей Отечества. В 1710 году после долгого запрета для казаков заниматься морским делом Петр Великий издал указ о предоставлении им для войны с Турцией 85 казачьих лодок. В 1711 году для действий против турок, в Азовском море было снаряжено до 100 казачьих лодок. Учитывая, что каждая могла вместить не менее 30 человек, в походе участвовало около трех тысяч донских казаков. К сожалению, учитывая краткость этой войны и ее трагический исход, проявить себя на море казакам так и не удалось. Поражение в войне с Турцией и возврат Азова османам снова поставил вопрос о дальнейшей судьбе казачьего флота. Все оставшиеся в строю суда были уведены в Черкаск, где к 1714 году практически сгнили. В 1716 году было принято окончательное решение разломать их на дрова.
Таким образом, XVII век стал «золотой эпохой» морских походов донских и запорожских казаков. Их смелые действия у берегов Турции создали им ареол борцов за правое дело, хотя конечные цели самих казаков были далеки от идеала. Благодаря смелым операциям казачьему флоту удавалось не только разорять прибрежные селения, но и наносить поражение турецкому флоту. Пиком деятельности донцов и запорожцев стали совместные походы к самым стенам турецкой столицы — Константинополя. Без поддержки казаков не обходился ни один поход на юг Русского государства. Во многом благодаря деятельности казачества удавалось смягчить тяжесть набегов крымчаков на русские земли. Их появление заставляло татарские и турецкие власти дрожать от страха «Азовское сидение» 1637–1642 годов можно по праву считать образцом жертвенности русских и украинских казаков ради интересов государства.
Тем не менее у этого периода времени есть и обратная сторона. Расширение границ Русского государства на восток и запад постепенно поставило казачество перед фактом их подчинения общерусским законам и правилам. Существовавшие более сотни лет в условиях относительной независимости на Днепре и Дону казаки оказались перед лицом усиления контроля за их деятельностью. Государство последовательно подчинило своей власти военные операции в причерноморском пограничье, что в итоге привело к упадку всего казачьего флота с его богатыми традициями.
Приложение к семинару 3
В. И. Ленин о реформе 1861 г.
Крестьян «освобождали» в России сами помещики, помещичье правительство самодержавного царя и его чиновники. И эти «освободители» так повели дело, что крестьяне вышли «на свободу» ободранные до нищеты, вышли из рабства у помещиков в кабалу к тем же помещикам и их ставленникам.
Русских крестьян господа благородные помещики «освобождали» так, что свыше пятой доли крестьянской земли было отрезано в пользу помещиков. За свои, потом, и кровью политые, крестьянские земли крестьяне были обязаны платить выкуп, то есть дань вчерашним рабовладельцам. Сотни миллионов рублей этой дани крепостникам выплатили крестьяне, разоряясь все более и более. Помещики не только награбили себе крестьянской земли, не только отвели крестьянам худшую, иногда совсем негодную землю, но сплошь да рядом понаделали ловушек, то есть так размежевали землю, что у крестьян не осталось то выпасов, то лугов, то леса, то водопоя. Крестьяне в большинстве губерний коренной России остались и после отмены крепостного права в прежней, безысходной кабале у помещиков. Крестьяне остались и после освобождения «низшим» сословием, податным быдлом, черной костью, над которой измывалось поставленное помещиками начальство, выколачивало подати, пороло розгами, рукоприкладствовало и охальничало.
Манифест 19 февраля 1861 г. (в сокращении)
Божиею милостию
Мы, Александр Вторый,
Император и самодержец всероссийский,
Царь польский, великий князь финляндский
и прочая, и прочая, и прочая
Объявляем всем нашим верноподданным
...Мы убедились, что дело изменения положения крепостных людей на лучшее, есть для нас завещание Предшественников Наших и жребий, чрез течение событий, поданный Нам рукою Провидения.
Мы начали сие дело актом Нашего доверия к Российскому Дворянству, к изведанной великими опытами преданности его Престолу и готовности его к пожертвованиям на пользу Отечества. Самому Дворянству предоставили мы, по собственному вызову его, составить предположения о новом устройстве быта крестьян, при чем Дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян и подъять трудности преобразования, не без уменьшения своих выгод. И доверие Наше оправдалось. В Губернских Комитетах, в лице членов их, облеченных доверием всего Дворянского общества каждой губернии, Дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей. В сих Комитетах, по собрании потребных сведений, составлены предположения о новом устройстве быта находящихся в крепостном состоянии людей и о их отношениях к помещикам.
Сии предположения, оказавшиеся, как и можно было ожидать по свойству дела, разнообразными, сличены, соглашены, сведены в правильный состав, исправлены и дополнены в Главном по сему делу Комитете; и составленные таким образом новые положения о помещичьих крестьянах и дворовых людях рассмотрены в Государственном Совете.
Призвав бога в помощь, мы решились дать сему делу исполнительное движение.
В силу означенных нбвых положений, крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей.
Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за установленные повинности, в постоянное пользование усадебную их оседлость, и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их пред Правительством, определенное в положениях количество полевой земли и других угодий.
Пользуясь сим поземельным наделом, крестьяне за сие обязаны исполнять в пользу помещиков определенные в положениях повинности. В сем состоянии, которое есть переходное, крестьяне именуются временнообязанными.
Вместе с тем им дается право выкупать усадебную их оседлость, а с согласия помещиков они могут приобретать в собственность полевые земли и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С таковым приобретением в собственность определенного количества земли, крестьяне освободятся от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступят в решительное состояние свободных крестьян-собственников.
Особым положением о дворовых людях определяется для них переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания сего положения, они получат полное освобождение и срочные льготы.
На сих главных началах составленными положениями определяется будущее устройство крестьян и дворовых людей, установляется порядок общественного крестьянского управления и указываются подробно даруемые крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к Правительству и к помещикам.
Хотя же сии положения, общие, местные, и особые дополнительные правила для некоторых особых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работающих на помещичьих фабриках и заводах, по возможности приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям: впрочем, дабы сохранить обычный порядок там, где он представляет обоюдные выгоды, Мы предоставляем помещикам делать с крестьянами добровольные соглашения и заключать условия о размере поземельного надела крестьян и о следующих за оный повинностях, с соблюдением правил, постановленных для ограждения ненарушимости таковых договоров.
Как новое устройство, по неизбежной многосложности требуемых оным перемен, не может быть произведено вдруг, а потребуется для сего время, примерно не менее двух лет; то в течение сего времени, в отвращение замешательства и для соблюдения общественной и частной пользы, существующий доныне в помещичьих имениях порядок должен быть сохранен дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок.

Для правильного достижения сего, Мы признали за благо повелеть:
1) Открыть в каждой губернии Губернское по крестьянским делам Присутствие, которому вверяется высшее заведывание делами крестьянских обществ, водворенных на помещичьих землях.
2) Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении новых положений, назначить в уездах Мировых Посредников и образовать из них Уездные Мировые Съезды.
3) Затем образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в нынешнем их составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление.
4) Составить, поверить и утвердить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика как за землю, так и за другие от него выгоды.
5) Сии уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течение двух лет со дня издания настоящего Манифеста.
6) До истечения сего срока крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности.
7) Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов...
Имеющиеся в виду примеры щедрой попечительностие владельцев о благе крестьян и признательности крестьян к благодетельной попечительноти владельцев утверждают Нашу надежду, что взаимными добровольными соглашениями разрешится большая часть затруднений, неизбежных в некоторых случаях применения общих правил к разнообразным обстоятельствам отдельных имений, и что сим способом облегчится переход от старого порядка к новому и на будущее время упрочится взаимное доверие, доброе согласие и единодушное стремление к общей пользе.
Для удобнейшего же приведения в действие тех соглашений между владельцами и крестьянами, по которым сии будут приобретать в собственность, вместе с усадьбами, и полевые угодья, от Правительства будут оказаны пособия, на основании особых правил, выдачею ссуд и переводом лежащих на имениях долгов.
Полагаемся и на здравый смысл Нашего народа.
Когда мысль Правительства о упразднении крепостного права распространилась между не приготовленными к ней крестьянами: возникали было частные недоразумения. Некоторые думали о свободе и забывали об обязанностях. Но общий здравый смысл не поколебался в том убеждении, что и по естественному рассуждению, свободно пользующийся благами общества взаимно должен служить благу общества исполнением некоторых обязанностей, и по закону христианскому, всякая душа должна повиноваться властям, предержащим (Рим. XIII, I), воздавать всем должное, и в особенности кому должно урок, дань, страх, честь (7); что законно приобретенные помещиками права не могут быть взяты от них без приличного вознаграждения или добровольной уступки; что было бы противно всякой справедливости пользоваться от помещиков землею и не нести за сие соответственной повинности.
И теперь с надеждою ожидаем, что крепостные люди, при открывающейся для них новой будущности, поймут и с благодарностью примут важное пожертвование, сделанное Благородным Дворянством для улучшения их быта.
Крестьянская реформа в России 1861 года: Сб. законодательных актов.- М., I954.- С. 31 - 36.
Высочайше утвержденное общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости (в сокращении)
Введение
1. Крепостное право на крестьян, водворенных в помещичьих имениях, и на дворовых людей отменяется навсегда, в порядке, указанном в настоящем Положении и в других, вместе с оным изданных,. Положениях и Правилах.
2. На основании сего Положения и общих законов, крестьянам и дворовым людям, вышедшим из крепостной зависимости, предоставляются права, состояния свободных сельских обывателей, как личные, так и по имуществу. В пользование сими правами они вступают тем порядком и в те сроки, какие указаны в Правилах о приведении в действие Положений о крестьянах и в особом Положении о дворовых людях.
3. Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют, за установленные повинности, в постоянное пользование крестьян, усадебную их оседлость и, сверх того, для обеспечения их быта и для выполнения их обязанностей пред Правительством и помещиком, то количество полевой земли и других угодий, которое определяется на основаниях, указанных в Местных Положениях.
4. Крестьяне, за отведенный, на основании предыдущей статьи, надел, обязаны отбывать, в пользу помещиков, определенные в Местных Положениях повинности: работою или деньгами.
5. Возникающие из сего обязательные поземельные отношения между помещиками и крестьянами определяются правилами, изложенными как в сем Общем, так и в особых Местных Положениях...
6. Наделение крестьян землею и другими угодьями, а равно следующие за сие повинности в пользу помещика, определяются преимущественно по добровольному между помещиками и крестьянами соглашению, с соблюдением лишь следующих условий:
1) чтобы надел, предоставляемый крестьянам в постоянное пользование, для обеспечения их быта и исправного Отправления ими государственных повинностей, не был менее того размера, который определение этою целью, в Местных Положениях;
2) чтобы те повинности крестьян в пользу помещика, которые отправляются работою, определялись не иначе, как временными договорами, на сроки не долее трех лет (причем не воспрещается однако же возобновлять такие договоры в случае желания обеих сторон, но также временно, не долее, как на трехлетний срок); - и
3) чтобы вообще заключаемые между помещиками и крестьянами сделки не были противны общим гражданским законам и не ограничивали прав личных, имущественных и по состоянию, предоставляемых крестьянам в настоящем Положении.
Во всех случаях, когда добровольные соглашения между помещиками и крестьянами не состоятся, надел крестьян землею и отправление ими повинностей производятся на точном основании Местных Положений.
7. На сих основаниях составляются «уставные грамоты» (Уставные грамоты являлись документами, определявшими поземельные отношения между помещиками и временнообязанными крестьянами), в которых должны быть определены постоянные поземельные отношения между каждым помещиком и водворенными на его земле крестьянами. Составление таковых, уставных грамот предоставляется самим помещикам. Как на составление оных, так на рассмотрение и введение их в действие, назначается два года со дня утверждения сего Положения.
Примечание. Подробности, относящиеся до составления и исполнения уставных грамот, содержатся в Местных Положениях и в Правилах о порядке приведения в действие Положений о крестьянах.
8. Помещики, наделив крестьян в постоянное пользование, за установленные повинности, землею, на основании Местных Положений, не обязаны впредь, ни в каком случае, наделять их каким бы то ни было, сверх того, количеством земли.
9. По введении в действие настоящего Положения, слагаются с помещиков: 1) обязанности по продовольствию и призрению крестьян; 2) ответственность по взносу крестьянами государственных податей и отправлению ими денежных и натуральных повинностей; 3) обязанность ходатайствовать за крестьян по делам гражданским и уголовным, на основании ст. 1119 Зак. о сост., т. IX Свода Зак, 1857 года, и 4) ответственность за них во всех казенных взысканиях, как-то: штрафах, пошлинах и проч.
10. Затем, на самих крестьян возлагается попечение по общественному продовольствию и призрению, и ответственность за исправное отбывание следующих с них казенных и земских, натуральных и денежных повинностей, на основании изложенных ниже (Раздел III).
11. Крестьянам предоставляется право выкупать в собственность усадебную их оседлость, посредством взноса определенной выкупной суммы и, с соблюдением правил, в Местных Положениях изложенных.
12. С согласия помещиков крестьяне могут, сверх усадебной оседлости, приобретать в собственность, на основании общих законов, полевые земли и другие угодья, отведенные тем крестьянам в постоянное пользование. С таковым приобретением крестьянами в собственность их надела, или определенной в Местных Положениях части оного, прекращаются все обязательные поземельные отношения между помещиками и означенными крестьянами.
13. Независимо от способа, указанного в предшествующей статье, обязательные поземельные отношения между помещиками и крестьянами прекращаются следующими. двумя способами:
1) если крестьяне добровольно откажутся, с соблюдением, того порядка и тех условий, какие определены в Местных Положениях, от пользования предоставленным им наделом; - и
2) если крестьяне перейдут, с соблюдением всех установленных для сего правил, в другая сословия.
14. Дабы облегчить крестьянам приобретение в собственность отведенных им в постоянное пользование земель, в случае добровольного на то соглашения между помещиками и крестьянами, или в случае требования самого помещика, Правительство оказывает пособие, в том размере и тем порядком, какие определены в особом Положении о выкупе крестьянами усадебной оседлости и о содействии Правительства к приобретению ими в собственность полевых угодий.
15. Крестьяне, вышедшие из крепостной зависимости, но состоящие в обязательных поземельных отношениях к помещикам, именуются «временнообязанными крестьянами».
16. Крестьяне, вышедшие из крепостной зависимости и приобревшие в собственность поземельные угодья на основаниях, в Положениях изложенных, именуются «крестьянами-собственниками».
17. Вышедшие из крепостной зависимости крестьяне составляют, по делам хозяйственным, сельские общества, а для ближайшего управления и суда соединяются в волости. В каждом сельском обществе и в каждой волости заведывание общественными делами предоставляется миру и его избранным, на основаниях, в сем Положении изложенных.
18. Помещику, впредь до прекращения обязательных к нему отношений крестьян, на его земле водворенных, предоставляется вотчинная полиция и попечительство над обществом сих крестьян, на основании статей 148-163 сего Положения.
19. Крестьяне и общественные их учреждения подчиняются общим губернским и уездным управлениям,
20. Для приведения в действие Положения о крестьянах и для разрешения особых дел, возникающих из обязательных поземельных отношений между помещиками и временнообязанными крестьянами, учреждаются в каждой губернии:, 1) Губернское по крестьянским делам Присутствие; 2) Уездные Мировые Съезды и 3) Мировые Посредники. Состав, предметы ведомства, пределы власти и порядок действия сих учреждений определяются в особом о них Положении.
Раздел I О правах крестьян вышедших из крепостной зависимости
Глава I. О правах личных и по состоянию
21. На крестьян, вышедших из крепостной зависимости, распространяются общия постановления законов гражданских о правах и обязанностях семейственных. На сем основании, для вступления крестьян в брак и распоряжения в их семейственных делах, не требуется дозволения помещиков.
Примечание. Попечение о личности и об имуществе малолетних сирот возлагается на обязанность сельских обществ. В назначении опекунов и попечителей, в проверке их действий и во всех сего рода делах крестьяне руководствуются местными своими обычаями. Если бы в распоряжениях мира родственники малолетнего усмотрели что-либо, клонящееся к его ущербу, то они могут обращаться к защите Мирового Посредника...
23. Крестьянам, вышедшим из крепостной зависимости, предоставляется право, наравне с другими свободными сельскими обывателями и с соблюдением, установленных в общих законах и в сем Положении, правил:
1) производить свободную торговлю, предоставленную крестьянам, без взятия торговых свидетельств и без платежа пошлин...
2) открывать и содержать, на законном основании, фабрики и разные промышленные, торговые и ремесленные за ведения....
3) записываться в цехи; производить ремесла в своих селениях, и продавать свои изделия, как в селениях, так и в городах...
4) вступать в гильдии, торговые разряды и соответствующие оным подряды...
24. Крестьянам предоставляются следующие права по искам, жалобам, ходатайству и суду:
1) по делам гражданским: отыскивать свои права, вчинять иски и тяжбы и ответствовать за себя, лично или чрез поверенных, а равно быть поверенными как крестьян своего общества, так и лиц посторонних;
2) по делам уголовным и полицейским: подавать жалобы и охранять свои права всеми дозволенными законом способами, лично и чрез поверенных, в тех случаях, когда участие поверенного допускается в делах уголовных; - и
3) быть свидетелями и поручителями на общем основании...
25. Крестьяне не могут быть подвергаемы никакому наказанию иначе, как по судебному приговору, или по законному распоряжению поставленных над ними правительственных и общественных властей.
26. Крестьяне в тяжбах и спорах между собою могут разбираться судебным порядком. Независимо от сего, они могут обращаться для разбирательства к помещику, на земле коего они водворены, если сам помещик и обе тяжущиеся стороны на сие согласны. В сем случае на решение помещика жалобы не допускаются, и решение это приводится в исполнение.
27. В тех случаях, когда крестьяне, как отдельно, так и от всего общества, уполномочивают, на ходатайство по их делам, помещиков, на землях коих они водворены, доверенности этого рода пишутся на простой бумаге и свидетельствуются мировым посредником, установленным для того порядком.
28. Помещику предоставляется, для защиты крестьян, водворенных на его земле, присутствовать, буде пожелает, и без особого на то от них уполномочия, при следствиях, производимых над крестьянами по делам о проступках и преступлениях, или к коим они прикосновенны...
29. Крестьяне, вышедшие из крепостной зависимости, как свободные сельские обыватели, получают также следующие права по состоянию:
1) на основании правил, в сем Положении .изложенных, участвовать на сходах в составлении мирских приговоров и в общественных выборах; равно отправлять по выборам общественный должности, установленныя законом;
2) перечисляться в другие сословия и общества, по правилам, в сем Положении изложенным, а равно, по собственному желанию, поступать в военную службу и наниматься в рекруты, на общем для сельских обывателей основании;
3) отлучаться от места жительства, с соблюдением правил, установленных общими законами и настоящим Положением;
4) отдавать детей своих в общие учебные заведения и поступать на службу по учебной, ученой и межевой частям, на основании правил, установленных на сей предмет для свободных податных сословий, по увольнительным свидетельствам, с исключением из податного оклада.
30. Крестьяне не могут быть лишены прав состояния, или ограничены в сих правах иначе, как по суду или по приговору общества, утвержденному порядком, установленным в сем Положении.
Глава II. О правах по имуществу
31. По обнародовании сего Положения крестьянам оставляется их усадебная оседлость, впредь до приобретения ими оной в собственность, на правилах, определенных в Положении о выкупе крестьянами усадебной оседлости и о содействии Правительства к приобретению ими в собственность полевых угодий. Все движимое имущество крестьян, как-то: домашний и рабочий скот, земледельческие орудия и пр., на основании существующих постановлений, принадлежит вполне крестьянам; мирские денежные капиталы и мирские же хлебные запасы составляют собственность крестьянского общества.
32. Земли, дома и вообще недвижимые имущества, приобретенные крестьянами в прежнее время, на имя их помещиков, укрепляются за крестьянами или их наследниками окончательно, по утверждении за ними сих имуществ самими помещиками, или решением мирового учреждения, на основании особых правил, при сем приложенных.
33. Каждый крестьянин может приобретать в собственность недвижимые и движимые имущества, а также отчуждать оные, отдавать их в залог и вообще распоряжаться ими, с соблюдением общих узаконений, установленных на сей предмет для свободных сельских обывателей.
34. Сельское общество может также, на основании общих законов, приобретать в собственность движимые и недвижимые имущества. Землями, приобретенными в собственность независимо от своего надела, общество может распоряжаться по своему усмотрению, разделять их между домохозяевами и предоставлять каждому участок в частную собственность или оставлять сии земли в общем владении всех домохозяев.
35. Право на участие в общем владении собственностью, приобретенною обществом, каждый крестьянин, отдельно, может уступить постороннему лицу не иначе, как с согласия мира.
36. Каждый член сельского общества может требовать, чтобы из состава земли, приобретенной в общественную собственность, был ему выделен, в частную собственность, участок, соразмерной с долею его участия в приобретении сей земли. Если такой выдел окажется неудобным или невозможным, то обществу предоставляется удовлетворить крестьянина, желающего выделиться, деньгами, по взаимному соглашению, или по оценке...
38. В порядке наследования имуществом крестьянам дозволяется руководствоваться местными своими обычаями.
39. Имущество, оставшееся после крестьян, умерших без наследников (выморочное), поступает в пользу того сельского общества, в пределах коего имущество сие находится.
Раздел II Об устройстве сельских обществ и волостей и общественного их управления
Глава I. О образовании сельских обществ и волостей
40. «Сельское общество» составляется из, крестьян, водворенных на земле одного помещика: оно может состоять либо из целого селения (села или деревни), либо из одной части разнопоместного селения, либо из нескольких мелких, -по возможности смежных, и во всяком случае, ближайших между собою поселков (как-то: выселков, починков, хуторов, застенков, односелий, или отдельных дворов, и т. п.), пользующихся всеми угодьями, или некоторыми из них сообща, или же имеющих другие общие хозяйственные выгоды.
41. Крестьяне имений, в коих числится не более двадцати ревизских мужеского пола душ, если крестьяне эти живут в селении, принадлежащем разным владельцам, или хотя и в отдельных разнопоместных поселках, но не в дальнем одни от других расстоянии, соединяются в одно сельское общество, либо присоединяются к другим обществам, с согласия сих последних.
42. «Волости» образуются из состоящих в одном уезде и, по возможности, смежных, сельских обществ. При соединении в волости сельские общества не раздробляются.
43. Для волости полагается наименьшее число жителей- около трехсот ревизских мужеского пола душ, а -наибольшее - около двух тысяч. Наибольшее расстояние отдаленнейших селений волости от средоточия управления оной полагается около двенадцати верст...
Глава II. О сельском общественном управлении
46. Сельское общественное управление составляют:
1) сельский сход; - и
2) сельский староста.
Сверх того, общества, кои найдут то необходимым, могут иметь: особых сборщиков податей; смотрителей хлебных магазинов, училищ и больниц; лесных и полевых сторожей; сельских писарей и т. п.
Отдел I. О сельских сходах
47. «Сельский сход» составляется из крестьян-домохозяев, принадлежащих к составу сельского общества, и, кроме того, из всех назначенных по выбору сельских должностных лиц...
48. Первое место на сельском сходе и охранение на нем должного порядка принадлежит старосте...
51. Ведению сельского схода подлежат:
1) выборы сельских должностных лиц и назначение выборных на волостной .сход;
2) приговоры об удалении из общества вредных и порочных членов его; временное устранение крестьян от участия в сходах, не долее, как на три года;
3) увольнение из общества членов его и прием новых;
4) назначение опекунов и попечителей; проверка их действий;
5) разрешение семейных разделов;
6) дела, относящиеся до общинного пользования мирскою землею, как-то: передел земель, накладка и скидка тягол, окончательный раздел общинных земель на постоянные участки и т. п.;
7) при участковом или подворном (наследственном) пользовании землею, распоряжение участками мирской земли, по какому-либо случаю остающимися праздными или не состоящими в подворном пользовании;
8) совещания и ходатайства об общественных нуждах, благоустройстве, призрении и обучении грамоте;
9) принесение, куда следует, жалоб и просьб, по делам общества, чрез особых выборных;
10) назначение сборов на мирские расходы;
11) раскладка всех лежащих на крестьянах казенных податей, земских и мирских денежных сборов, равно как земских и мирских натуральных повинностей, и порядок ведения счетов по означенным податям и сборам;
12) учет должностных лиц, сельским обществом избранных, и назначение им жалованья или иного за службу вознаграждения;
13) дела по отбыванию рекрутской повинности, в той степени, в какой они касаются сельского общества;
14) раскладка оброка и издельной повинности по тяглам, по душам, или иным принятым способом, там, где повинности, в пользу помещика, отбываются за круговою порукою целого общества;
15) принятие мер к предупреждению и изысканию недоимок;
16) назначение ссуд из запасных сельских магазинов и всякого рода вспомоществований;
17) дача доверенностей на хождение по .делам общественным; - и
18) все те случаи, когда, по общему закону или по правилам Положений о крестьянах, требуется согласие или разрешение сельского общества...
52. Решения сельских сходов признаются законными тогда только, когда на сходах были: сельский староста, или заступающий его место, и не менее половины всех крестьян, имеющих право участвовать в сходах, и когда они относятся до предметов, исчисленных в 51 статье.
53. Все дела на сельском сходе решаются: или с общего согласия, или большинством голосов. За каждым крестьянином, который участвует в сходе, считается один голос.
54. Для решения нижеследующих дел требуется согласие не менее двух третей всех крестьян, имеющих голос на сходе:
1) о замене общинного пользования землею участковым или подворным (наследственным);
2) о разделе мирских земель на постоянные наследственные участки;
3) о переделах мирской земли;
4) об установлении мирских добровольных складок и употреблении мирских капиталов; - и
5) об удалении порочных крестьян из общества и предоставлении их в распоряжение Правительства...
55. Прочие дела решаются на сходах по приговору тех крестьян, на стороне которых, по счету, окажется хотя бы одним голосом более половины всех участвующих в сходе; если же сход разделится на две половины, равные по числу голосов, то большинство считается на той стороне, с которою согласится староста.
56. Голоса собираются: или разделением схода на две стороны и счетом голосов, на каждой стороне стоящих, или же иным способом, по существующему в каждом обществе, обычаю.
57. Приговоры сельского схода, по делам, указанным в ст. 54, записываются в особую книгу. Приговоры по другим делам записываются в оную только тогда, когда сего потребует сход. Для письменных приговоров схода не установляется никакой особой формы.
Отдел II. О обязанностях старосты и других сельских должностных лиц
58. По делам общественным сельский староста исполняет, в пределах ведомства сельского общественного управления, следующия обязанности:
1) созывает и распускает сельский сход и охраняет должный на оном порядок;
2) предлагает на рассмотрение схода все дела, касающиеся нужд и польз сельского общества;
3) приводит в исполнение приговоры сельского схода, распоряжения волостнаго управления и мировых учреждений;
4) наблюдает за целостию меж и межевых знаков, на землях, в пользовании крестьян находящихся, или принадлежащих им в собственность;
5) наблюдает за исправным содержанием дорог, мостов, гатей, перевозов и проч., на землях, отведенных сельскому обществу в надел или приобретенных крестьянами в собственность;
6) наблюдает за исправным отбыванием крестьянами податей и всякого рода повинностей как казенных, земских и мирских, так оброка .или издельной повинности в пользу помещика, и собирает сии подати и оброки в тех обществах, где не будет особых сборщиков;
7) понуждает к исполнению условий и договоров крестьян между собою, а равно заключенных с помещиками и посторонними лицами, когда такие договоры не оспориваются самими крестьянами;
8) надзирает за порядком в училищах, больницах, богадельнях и других общественных заведениях, если они учреждены сельским обществом на свой собственный счет;
9) наблюдает за своевременным составлением ревизских сказок, и подает оные куда следует;
10) по просьбам крестьян о выдаче им установленных билетов и паспортов на отлучки, или об увольнении вовсе из общества, дает волостному старшине надлежащее удостоверение в том, что к увольнению означенных крестьян препятствия нет;
11) заведывает, в порядке, установленном обществом, мирским хозяйством и мирскими суммами; надзирает за целостию запасного общественного хлеба и за правильным распоряжением оным; - и
12) охраняет от растраты те имущества неисправных плательщиков, коими обеспечивается взыскание недоимки.
59. Пока крестьяне состоят в обязательных отношениях к помещику, на земле коего они водворены, сельский староста должен: крестьян, отправляющих издельную повинность, наряжать на работу, а с оброчных взыскивать оброк, сообразно с требованием помещика, основанным на правилах Местных Положений, и вообще немедленно исполнять законные требования помещика, под своею личною ответственностью, согласно с изданными о крестьянах Положениями. <...>
Глава III. О волостном управлении
Отдел I. О волостных сходах
71. «Волостной сход» составляется из сельских и волостных должностных лиц... и из крестьян, избираемых от каждого селения или поселка, к волости принадлежащего, по одному от каждых десяти дворов...
78. Ведению волостного схода подлежат:
1) выборы волостных должностных лиц и судей волостного суда;
2) постановление о всех вообще предметах, относящихся до хозяйственных и общественных дел целой волости;
3) меры общественного призрения; учреждение волостных училищ; распоряжения по целостным запасным .магазинам, где они есть;
4) принесение, куда следует, жалоб и просьб, по делам волости, чрез особых выборных;
5) назначение и раскладка мирских сборов и повинностей, относящихся до целой волости;
6) поверка действий и учет должностных лиц, волостью избираемых;
7) поверка рекрутских списков и раскладка рекрутской повинности...
Отдел II. О волостном старшине
81. «Волостной старшина» ответствует за сохранение общего порядка, спокойствия и благочиния в волости. В этом отношении ему вполне подчиняются сельские старосты.
82. Ведомству волостного старшины подлежат: сельские общества, к составу волости принадлежащие, и вообще лица, состоящие в ведении сельского управления тех обществ (ст. 62), а равно приписанные к волости дворовые люди.
Примечание. Ведомству старшины не подлежат лица, указанные в примечании к ст. 62 сего Положения; но, в случае совершения ими уголовных преступлений или важных проступков, старшина представляет виновных полиции по общему порядку.
83. По делам полицейским, волостной старшина в предел ах ведомства волостного управления обязан:
1) объявлять, по предписаниям земской полиции, законы и распоряжения Правительства, и наблюдать за нераспространением между крестьянами подложных указов и вредных для общественного спокойствия слухов;
2) охранять благочиние в общественных местах и безопасность лиц и имуществ от преступных действий, а также принимать первоначальные меры для восстановления нарушенной тишины, порядка и безопасности, впредь до распоряжения земской полиции;
3) задерживать бродяг, беглых и военных дезертиров, и представлять их полицейскому начальству;
4) доносить земской полиции о самовольно отлучившихся из волости и о преступлениях и беспорядках, случившихся в волости;
5) наблюдать за точным исполнением установленных .настоящим Положением правил о приписке, увольнении и перечислении крестьян из одного общества в другое, и доносить о сем земской полиции, для уведомления Уездного Казначейства и Казенной Палаты;
6) распоряжаться в чрезвычайных случаях, как, например: при пожарах, наводнениях, повальных болезнях, падеже скота и других общественных бедствиях, и немедленно доносить полицейскому начальству о чрезвычайных происшествиях в волости;
7) предупреждать и пресекать преступления и проступки; принимать полицейские меры, для открытия и задержания виновных, и представлять их на дальнейшее распоряжение подлежащего начальства;- и
8) наблюдать за исполнением приговоров мировых учреждений и волостного суда.
84. Волостной старшина, по делам общественным, обязан в пределах ведомства волостного управления:
1) созывать и распускать волостной сход и охранять должный на оном порядок;
2) предлагать на рассмотрение схода все дела, касающиеся нужд и польз волостного общества!
3) приводить в исполнение приговоры волостного схода, постановленные на основании законов и правил, настоящим Положением установленных;
4) наблюдать за исправным содержанием в волости дорог, мостов, гатей, перевозов и проч.;
5) наблюдать как за сельскими старостами, так и за другими должностными лицами, чтобы каждый из них исполнял в точности свои обязанности;
6) наблюдать за исправным отправлением обществами всякого рода казенных и земских повинностей, как денежных, так и натуральных, а равно и рекрутской;
7) заведовать волостными мирскими суммами и волостными мирскими имуществами, ответствуя за целость оных и правильное их употребление;
8) крестьянам и дворовым людям, приписанным к волости, выдавать по истребовании надлежащих удостоверений и с соблюдением установленного порядка, свидетельства, как для получения теми крестьянами и дворовыми паспортов и билетов на отлучки, так и для перехода их в другие общества и сословия;
9) надзирать за порядком в училищах, больницах, богадельнях и всякого рода общественных заведениях, если они учреждены волостным обществом на свой собственный счет;
10) вести списки дворовым людям, приписанным к волости, и получать с них установленный сбор, для внесения куда следует...
85. Волостной старшина обязан исполнять беспрекословно все законные требования Мирового Посредника, Судебного Следователя, земской полиции и всех установленных властей, по предметам их ведомства...
86. За маловажные полицейские проступки, совершенные лицами, подведомственными волостному старшине, он может подвергать виновных взысканиям...
Отдел III. О волостном правлении
87. Волостное правление составляется из старшины, всех сельских старост или помощников старшины, и из сборщиков податей, там, где есть особые сборщики...
89. Решению правления, единогласному или по большинству голосов наличных членов, подлежат только следующие дела: 1) производство, из волостных сумм, всякого рода денежных расходов, утвержденных уже волустным сходом; 2) продажа частного крестьянского имущества, по взысканиям казны, помещика или частного лица, кромё тех случаев, которые по закону возлагаются на общую полицию, и 3) определение и увольнение волостных должнрстных лиц, служащих по найму. Старшина, повеем другим делам его ведомства, только советуется с правлением, но распоряжается по своему усмотрению, под личною своею ответственностью...
Отдел IV. О волостном суде
I Состав суда и время собраний
93. Для составления волостного суда избирается ежегодно волостным сходом (или сельским, если волость состоит из одного сельского общества) от четырех до двенадцати очередных судей...
II Предметы ведомства и пределы власти волостного суда
95. Волостной суд ведает, на основании следующих статей, как споры и тяжбы между крестьянами, так и дела по маловажным их проступкам.
96. Волостной суд решит окончательно: все споры и тяжбы собственно между крестьянами, ценою до ста рублей включительно, как о недвижимом и движимом имуществах в пределах крестьянского надела, так и по займам, покупкам, продажам и всякого рода сделкам и обязательствам, а равно и дела по вознаграждению за убытки и ущерб, крестьянскому имуществу причиненные…
Глава IV. О вотчинной полиции и попечительстве помещиков в сельских обществах временнообязанных крестьян
148. Помещику предоставляется, на основаниях и в пределах, ниже сего означенных, вотчинная полиция в сельском обществе временнообязанных крестьян, на земле его поселенных, и с сим вместе помещик есть попечитель того сельского общества.
149. Помещик имеет право надзора за охранением общественного порядка и общественной безопасности на пространстве принадлежащего ему имения.
150. Посему сельский староста исполняет безотлагательно все законные требования помещика...
Раздел III О казенных, земских и мирских повинностях
Глава I. О казенных и земских повинностях
164. Крестьяне, вышедшие из крепостной зависимости, обязаны нести следующие казенные и земские денежные повинности: 1) подушную подать; 2) сбор на обеспечение продовольствия; 3) земские сборы, как государственные, так общие губернские и частные, и 4) сбор на заготовление окладных листов по податям и сборам.
Крестьянская реформа в России 1861 года: Сб. законодательных актов. - М., 1954.- С. 39-73.
Из Положения о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости, и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий
Раздел II О содействии правительства к приобретению крестьянами в собственность полевых угодий вместе с усадебной оседлостью
Глава I. Положения общие
27. Определенная по правилам сего Положения сумма, выдаваемая помещику под приобретаемые крестьянами в собственность мирские земли и угодья, обеспеченными (гарантированными) Правительством кредитными бумагами, именуется «выкупною ссудою».
28. Всякие добавочные, сверх выкупной ссуды, платежи, какие крестьяне обяжутся уплатить помещику, повзаимному с ним соглашению, не обеспечиваются (не гарантируются) Правительством.
29. Кредитные бумаги, выдаваемые от Правительств помещикам, состоят частию в государственных пятипроцентных банковых билетах, а частию в свидетельствах на обеспеченный (гарантированный) доход, заменяемых постепенно, такими же пятипроцентными банковыми билетами.
30. Содействие Правительства к приобретению крестьянами в собственность их надела распространяется только на крестьян, состоящих на оброке.
31. Приобретению в собственность, на изложенных основаниях, может подлежать: или весь усадебный и полевой надел, отведенный крестьянам в постоянное пользование, или часть сего надела...
Глава IV. О размерах выкупной ссуды и о порядке выдачи оной
64. При приобретении крестьянами в собственность их надела, по взаимному добровольному соглашению с помещиком, как без содействия, так и при содействии Правительства, величина платежа за приобретаемые земли не ограничивается никаким определенным размером, а зависит единственно от усмотрения договаривающихся сторон...
65. В основание для определения размера выкупной ссуды принимается денежный оброк, назначенный с крестьян, в пользу помещика, по уставной грамоте (на основании Местных Положений о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях), за предоставленный крестьянам в постоянное пользование усадебный и полевой надел. Если приобретается не полный по уставной грамоте надел, а часть оного, то, для определения выкупной ссуды, означенный оброк понижается, соответственно уменьшению при сем надела и согласно правилам, установленным в помянутых Местных Положениях, для исчисления денежных оброков.
66. Указанный, в предыдущей статье, годовой оброк за приобретаемую землю капитализируется из шести процентов, т. е. помножается на шестнадцать и две трети. Из исчисленной на сем основании капитальной суммы назначается в ссуду крестьянам, для выдачи помещику... определенная часть, а именно: 1) при приобретении в собственность крестьянами полного по уставной грамоте надела - четыре пятых (т. е. 80 копеек на рубль); 2) при приобретении надела уменьшенного... - три четверти (т. е. 75 копеек на рубль).
При м е ч а н и е. Если крестьяне, при совершении выкупной сделки, внесут часть капитала, причитающегося в ссуду на основании сей статьи, то выкупная от Правительства ссуда дается на остальную за тем часть...
Глава VI. О выкупных платежах
Отдел I. О размере выкупных платежей и порядке взноса оных
11З. Крестьяне, приобревшие в собственность землю, при посредстве выкупной операции, обязаны вносить в казну ежегодно, взамен следовавшего помещику за сию землю оброка, по шести копеек на рубль с назначенной Правительством выкупной ссуды, впредь до погашения оной. Таковые платежи именуются «выкупными».
114. Выкупная ссуда погашается взносом выкупных платежей в продолжение сорока девяти лет со дня выдачи ссуды.
115. Выкупные платежи не могут быть, ни в каком случае, увеличиваемы; но крестьянам предоставляется, по собственному усмотрению, делать особые взносы, сверх годичного выкупного платежа. Такие взносы зачитываются в уплату капитального по выкупной ссуде долга, и, на сем основании, с следующего после взноса года, делается сбавка в годичных «выкупных платежах» в размере шестидесяти копеек на каждые десять рублей взнесенной суммы...
119. Сбор выкупного платежа производится старостою или особым сборщиком податей (где оный назначен), на том же основании, как сбор казенных денежных повинностей. Собранные деньги староста или сборщик вносит в местное Уездное Казначейство. Впрочем, каждому домохозяину, приобревшему землю отдельно от других, не воспрещается вносить выкупной платеж за себя прямо в Казначейство.
Отдел II. О обеспечении исправной уплаты крестьянами выкупных платежей
126. Выкупные платежи взыскиваются с крестьян преимущественно перед частными их долгами, а потому, до погашения выкупной ссуды, взыскание с крестьян по таковым долгам не может быть обращено на приобретенную при посредстве выкупной операции землю и необходимые принадлежности хозяйства и сельского промысла крестьян,
I Меры взыскания при приобретении земли целым обществом
127. Когда земля приобретена целым сельским обществом, то оно обязано непременно вносить в Уездное Казндчейство всю следующую с общества сумму к положенным срокам, разлагая, в случае нужды, недоимку на все общество, по мирской раскладке, либо пополняя сию недоимку из мирских сумм, или иных общественных средств. При сем, для пополнения недоимок с отдельных неисправных плательщиков, общество может принимать следующие меры взыскания:
1) обратить на возмещение недоимки доход с принадлежащего недоимщику в собственность недвижимого имущества;
2) отдать самого недоимщика, или кого-либо из членов его семейства, в посторонние заработки, в том же уезде или соседственном, с условием выработанные деньги обращать в мирскую кассу; отдавать же в заработки в другие, неотдаленные губернии дозволяется только по приговору сельского схода, утвержденному Мировым Посредником, и, при том, только таких неисправных плательщиков, кои не платят недоимок по упорству, нерадению или распутству;
3) определить к недоимщику опекуна, без разрешения которого не дозволять неисправному хозяину отчуждать что-либо из его имущества и из его доходов до пополнения недоимки, или вместо неисправного хозяина назначить старшим в доме другого члена той же семьи;
4) подвергнуть продаже принадлежащее недоимщику лично недвижимое имущество, за исключением лишь выкупленной крестьянином усадьбы;
5) продать ту часть движимого имущества и строений недоимщика, которая не составляет необходимости в его хозяйстве;
6) отобрать у недоимщика часть отведенных ему полевых угодий, или даже весь его полевой надел.
Примечание. Самому обществу предоставляется, в каждом случае, выбрать одну или несколько из указанных мер взыскания, но последние три меры, означенные в пунктах 4, 5 и 6, общество может принимать только в крайних случаях, когда все другие меры взыскания окажутся недостаточными для пополнения недоимки...
Крестьянская реформа в России 1861 года: Сб. законодательных актов.- М., 1954.- С. 99-121.
А. Н. Энгельгардт. Письма из деревни. 1879 г.
...Первое, что бросается в глаза, это то, что во многих деревнях крестьяне получили в надел менее того количества земли, какое у них было в пользовании при крепостном праве. Вся лишняя за указанным наделом земля была отрезана во владение помещика и составила так называемые отрезки... Где есть отрезки, там крестьяне беднее и недоимок более. Очень часто можно видеть, что деревни, даже не имеющие полного надела, но получившие то количество земли, каким они пользовались при крепостном праве, живут зажиточнее, чем те деревни, которые хотя и получили полный надел, но у них были отрезки...
У нас повсеместно за отрезки крестьяне обрабатывают помещикам землю — именно работают... как при крепостном праве, то есть на своих лошадях, со своими орудиями производства...
Добро бы еще эти отрезки сдавались крестьянам за арендную плату деньгами, а то нет — непременно под работу. И что всего нелепее, очень часто вся эта работа не приносит помещику, вследствие его неумелого хозяйства, никакой пользы и бесплодно для всех зарывается в землю. В нашей местности я один только пример знаю, что крестьяне платят за отрезки деньгами, да и то только потому, что имение находится в аренде у купца, который хозяйством не занимается и в крестьянской полевой работе не нуждается...
Для многосемейных зажиточных крестьян, у которых во дворах много работников и работниц, много лошадей и исправная снасть, отработать за отрезки... еще ничего, но для одиночек-бедняков... отработка... чистое разорение.
М.Н.Катков о земской реформе 1864г. писал: «Есть в России одна господствующая народность, один господствующий язык, выработанный веками исторической жизни. Однако есть в России и множество племен, говорящих каждое своим языком и имеющих каждое свой обычай; есть целые страны со своим особенным характером и преданиями. Но все эти разнородные племена, все эти разнохарактерные области, лежащие по окраинам великого русского мира, составляют его живые части и чувствуют свое единство с ним в единстве государства, в единстве верховной власти - в Царе, в живом всеповершающем олицетворении этого единства. В России есть господствующая Церковь, но в ней же есть множество всяких исключающих друг друга верований. Однако все это разнообразие бесчисленных верований, соединяющих и разделяющих людей, покрывается одним общим началом государственного единства. Разноплеменные и разноверные люди одинаково чувствуют себя членами одного государственного целого, подданными одной верховной власти. Все разнородное в общем составе России, все, что, может быть, исключает друг друга и враждует друг с другом, сливается в одно целое, как только заговорит чувство государственного единства. Благодаря этому чувству Русская земля есть живая сила повсюду, где имеет силу Царь Русской земли. Никакие изменения, в нашем политическом быте не могут умалить или ослабить значение этой идеи. Все преобразования, какие совершаются и будут совершаться у нас, могут послужить только к ее возвышению и усилению».
«…В разных умах и разных кружках могут быть разные мнения и толки об общественной свободе. Но в действительности общественная свобода есть самое охранительное в мире начало. Особенно для нас, русских, должно быть это ясно. Мы знаем из нашей истории, что общественные силы были всегда у нас силами хранения и упора и что, напротив, сила движения исходила от государственной власти. В общем ходе нашей истории государство было постоянно силой разлагающей, движущей, перестанавливающей обычай; народ и общественные силы действовали всегда оборонительно и упирались, чтобы жизнь не потеряла своих основ, без которых не имеет смысла никакое движение. Силы движения и упора никогда не были у нас в равновесии, и всегда они действовали порознь. Оттого-то наши преобразования были так малоплодотворны, наши общественные силы были так малопроизводительны. Живые общественные силы должны быть введены в государственную организацию. В настоящее время особенно чувствуется потребность ввести в нашу государственную организацию участие живых общественных сил, чтобы восстановить равновесие между движением, которое может стать бесплодным и даже разрушительным, и самоохранительными инстинктами жизни. Пора канцелярских преобразований и кабинетного прогресса сменяется новой, когда живые силы общества должны развить свое действие в устройстве нашего быта, наших хозяйственных отношений, в системе нашего просвещения, которому иначе грозит конечная гибель, в настроении общественного мнения, которое теперь не имеет никакой внутренней силы и отдано на произвол случайных влияний. Общественная свобода должна послужить нам на утверждение всего того, чем скрепляется наше единство. Тогда только коренные начала народной жизни займут в наших понятиях то самое место, какое имеют они поистине в самой действительности...
Б.Н. Чичерин о местном самоуправлении и земской реформе 1864 года
Б.Н. Чичерин в целом приветствовал закон о местном самоуправлении от 1 января 1864 года. Местное самоуправление представляется Чичерину неразрывно связанным с «общей администрацией» и до известной степени зависимым от нее. Четко границы этой зависимости он не оговаривает, полагая, что найти их поможет опыт, но считает, что даже в неограниченной монархии «местная свобода» нужна, ибо противодействует безмерному владычеству бюрократии и ее злоупотреблениям. Аналогичную роль играют и сословные привилегии: «одной из самых глубоких и верных» идей Монтескье Чичерин считал мысль о том, что «в чистой монархии необходимы сословные привилегии. Как скоро эти последние сдержки исчезают, так правление неизбежно становится деспотизмом». Только так и возможно в «чистой монархии» составляющее цель всякого общества «соглашение свободы с порядком».
Из этих соображений вытекают и практические предложения Чичерина. Он предлагает поместить центр тяжести самоуправления в губернии, а не в уезде: во-первых, губерния ближе к центральному правительству, и, во-вторых, в уезде мало «элементов для хорошей администрации», то есть дворянства, в руки которого, как прямо заявляет Чичерин, и должно достаться местное самоуправление. Дворянство имеет государственное значение, и его задача – наведывать общественными делами на местах. Вне дворянства русская жизнь еще не выработала класса, способного его заменить, «среднее сословие» «содержит в себе слишком еще мало просвещенных сил».
По Чичерину, степень заинтересованности в местных делах еще не вполне может определять меру участия в них. Поскольку местные дела составляют и государственный интерес, то важна и способность управлять ими, а она сильнее в сословии, которому государственный интерес ближе всего, – в дворянстве. Поэтому выбирать в земство следует от сословий. Чичерин резко протестует против возможности, что дворянство, эта единственная надежная точка опоры при том брожении, которое охватило общество после отмены крепостного права, будет «распущено» в земстве. Это может привести к взаимной вражде сословий и крушению всего государственного здания. Уничтожение сословных перегородок возможно только с преобладанием среднего сословия, когда «личные и свободные элементы общества» достаточно разовьются, чтобы стать опорой для государства. Так было во Франции, но в России время для этого еще не пришло, и необходимо сильное государство, само направляющее этот процесс. Сословное земство с административно-хозяйственным кругом деятельности под твердым контролем правительства – суть тогдашних взглядов Чичерина, осененных общей идеей порядка, органичности и продуманности перемен [14, стр. 46–47].
Чичерин, со своим взглядом на земство как на общественный институт, выполняющий собственные задачи, был, похоже, совершенно одинок в современной ему науке права. Это обстоятельство дало повод одному тогдашнему юристу пренебрежительно назвать Чичерина «эпигоном» общественной теории самоуправления.
К.Д. Кавелин о местном самоуправлении и земской реформе 1864 года
Кавелин приветствовал закон о местном самоуправлении от 1 января 1864 года. Его восхищает то, что принцип самоуправления проводится осторожно и последовательно, что законодательство не забегает вперед. Окончательный вывод говорит сам за себя: «Мы убеждены, что сделано все, что нужно, и что больше делать не следовало». Кавелин уверен в будущности самоуправления, но, подобно Чичерину, не видит пока в обществе сил для полного его развития и хвалит осторожность правительства, которое не дает сразу слишком много, больше, чем общество может взять.
В равной степени, что и Чичериным, им владеет неприязнь к самодовлеющей бюрократии. Он вообще считает, что «местные земские учреждения были до сих пор пропитаны чиновническим бюрократическим элементом; они только по имени, по названию были земские». Надеясь, подобно Чичерину, на союз общества и высшей власти против бюрократии, Кавелин находит в Положении то, что хотел бы найти: именно ограждение земских учреждений от ее «произвольных вмешательств» . Но, отдавая дворянству ведущую роль в земстве, Кавелин отлично от Чичерина трактует сословный вопрос: мудрость правительства он усматривает в том, что оно «не сообщило землевладельческому элементу сословной окраски», что могло бы вызвать «худшее из всех зол – зависть и взаимную вражду сословий». По Кавелину, земство должно примирить и сблизить ныне разрозненные сословия посредством их постепенного слияния. Здесь Кавелин не изменил своему убеждению, которым руководствовался еще в период крестьянской реформы, что в России нет коренных противоречий между дворянством и крестьянством. Чичерин же был более сдержан, отмечая, что «в России дворянство и крестьянство, до последней минуты, составляли две бесконечно отстоявшие друг от друга крайности властителей и подвластных».
А.Д. Градовский о местном самоуправлении и земской реформе 1864 года
В «Началах русского государственного права» Градовский обстоятельно рассматривает местное управление и самоуправление в их историческом развитии. Взгляд автора на земство явно расходится с официальным. В восприятии Градовского «самоуправление есть одна из форм управления, а управлять нельзя иначе, как при помощи административных актов, обязательных для жителей». Государство, перепоручая часть своих функций органам самоуправления, превращает их тем самым во властные органы.
В то же время общественное управление Градовский рассматривает как важный фактор государственной жизни. Самоуправление он воспринимает как политическую школу, в которой только и способно сформироваться подлинное гражданское общество.
Подобное понимание земской деятельности вполне разделялось большинством либералов. Не все, однако, были согласны с государственной теорией местного самоуправления Градовского. Б.Н. Чичерин, например, ее решительно отвергал, упрекая профессора Градовского в отрыве от практической жизни, – как «никогда не видавшего в глаза земского собрания». Чичерин посчитал рассуждения о государственном характере местных органов самоуправления теоретизированием, весьма опасным для неокрепшего земства. Они могли навлечь на земское самоуправление еще большие утеснения .
Теория самоуправления Градовского в значительной мере базируется на европейских источниках и историческом опыте стран Запада. Градовский полагает, что введение местного самоуправления – закономерный этап в развитии каждой страны, достигшей определенной степени зрелости.
Как полагал Градовский, вводя земства, царское правительство рассчитывало создать новые, отвечающие духу реформ органы управления. В результате же оно получило аморфное и незрелое местное самоуправление. Отмена крепостного нрава, положившая начало разорению помещичьих хозяйств, оторвала дворян от земли и заставила их искать «легких заработков» в развивающейся капиталистической экономике (биржи, банки, акционерные общества). Оставшиеся на земле дворяне не были заинтересованы идти работать в земства, не обладавшими реальными правами. Кроме того, не имевшие опыта земские органы очень быстро переняли косные формы работы государственной бюрократии. В итоге, заключает Градовский, правительство вынуждено было дублировать земскую власть представителями центральных органов, постоянно ограничивая в правах местное самоуправление.
Причину неудач земской реформы Градовский видит в половинчатом и непоследовательном ее проведении. Главное противоречие пореформенной эпохи, полагает он, состоит в том, что монархическая власть попыталась совместить две несовместимые вещи: абсолютистскую форму правления, опирающуюся на сословный строй, и местное самоуправление, предполагающее демократизм, равенство и бессословность. Абсолютная монархия, введя местное самоуправление, фактически подрубила свои собственные корни и, осознав это, в дальнейшем стремилась всячески ограничивать земскую инициативу.
Из программной записки министра финансов М. X. Рейтерна. 1866 г.
Сооружение железных дорог можно назвать не только настоятельной потребностью, но и положительно важнейшею для будущности России задачею правительства. Увеличенный посредством железных дорог вывоз за границу представляется единственно возможным исходом для расстроенного нашего денежного обращения и, следовательно, для кредита государственного и финансов вообще; экономическое положение России может быть существенно улучшено также лишь посредством железных дорог, которые дадут ценность ее произведениям и, следовательно, достаточное вознаграждение труду и безбедный доход с земли; в финансовом отношении можно ожидать существенного увеличения доходов лишь от улучшения экономического быта, который находится в зависимости от улучшения путей сообщения; наконец, даже в политическом отношении возможность скорого передвижения от центра к окраинам должна умножить силу России.
Приложение к семинару 4
Зарождение и становление Красной Армии на Донбассе
Это воинское формирование было организовано постановлением Центрального бюро военно-революционных комитетов Донбасса в 1917 году. Территориально оно располагалось на Горловско-Щербиновском руднике, а штаб Красной гвардии находился на станции Никитовка, здесь же находился склад с оружием и обмундированием. Сюда прибывали отряды партизан из округи, которые вливались в состав гвардии. Для всех добровольцев развернулась интенсивная военная подготовка, начали формироваться конные отряды красногвардейцев. К середине декабря 1917 года численность отрядов Красной гвардии Донбасса достигла 20-25 тысяч человек, это около 5 % рабочих бассейна, а к январю 1918 года эта цифра удвоилась.
На территории Донбасса переход власти в руки рабочих и крестьян произошел довольно мирно и уже в сентябре 1917 года банки и телеграфы перешли под контроль Советов рабочих и крестьянских депутатов. Но с таким положением правящий класс не был согласен. На помощь противнику были вызваны казачьи подразделения под управлением донского генерала Алексея Каледина. Началась кровопролитная борьба. Казачьи формирования захватывали предприятия и возвращали прежнее руководство. В помощь донбасскому пролетариату для защиты революции на Донбассе из Москвы и Петрограда были посланы формирования красногвардейцев под руководством Владимира Антонова-Овсиенко. Во время движения отряды красногвардейцев пополнялись местными добровольцами.
Выбить калединцев из Юзово-Макеевского района удалось только в начале января 1918 года, после того как на помощь местным красногвардейцам прибыл «Северный летучий отряд» под руководством Рудольфа Сиверса, наступавший со стороны Харькова. Освободив Донбасс, красные полки развернули атаку против казачества в направлении Донской области.
После разгрома белоказаков в феврале 1918 года нависла новая угроза со стороны австро-германских войск, наступавших на Советскую Украину. Многотысячной оккупационной армии противостояли разрозненные красногвардейские отряды. Для их объединения в этот период начинает формироваться Рабоче-крестьянская Красная Армия, которая отличалась от Красной Гвардии централизованным управлением и более качественной военной подготовкой.
Женщины также принимали активное участие в борьбе с белогвардейцами. Одна из них – командир бронепоезда Людмила Георгиевна Мокиевская-Зубок.
Гражданская война в Донбассе
Исторические события в России в начале 20 века противоречивы и неоднозначны. Классовое противостояние рождало гражданскую войну. В отличие от обычных войн, гражданская война не имеет четких границ — ни временных, ни пространственных. В гражданской войне на первый план всегда выходят классовые интересы, оттесняя все остальное.Гражданская война в Советской России сложнее, чем классовое противостояние. Общечеловеческие ценности такие, как милосердие, терпимость, гуманизм, нравственность, отодвигаются на второй план, уступая место принципу «Кто не с нами, тот против нас».
Гражданская война — величайшая трагедия в истории нашей страны. Эта борьба приняла самые крайние формы, неся с собой взаимную жестокость, террор, непримиримую злобу. Отрицание прошлого мира нередко превращалось в отрицание всего прошлого и вылилось в трагедию тех людей, которые отстаивали свои идеалы. Со второй половины 1918 года и по 1920 год война стала основным содержанием жизни страны. Большевики отстаивали завоевания Октябрьской революции. Их противники преследовали самые различные цели — от «единой и неделимой» монархической России и до России советской, но без коммунистов. Нарастанию гражданской войны способствовала интервенция Антанты. Интервенция резко активизировала силы внутренней контрреволюции. По всей России прокатилась волна мятежей. На Дону формировалась армия атамана Краснова, на Кубани — Добровольческая армия А. И. Деникина. Из фронтового дневника поручика Никольского В. Б. 11 января 1919 года: «. . . Союзникам не нужна Россия — им нужны ее богатства. Союзники признают всякую сильную власть на наших землях — им важна торговля, выгода. Что им до нас? Они свое получили: Россия обессилена, лишена веса в мировых делах…»
К концу 1918 года гражданская война разгорелась с необычайной силой. Под какими лозунгами сражались красные и белые! По одну сторону «огненного кольца» — «Да здравствует мировая революция!», «Смерть мировому капиталу!»; по другую — «Умрем за Родину!», «Лучше смерть, чем гибель России!» Белый лагерь был крайне неоднороден. Там были монархисты и либералы — республиканцы, сторонники Учредительного собрания и сторонники военной диктатуры. Всех их объединяло стремление не допустить раскола России. В рядах белого движения оказалась значительная часть интеллигенции. При всей разноликости белого движения его сторонников объединяла ненависть к коммунистам, которые, по их мнению, хотели разрушить Россию, ее государственность и культуру. Из — за политических разногласий у белых не было общепризнанного лидера. Ведущие политические деятели России либо эмигрировали, либо не находили общего языка с офицерами, либо сразу же сошли с политической арены. Главная слабость белых заключалась не в военной, а в политической области. Одним из создателей белого движения был русский генерал Антон Иванович Деникин.
Стремясь задушить рабоче-крестьянскую власть, свергнутые Октябрьской революцией эксплуататорские классы России развязали в стране гражданскую войну. На помощь внутренней контрреволюции пришли иностранные империалисты. Именно «всемирный империализм,— указывал В. И. Ленин,— вызвал у нас, в сущности говоря, гражданскую войну и виновен в ее затягивании». Вмешательство иностранных империалистов придало гражданской войне длительный, кровопролитный характер, принесло неисчислимые бедствия и страдания трудовому народу.
История рабочих Донбасса т.1 / Кульчицкий С.В.- К.: Наукова думка, 1981. — стр. 168.
ДОНЕЦКО-КРИВОРОЖСКАЯ РЕСПУБЛИКА
10–13 февраля 1918 г. (27–30 января по ст.ст.) состоялся IV областной съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. На съезде присутствовали делегаты с правом решающего голоса (48 большевиков, 19 эсеров, 5 меньшевиков, 2 беспартийных).
Съезд проходил в здании гостиницы «Метрополь», которое на перекрестке современной площади Конституции и улицы Пушкинской. Сейчас там жилой дом, на котором нет даже мемориальной таблички. Кстати, такими табличками украшены многие здания Харькова, а упоминание о ДКР большевики решили не делать. Не нравилось, видно последователям Артема, такое самообразование.
Сообщение газеты «Донецкий пролетарий» о постановлении IV областного съезда Советов Донецкого и Криворожского бассейнов об образовании Донецкой Республики и о национализации промышленности.
14 февраля 1918 г. (Дата опубликования в газете).
Областной съезд Советов рабочих и солдатских депутатов постановил образовать Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов.
Областной съезд выделил область в Донецкую Республику.
Областной съезд постановил национализировать угольную промышленность, муниципализировать в местечках, поселках и городах дома крупных собственников.
Принять постановление о введении для шахтеров ежегодных двухмесячных отпусков.
Областной Совет народного хозяйства упрочивает свое влияние и в скором времени приступит к организации снабжения рудников предметами потребления через магазины частных торговцев, которые будут секвестрованы.
На очереди — уничтожение частной торговли в шахтах.
Пролетариат начинает овладевать аппаратами производства и обмена. Мы идем вперед.
«Донецкий пролетарий» (Харьков) М 72, 14 февраля 1918 г. Источник: Борьба за всласть советов в Донбассе. Сталино 1957. с. 296
На повестку дня были внесены вопросы:
1) текущий момент;
2) экономическая политика в Донецком бассейне;
3) областная организация.
Все эти вопросы были объединены в Декларацию о ближайших задачах Совета Народных Комиссаров Советской республики Донецкого и Криворожского бассейнов.
В последнем пункте повестки дня, собственно, точнее было бы говорить об «организации области». Доклад по этому вопросу сделал С.Васильченко. Основные его тезисы, согласно газете
«Донецкий пролетарий», сводились к следующему:
«По мере укрепления советской власти на местах Федерации Российской
Социалистической Республики будут строиться не по национальному признаку, а согласно особенностям национально-хозяйственного быта. Такой самодостаточной в хозяйственном отношении единицей являются Донецкий и Криворожский бассейны. Донецкая республика может стать образцом социалистического хозяйства для других республик. В силу этого Донецкий и Криворожский районы должны иметь самостоятельные органы экономического и политического самоуправления. Власть, организующаяся в области, — Совет Народных
Комиссаров, ответственен перед съездом и перед исполнительным органом съезда — областным комитетом».
«Донецкий пролетарий». 15 февраля 1918 г.
С содокладом по обсуждаемому вопросу выступил член ЦИК Советов Украины, народный секретарь труда М.Скрыпник. Он был противником выведения Донецкого и Криворожского бассейнов из состава Украины. Однако четкостью аргументации его позиция не отличалась. «Ставить во главу угла организации власти экономический принцип — верно; нельзя, однако, будущее переносить в современность, — говорил народный секретарь. — Мир прежде всего означает национальный вопрос, право наций на самоопределение».
Таким образом, не возражая против экономического принципа строения федеративного пролетарского государства в целом, М.Скрыпник считал преждевременной его реализацию относительно Донкривбасса. Эклектизм взглядов одного из ведущих большевистских деятелей Украины привел его к отстаиванию соответствующей искусственной формулы: «Выделение Донецкого бассейна означало бы подрыв советской власти и усиление Генерального Секретариата. Автономия необходима, но как часть, входящая в состав Украинской Федерации».
В разгоревшейся дискуссии, которая приобрела довольно острый, эмоциональный характер, позицию М.Скрыпника поддержали только эсеры (Голубовский), а среди большевиков представитель ЦИК Советов Украины оказался по сути в изоляции и подвергся яростным нападкам со стороны приверженцев образования Донецко-Криворожской Республики. Последние никаких новых аргументов не выдвигали, однако консолидированно обвиняли М.Скрыпника в национализме. Так, Артем, исходя из идеала всеобщей пролетарской федерации, заявлял: «Мы не разбиваем ни одной федеративной республики, не посягаем на национальные интересы Украины, мы не собираемся создавать независимую республику. Разве мы собираемся проводить особую таможенную политику и т. д.? Мы хотим связаться со всей страной. «Вся власть Советам» — вся власть пролетариату и беднейшему крестьянству, которым никого не нужно угнетать».
В контексте приведенного очевидно отождествление «всей страны» с Россией в ее бывших пределах. И уже оттуда вытекали обвинения М.Скрыпника в склонности к сепаратизму. Артем подчеркивал: «Сепаратисты не мы, а вы (М.Скрыпник, ЦИК Советов Украины. — прим. автора). Почему вы стремитесь быть с Киевом? Потому что Советская республика не по национальному признаку для вас более крепкий орешек, чем национальная. …Мы как большевики не расходимся с тов. Скрыпником. Мы расходимся с ним как с официальным представителем Украинского ЦИК».
Артем утверждал, что уже после победы социалистической революции национальный вопрос потеряет свое значение. Эта позиция была поддержана и развита в выступлениях других сторонников создания Донецко-Криворожской Республики. В частности, М.Жаков доказывал: «Если политика Донецкого бассейна может быть чему-то подчинена, то, конечно, не случайным временным политическим задачам наших украинских товарищей, а политике промышленных центров севера.
Донецкий бассейн важен прежде всего для судьбы всей русской революции в целом. Его организация, революционное строительство (а здесь еще не было революции, не было «Октября») должны стоять на первом месте. Конечно, мы обязаны помочь своим участием в жизни всего юга преодолеть влияние мелкой буржуазии как на Украине, так и на юго-востоке, однако именно для этого «пролетарский кулак», который сейчас распластан на все пять пальцев, должен быть стиснут, организационной расхлябанности и многовластию следует положить конец».
Еще более резкие формулировки употребил С.Васильченко в заключительном слове по обсуждаемому вопросу.
Заключительное слово С.Васильченко: «Скрыпник двумя ногами стоит на национализме, — безапелляционно заявил докладчик. — Прав Сандомирский (меньшевик, в принципе поддержавший идею создания Донецко-Криворожской Республики. — прим. автора) — что-то одно: либо социалистическая революция, либо вы погрязнете по колено в национализме. Скрыпник утверждает, что еще не изжиты национальные предрассудки. Однако Рада погибла под давлением сил вне Украины, и все-таки она погибла, и восстания в ее защиту не произошло. Если III Всерос. Съезд говорит о федерации национ. республик, то это не исключает объединения по экономическому (признаку)… Нам не нужны ни министерство иностранных дел, ни монетные дворы, нам нужна советская власть, исполнительница центральной власти Совета Народных Комиссаров».
«Донецкий пролетарий». 15 февраля 1918 г.
М.Скрыпник попробовал переломить ситуацию и внес на рассмотрение проект резолюции, которая, по его мнению, примиряла возникшие разногласия. В документе предлагалось: «IV областной съезд Советов рабочих депутатов Донецк. Бас. и Криворожского района постановляет: 1) Донецк. Бас. и Криворожск. район составляют автономную область южнорусской Украинской Республики как части Всероссийской Федерации Советских Республик».
Однако такая, в сущности, паллиативная позиция была решительно отброшена большинством принявших участие в дебатах, и М.Скрыпник сам снял свой проект резолюции, добавив, что «она (резолюция. — прим. автора) носила декларативный характер и не преследует цель дезорганизовать фракцию».
50 голосами был принят проект резолюции, внесенный С.Васильченко. В документе было зафиксировано:
По мере того, как в свободной федерации советских республик России с развитием социалистической революции средства производства будут обобществляться, главные отрасли промышленности национализироваться, отделение республик все больше будет и должно проводиться по принципу особенностей той или иной области в хозяйственно-экономическом отношении.
Донецкий и Криворожский бассейны как область, которая уже и сейчас имеет свое определенное экономическое хозяйственное лицо, должен иметь собственные органы экономического и политического самоуправления, единые органы власти, которые организуют в бассейне политический, экономический и культурный правопорядок Советской республики.
Согласно резолюции следовало избрать областной комитет Советов Донецко-Криворожской области, который, в свою очередь, должен был организовать Совет Народных Комиссаров Донецко-Криворожской Республики.
В областной комитет были избраны пять большевиков — С.Васильченко, М.Жаков, М.Тевелев, И.Варейкис, Андреев; один меньшевик — Рубинштейн; три эсера — Киричек, Ровенский, Макарьян. Кандидатами в члены обкома были также избраны Алексеев, Марк, Попов (все меньшевики) и Голубовский, Добровольский, Черный (все эсеры). Через день после окончания съезда Советов, 14 февраля (1 февраля по ст.ст.) 1918 г., областной комитет Советов сформировал Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов.
В состав областного Советского правительства вошли Ф.Сергеев (Артем) — председатель Совнаркома и комиссар по делам народного хозяйства и его единомышленники: С.Васильченко — народный комиссар внутренних дел, М.Жаков — комиссар по народному образованию, А.Каменский — комиссар по государственному контролю, Б.Магидов — народный комиссар труда, В.Межлаук — народный комиссар финансов, М.Рухимович — народный комиссар по военным делам, В.Филов — комиссар по судебным делам. В то же время областной комитет Советов вменил в обязанность областному Совнаркому претворять в жизнь декреты СНК Российской республики, а ЦИК Советов Украины постановил считать «органом, параллельным областному комитету».
Правда, здесь же было добавлено, что «советы Донецкого бассейна принимают участие в общем строительстве государственной жизни с советами всего юга России — Украины и Доно-Кубано-Терского района».
Артем и его соратники опубликовали воззвание от имени ДКР: «Всем! Всем! Всем! Киевское правительство Рады вторглось в пределы нашей Донецко-Криворожской Республики. Мы заявляем, что Киевское правительство не может ссылаться, завоевывая нашу республику германо-австрийскими штыками, ни на какие исторические и другие права, кроме права на завоевание».
Мнения о ДКР резко разнились на местах. Так Екатеринославский городской Совет высказался резко против образования ДКР, а районные советы поддержали инициативу. Юзовский и Бахмутский городские советы (Юзовка на то время уже имела статус города) также благосклонно отнеслись к новой республике.
Против раскола выступили те украинские большевики, которые стремились к созданию советской Украины на национальной основе, а не на экономической. За это донбасские товарищи обвинили их в сепаратизме, хотя руководители Украинской Социалистической Советской Республики, правительство которой тоже находилось в Харькове, ни от кого отделяться не собирались. Сейчас некоторые донецкие историки говорят о том, что самопровозглашенная республика была чуть ли не образцовой — частные банки не национализировались, открывались украинские школы, экономика начала восстанавливаться после разрухи. Харьковские историки считают это, мягко говоря, преувеличением.
Владимир Калиниченко, профессор, зав. кафедрой истории Украины ХНУ им. Каразина:
«Це авантюра, звичайнісінька авантюра більшовиків, ніякої не мала абсолютно основи. Єдина мета – відірвати промислові райони України від України. Промислові райони, себто південно-східні регіони України під маркою того, що пролетаріат не хоче, буцімто, Української держави, не хоче української мови, знать не хоче ніякої України. Ніхто не підтримував, крім самих більшовиків оцю ідею».
Образование независимой от Украины Донецко-Криворожской Республики было теоретической и практической ошибкой, порожденной не только непониманием путей национально-государственного строительства, но и амбициозностью организаторов республики. Вопреки решениям III Всероссийского съезда Советов, положившего в основу Советской Федерации объединение советских национальных республик, инициаторы Донецко-Криворожской Республики, в том числе делегаты этого съезда Ф.Сергеев и С.Васильченко, считали, что Российская Советская Республика должна быть федерацией экономически однородных областей, а не национальных советских республик.
Отделение от Украины промышленно развитой области ухудшало экономическое и военное положение республики, противоречило интересам всех прежде угнетаемых наций, в том числе украинцев, их извечному стремлению к образованию Украинского государства.
Областной съезд Советов постановил выделить Донецко-Криворожскую область в отдельную республику и для ее руководства избрал Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов во главе с Артемом (Ф.А. Сергеевым). Выделение крупнейшего промышленного и революционного района Украины в самостоятельную республику являлось искусственным.
История рабочих Донбасса т.1 / Кульчицкий С.В.- К.: Наукова думка, 1981. — с. 164–165.
Разделяя отношение «левых коммунистов» к Брестским переговорам, руководители Донецко-Криворожской Республики некоторое время успокаивали себя тем, что международные соглашения по поводу Украины, какими бы они ни были, кем бы ни подписывались, не распространяются на Донкривбасс. Однако австро-немецкое командование так не считало. Ориентируясь на государственные границы, определенные III и IV Универсалами Центральной Рады, австро-германские войска начали оккупацию восточных земель Украины. Но даже после этого Ф.Сергеев, С.Васильченко, М.Жаков, их единомышленники продолжали упрямо настаивать на своем. Они еще некоторое время игнорировали призывы Председателя Народного Секретариата Украины М.Скрыпника (на эту должность его назначили 4 марта 1918 г.) к объединению всех вооруженных сил южных советских республик (Украинской, Донецко-Криворожской, Донецкой, Крымской, Одесской), координации их действий для отпора захватчикам.
Анализируя позже отношения между ЦИК Советов Украины, Народным Секретариатом и Советом Народных Комиссаров Донецко-Криворожской Республики, В.Затонский отмечал: «…В этом и заключалась разница между народным секретариатом и группой тов. Артема в Харькове, екатеринославцами и нашими криводонбасцами, что последние старались оградить себя от «советской» Украины в своем Донбассе, а мы пытались образовать национальный украинский советский центр для всей Украины».
Совнарком РСФСР не признал Донецко-Криворожскую Республику ни самостоятельной республикой, ни частью Российской Федерации. А в телеграммах представителям СНК в Украине г.Орджоникидзе и В.Антонову-Овсиенко В.Ленин требовал сурового соблюдения суверенитета Советской Украины, невмешательства в деятельность ЦИК Советов Украины, тактичности в национальном вопросе, заботы об укреплении сотрудничества Украинской и Российской Советских республик.
Несколько месяцев, до вхождения ДКР в состав Украинской республики — 29 марта (15 марта по ст.ст.) 1918 г., и немного в составе Украины до германской оккупации в мае 1918 г., правительство действовало очень активно, хотя, конечно, его работу можно оценивать по-разному. К сожалению, деятельность ДКР практически не исследована. В республике была произведена территориальная реформа по экономическому признаку. Наркомат юстиции провел судебную реформу, введя единые формы судопроизводства. Главная роль отводилась экономической политике, проводившейся под лозунгом возрастания вмешательства государства во все сферы хозяйственной жизни. В первую очередь наркомату финансов (нарком — В.Межлаук) было поручено изыскать средства для экономических реформ правительства. Кстати ДКР не пошла по пути национализации частных банков. Наоборот, в конце марта там, где конфискации состоялись, деньги были возвращены. Но всевозможные налоги на крупных предпринимателей Совнарком накладывал постоянно. При этом правительство ДКР запрещало все самовольные налоги и конфискации. В.И. Ленину даже пришлось брать под защиту Антонова-Овсеенко, когда СНК ДРК попытался воспрепятствовать тому в экспроприации миллиона рублей у харьковских капиталистов.
Главным экономическим органом республики был Южный Областной Совет Народного Хозяйства (ЮОСНХ), деятельность которого абсолютно не изучена поныне. По тем временам он был одной из самых эффективных структур в России. В немалой степени этому способствовал первый глава ЮОСНХ горный инженер В. Бажанов. Поистине фантастически, что в условиях полного развала страны, он уже в марте имел во всех районах Донбасса своих координаторов. Совнархоз провел большую работу по исследованию технического состояния предприятий Донбасса, выявляя нерентабельные предприятия, национализировал ряд крупных монополий. Надо отметить, что на ряде шахт, которые взял под свой контроль Совнархоз, был отмечен даже рост производительности. ЮОСНХ также взял на себя контроль за распределением топлива и продовольствия. Созданное объединение Главсахар во главе с профессором П. Зуевым исследовало сахарные заводы, проделало большую работу по предотвращению разгрома посадок свеклы, ввело ряд льгот для частников. К слову, ЮОСНХ не только не препятствовал развитию частной розничной торговли, но и брал ее под защиту от самочинных действий местных Советов.
Всего в феврале — марте 1918 г. в Донбассе были национализированы предприятия почти ста различных акционерных обществ. Количество национализированных рудников в марте достигло 230, в их числе были рудники 16 акционерных обществ, входивших в «Углесоюз». Национализированная крупная промышленность Донбасса имела большое значение для развития народного хозяйства не только Украины, но и всей Советской страны: только девять больших металлургических заводов, национализированных в январе 1918 г., выплавляли около 80% чугуна и стали, производимых на юге России, а национализированные шахты Донбасса добывали 500 млн. пудов угля в год. В целом национализированные угольные предприятия давали около половины угля, добываемого в Донецком бассейне.
История рабочих Донбасса т.1 / Кульчицкий С.В.- К.: Наукова думка, 1981. — с. 165.
Решение социальных проблем в ДКР было возложено на комиссариат труда (нарком — Б. Магидов), который вошел самостоятельным отделом в ЮОСНХ. Этот наркомат ведал широким спектром вопросов: заключение коллективных договоров, установление минимума зарплаты, разбирательство трудовых конфликтов, социальное страхование, борьба с безработицей. По сути каждое из этих направлений деятельности — предмет особых исследований. Делами образования и культуры занимался комиссариат по народному просвещению (нарком — М. Жаков), который создал отделы народного образования при местных Советах. В марте наркомат запретил закрывать школы, ввел бесплатное образование для детей бедноты, открыл ряд учебных заведений для взрослых, курсы по ликвидации неграмотности, детсады, разработал программу по созданию детских летних лагерей. Следует отметить, что в ДКР принимались меры и по расширению обучения на украинском языке: в конце февраля было доложено об открытии украинских школ в республике, в Харькове была открыта украинская гимназия.
Но большая часть этих и других мероприятий была перечеркнута войной. После заключения в Бресте мирного договора между Германией и Центральной Радой немецкие войска двинулись на Восток. Поскольку ни одно из государств, в том числе и Украинская Народная Республика, не имела тогда четких границ, непонятно было, где же закончится поход германской армии. ДКР однозначно заявила, что «действие того пункта мирного договора, который касается Украины, естественно, не распространяется на Харьков и Донецкий бассейн». Но 29 марта МИД Германии дало понять России, что собирается вторгнуться в пределы Донбасса.
Делами обороны ДКР занимался военный наркомат во главе с М.Рухимовичем. По проблемам создания единой системы обороны южных республик в ДКР разгорелся тяжелый конфликт, повлекший за собой уход из правительства ряда наркомов. Еще 20 марта газета «Известия Юга» заявила: «Поскольку Украина отделилась от Советской России, — это ее дело. Мы за ней не идем… Надо на весь мир крикнуть, что донецкий пролетарий не считает себя входящим в Украинское государство».
И все же 7 апреля, когда бои с немцами велись уже у Харькова, СНК ДКР объявил свой протест: «Мы заявляем, что Киевское правительство не может ссылаться, завоевывая нашу Республику германо-австрийскими штыками, ни на какие исторические и другие права, кроме права на завоевание…» Но в ту же ночь немцы ворвались в Харьков. Правительство ДКР последним покидало столицу с отрядом из 300 бойцов. Когда немцы были уже на центральной улице, Артем отправил еще с вокзала эшелоны.
9 апреля Совнарком прибыл в Луганск, где провел ряд кадровых перестановок. Там же была предпринята попытка создать Донецкую армию. Благодаря действиям Донецких частей, немцы увязли в Донбассе на целый месяц. Но в конце апреля дончане отступили в соседнюю Донскую республику, с ними уходило и правительство ДКР.
Декларация о ближайших задачах Совета Народных Комиссаров Советской республики Донецкого и Криворожского бассейнов.
14 февраля 1918 г.
По постановлению IV областного съезда Советов рабочих и солдатских депутатов Донецкого и Криворожского бассейнов областным комитетом 14 февраля образован Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов.
Совет составлен, впредь до замещения еще нескольких постов, из 8 человек.
Приступая к выполнению возложенных на нас съездом обязанностей, мы, назначаемые в Совет Донецкой республики в «качестве комиссаров, посредством настоящего считаем своим долгом сказать пролетариату и бедноте Донецкого и Криворожского бассейнов о том, как мы определяем задачи, осуществление которых преследовалось созданием Совета Народных Комиссаров в Донецком и Криворожском бассейнах.
Эти задачи для нас сводятся к следующему:
1. Укрепление власти рабоче-крестьянского правительства России. Активное участие в том социалистическом творчестве, к которому неизбежно идет углубляющаяся революция. Проведение в жизнь постановлений, декретов и распоряжений Советов Народных Комиссаров федеративной социалистической республики Советов в России.
2. Установление революционного правопорядка в Советской республике Донецкого и Криворожского бассейнов. Установление организованной планомерности в экономической и хозяйственной жизни. Организация, развитие и подъем народного просвещения и культуры, приспособляющих ее к социалистической жизни общества.
Понимая, таким образом, свои задачи, Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов при содействии всех местных рабоче-крестьянских революционных органов власти и управления незамедлительно приступит к осуществлению следующих мероприятий, направленных к осуществлению намеченных выше целей.
а) В ОБЛАСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ
Совет Народных Комиссаров приложит все силы к осуществлению перехода рудничных предприятий и земельных недр области в собственность Советской Республики России.
Совет Народных Комиссаров установит ежегодные отпуска для работающих в рудниках и при рудниках рабочих и служащих, введя в то же время трудовую повинность для праздных элементов общества.
Совет Народных Комиссаров произведет отчуждение в собственность Советов крупных домовладений, приняв в то же время меры к тому, чтобы была смягчена, а по возможности и устранена жилищная «ужда горнозаводского пролетариата и городской бедноты.
Совет Народных Комиссаров проведет в Донецком бассейне и Криворожском переход земли в руки трудящихся.
б) В ОБЛАСТИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ
Совет Народных Комиссаров примет меры к тому, чтобы власть фактически всюду в области перешла в руки Советов.
Совет Народных Комиссаров организует Народные демократические суды, упразднит остатки бюрократических и буржуазных учреждений, способствующих угнетению пролетарской и крестьянской бедноты, переложит налоги на имущие слои населения. Совет Комиссаров гарантирует заступничество власти и закона рабочим. беднякам и солдатам перед всякой возможной попыткой нового их угнетения и порабощения капиталом.
Совет установит начала рабоче-крестьянского правопорядка во всех отношениях правосудия и управления, предоставив широкую инициативу в их отправлении самодеятельности самих трудящихся и эксплуатируемых масс народа.
в) В ОБЛАСТИ КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬНОЙ
Совет Народных Комиссаров, возлагая главную работу по народному просвещению на рабочие культурно-просветительные организации, приступит к учреждению Советов народного образования, к широкой постановке внешкольного образования и дошкольного воспитания и, в первую очередь, к созданию обширных колоний для детей трудовой бедноты, к введению всеобщего бесплатного обучения и переустройства школы на началах однотипности трудового принципа самоуправления учащихся и политехнического образования.
Не предрешая дальнейшего расширения задач своей деятельности, Совет Народных Комиссаров Донецкого и Криворожского бассейнов будет идти с трудовым и эксплуатируемым народом по пути к полному осуществлению социализма.
Подписали: председатель Совета Народных Комиссаров Артем (Сергеев).
Комиссар народного хозяйства Артем (Сергеев).
Комиссар по делам управления .С. Васильченко.
Комиссар по судебным делам В. Филатов.
Комиссар финансов Межлаук.
Военный комиссар Рухимович.
Государственный контроль Каменский.
Комиссар труда Б. Магидов.
Комиссар просвещения — секретарь Совета С. Жаков.
«Известия Юга» № 5, 19 февраля 1918 г.
Источник: Борьба за всласть советов в Донбассе. Сталино 1957. с. 297-299
Приложение к семинару 5
1.К вопросу «особенности оккупационного режима на Донбассе»
Начало оккупации
Трагедией для  народа стала немецко-фашистская оккупация. В Донецкой области она продолжалась  с конца октября 1941 г.  до начала сентября 1943 г. 
Обстановка на юге  страны с каждым днем обострялась. Оборонявшие нашу область части 187-й, 12-й,  9-й армий, 383-й шахтерской стрелковой дивизии вынуждены были отступить под  натиском превосходящих сил противника. Вместе с ними отступали тысячи народных  ополченцев, 33 истребительных батальона и 19 партизанских отрядов, защищавших  Донбасс. После ожесточенных боев в конце октября 1941 г. были оставлены  города Сталино, Макеевка, Горловка, Красноармейск, Славянск. К началу ноября  противник занял центральную и юго-восточную часть области и вышел к рекам  Северский Донец и Миус. Оккупированная территория была включена в так  называемую «военную зону», подчиненную непосредственно немецкому военному командованию.
Оккупация Сталино. В Сталино немецкие и итальянские войска вошли утром 21 октября 1941 года, сломив сопротивление 12 и 18-й армий Южного фронта, осуществлявших оборону города. До этого в начале октября 18-я армия попала в окружение у поселка Черниговка (Запорожская область) и понесла тяжелые потери: свыше 100 тысяч солдат и офицеров были взяты в плен, 212 танков и 672 артиллерийских орудия – уничтожены. Из окружения вышли лишь около 30 тысяч человек.
Практически сразу же после захвата Сталино, быстро переименованного обратно в Юзовку, немцы начали восстановление предприятий города, разрушенных в ходе боев и эвакуации. В своих планах немецкое командование готовило Донбассу роль «восточного Рура» для «тысячелетнего рейха», а потому к восстановительным мероприятиям немцы подошли со всей своей педантичностью. Уже в ноябре вновь заработала частично разрушенная электростанция, благодаря чему в городе было возобновлено освещение учреждений и работа водопроводной сети. В феврале 1942 года были восстановлены шахты «Ново-Мушкетово», 12 «Наклонная», «Бутовка», 5 бис «Трудовская», 1-2 «Смолянка», 4 «Ливенка», 1 «Щегловка» и другие.
Однако в Сталино немцы занимались далеко не одними лишь восстановительными работами. На территории города усилиями оккупантов было создано три концентрационных лагеря, где впоследствии погибли 92 тысячи человек. В место казни и братскую могилу был превращен шурф шахты 4-4 бис «Калиновка» – здесь в ночь на 1 мая 1942 года гитлеровцы жестоко расправились с пятью тысячами обитателей еврейского гетто в Белом карьере. Сбрасывали в ствол шахты жителей и других городов Донецкой области, а всего в шурфе было похоронено не менее 75 тысяч человек.
  Тяжелые условия  оккупационного режима усугублялись большой подвижностью фронта в  районе Донбасса. На его линии от Славянска до  Азовского моря было сосредоточено огромное количество немецких войск, полевой  жандармерии и органов контрразведки.
  Все жители городов  и рабочих поселков, начиная с 10-летнего возраста, были обязаны регистрироваться  на бирже труда и носить нарукавную повязку с определенным номером. За  нарушение этого требования полагался расстрел. На предприятиях был введен 14-16  часовой рабочий день. Работы выполнялись под постоянным надзором солдат и  полицейских. В ходе работ часто применялись телесные наказания.
  Экономика региона  сразу привлекла к себе внимание таких крупных немецких фирм, как «Крупп»,  «Сименс», «Оппель» и других. Для эксплуатации шахт и заводов было создано  горно-металлургическое общество «Восток». За восстановление шахт отвечала  специальная организация «Берг Хютте-Ост». Гитлер требовал скорейшего включения  экономики Донбасса в военное производство. Планировалось, что уже в 1943 г. бассейн должен был  дать 1 млн., а в 1944 г.  — 2 млн. тонн металла.
  Под выполнение этой  программы необходимо было наладить добычу угля. Однако несмотря на то, что к  ноябрю 1942 г.  было восстановлено 40 угольных шахт, оккупанты получили с них всего 2,3  процента угля довоенной добычи за тот же период. В связи с этим нужды немецкой  армии удовлетворялись за счет угля, привозимого из Польши и других стран.  Не удалось немцам  организовать и производство металла на предприятиях нашей области.
Нет  равных в мире донбасским огнеупорным глинам. Их добывают в  Доброполье, Часов Яре, Дружковке. Когда осенью 1941-го немцы заняли Донбасс, то  первым делом взялись не за добычу угля или производство металла, а принялись  копать и вывозить в Германию глину.
Село в условиях немецкой оккупации
Сельскому хозяйству Донецкой области, как и другим отраслям, был причинен  огромный ущерб. Были уничтожены все МТС, совхозы, разграблены колхозы,  индивидуальные хозяйства. У населения оккупантами было забрано 83 тыс. голов  скота, 10 млн. штук птицы, 1269 центнеров зерна.
  Была введена  военно-оккупационная система управления. Область вошла в так называемую  «военную зону», подчиненную непосредственно военному командованию. На сельских  жителей были наложены огромные налоги: 750 л молока от коровы, 150 штук яиц от двора и  многое другое. Колхозы были реорганизованы в общины, сельхозпродукция которых  забиралась оккупантами. Однако им не удалось наладить сельскохозяйственное  производство. Крестьяне саботировали указания комендантов. Посевные площади  сокращались. Так, в 1943 году было под посевом всего 574 тыс. га, 1/3 посевов  1940 года. Севообороты были уничтожены. Почва обрабатывалась плохо, что вело к  снижению урожайности. Если в 1940 году средний урожай зерновых достиг 13 ц, то  в 1943 году — лишь 4,7 ц. Валовой сбор зерна в 1943 году составил всего 14%  сбора предвоенного года.
  Огромный ущерб был  причинен животноводству. Например, после изгнания оккупантов в области осталось  всего 94 тыс. коров. Причем в колхозах и совхозах их сохранилось всего 2,7  тыс. голов, или 3,8% их довоенного поголовья.
Особенно значительный ущерб был  причинен колхозам северных районов области. Так, к моменту освобождения во  всех колхозах Славянского района сохранилось всего 5 голов скота,  Константиновского — 80, Артемовского — 103.
  Следует отметить  ущерб численности населения области. За 12 месяцев оккупанты уничтожили в  области 279 тыс. человек, угнали в Германию 200 тыс. жителей. К моменту  освобождения было учтено 1506 тыс. человек, то есть 48,8% довоенной  численности, в том числе сельского населения 559 тыс. человек. Причем  наполовину сократилась численность мужчин. В сельской местности в возрасте от  16 до 55 лет их имелось всего 60 тыс. человек. Понятно, что вся тяжесть  восстановления сельского хозяйства легла на женщин.
ВОЙНА, КОТОРОЙ МЫ НЕ ЗНАЕМ. ВО ВРЕМЯ ОККУПАЦИИ В ДОНБАССЕ МАССОВО ЗАПРЕЩАЛИ РУССКИЙ ЯЗЫК
Живет в селе под Славянском историк-краевед Александр Добровольский. Человек, который добрую половину своей жизни провел в раскопках архивов, и в основном  - архивов бывшего КГБ СССР. В поле зрения «МК-Донбасс» Александр Добровольский попал после истории с попыткой установить в Краматорске памятной доски в честь бургомистра города в 1941-1943 годах Владимира Шопена. Мы хотели продолжения темы, а получили увлекательнейший рассказ о немецкой оккупации Донбасса.
ЧИТАТЬ И ПИСАТЬ УЧИЛИ И ПРИ НЕМЦАХ
- Александр, чем закончилась в Краматорске история с обращением украинско-немецкого общества «Возрождение» с просьбой увековечить память Владимира Шопена, бургомистра города времен оккупации?
- Все закончилось просто и быстро. Заседание профильной комиссии горсовета Краматорска было, но представитель немецко-украинского общества «Возрождение» Гопченко на него не пришел. Как выяснилось, когда Гопченко готовил представление на увековечивание памяти «немецкого» бургомистра, он просто не знал всего того, что вдруг опубликовали газеты о делах Шопена-Шопина. Об арестах, участии в допросах, расстрелах….
- Я так понимаю, ты много занимался историей того времени. Как же жили Славянск, Краматорск под оккупацией?
- Сложно жили. Оккупанты исполняли известную доктрину по уничтожению коренного населения. Немцы ненавидели эту страну, они шли ее завоевывать. Но при этом как-то жить людям давали, и те кое-как выживали. Была широкая сеть кооперативов. В том же Славянске потерявшие работу учителя создали сельский кооператив. У них был участок по разработке леса, сапожная и столярная мастерские, столовая, буфет и магазин. В 1942 году двухразовое питание в столовой значило очень много! Такие же учительские кооперативы работали и в Горловке, Мариуполе.…
- А что детей на оккупированной территории совсем не учили?
-  Да нет, учили. Немцы понизили уровень образования, переведя большинство школ на начальный, четырехлетний уровень обучения. Но при этом в те годы в Краматорске работали 22 четырехклассные школы и 2 десятилетки. В Славянске и районе работало 52 таких же начальных школы и сельскохозяйственное училище. В Волновахском районе работало 47 начальных школ - и этот список можно продолжать. Например, точно известно, что в Краматорске и Славянске во время немецкой оккупации было издано 4 учебника тиражами до 3000 экземпляров. Это были «Книги для чтения» первой, второй, третьей и четвертых ступеней и букварь. Одна такая книга у меня есть, и я могу показать ее оригинал. Сохранилась она чудом: ее приобщили к послевоенному делу одного из руководителей народного образования, Ковалевского. Он повесился на следствии в НКВД, а дело осталось. И экземпляр книги в нем - как образец «украинской националистической пропаганды» тоже остался.
ДОНБАСС В 1941 - ВСЯ ВЛАСТЬ ОУН?
- Учебники разве на украинском языке были?
- Да, все на украинском. И школы в Краматорске тоже все были украинскими. И в Славянском, и в других районах - та же история…
- Почему так?
- Ну, это, можно сказать, эксклюзив! Об этом не говорят, но сохранились документы тех лет, показывающие, что местные управы, располагавшиеся на территориях с преобладанием украинского населения, массово принимали приказы о запрете русского языка. К примеру, русский язык был запрещен к употреблению в сельском Добропольском районе, Славянском районе (город Славянск все же остался русско-украинским), Константиновском и Ольгинском районах. Русский язык был запрещен решением местных управ в Волновахском и Авдеевском районах. Более того, в Авдеевке в связи с сильными позициями в городе коммунистов и русских было принято отдельное решение отдать все руководящие посты немцам-колонистам и этническим украинцам. Русское руководство в городских управах было только в самом Сталино, Ясиноватой и районе и нескольких небольших населенных пунктах, граничащих с Ростовской областью…
- Вы хотите сказать, что в наших краях жило много «местных» немцев?
- Немцев осталось мало. Их в начале войны по известному указу Сталина выселяли и ссылали подальше от линии фронта. Но какое-то количество немцев-колонистов спряталось и выжило. Например, известно, что в Селидово была школа, готовившая немецких подростков к службе в СС.
- И гражданскую власть в области возглавлял такой немец?
- Да, Эйхман. Его дело, насчитывающее 17 томов, тоже хранится в архиве областного управления СБУ. До войны он руководил передовым колхозом в Запорожской области. Правда, при оккупации он показал себя не только как умелый хозяйственник, но и как известный каратель. Нужно сказать, что в степном Донбассе немцы не столкнулись с развернутым партизанским движением. У нас были диверсионные группы, которые действовали в районах Сталино, Красного Лимана.… Да и вообще, об обстановке, с которой тут столкнулись немцы, тоже стоит сказать. Сталино бурно развивалось уже после войны, а до нее было обычным провинциальным городом. А вокруг бушевала совсем другая стихия: было большое количество бывших махновцев, петлюровцев, всевозможных ссыльных, недобитых белых. На стройках первых пятилеток,  развернувшихся в наших края, можно было довольно просто затеряться. Тут было не до тщательных проверок паспортов: приехал - бери кайло и иди работать! Сюда массово ехали  все, кто хотел спрятаться от властей из Полтавщины, Днепропетровщины, Запорожской области… До 1940 года Донбасс многих спас от лагерей.
- Эти люди явно не очень любили советскую власть…
- Да. Встречались самые невероятные личности! В Мариуполе до войны дворником работал министр правительства УНР времен Петлюры Николай Стасюк. Когда пришли немцы, он объявился. Для немцев министр Петлюры был находкой. Он возглавил народное образование, издавал газету, написал книгу «На грани безумия»» и частично ее напечатал в своей газете и, что интересно, потом остался в живых. В списках арестованных в 1944 году изменников Родины его фамилии нет.
Заместителем бургомистра Константиновки был член повстанческого комитета Полтавщины времен Гражданской войны Кирпенко, которого в 1921 году не расстреляли только потому, что ему до 18 лет не хватило года. В 1942 году он тут организовывал оуновское подполье.
Сохранилась листовка немецкого военного коменданта Макеевки, в которой тот представляет новую городскую управу города. Первые четыре фамилии, вся верхушка, после войны осуждены как украинские националисты. Нельзя не вспомнить имя  Евгения Стахива, одного из трех руководителей областного провода ОУН в Донбассе. Существует легенда, что Александр Фадеев вывел его в своей книге «Молодая гвардия» под фамилией Стахович. Правда заключается в том, что базой Стахива была Юзовка, Мариуполь, Краматорск и Горловка. Стахович жив и до сих пор здравствует в Нью-Джерси. Ему пошел 92 год…
НЕМЦЫ ЛЮТОВАЛИ, КОГДА ФРОНТ УХОДИЛ НА ВОСТОК
- Режим оккупации в наших краях был мягче, жестче?
- Он имел свою специфику.  Немцы лютовали в наших краях всего месяцев семь. Где-то с июля 1942 года, когда они пошли отсюда на Сталинград и Ростов по февраль 1943 года, когда сюда впервые прорвались части Красной Армии и заняли Северный Донбасс. Все остальное время здесь была военная прифронтовая зона с армейской властью и не было оккупационной гражданской власти как, на той же Полтавщине и в Центральной Украине. Массовые репрессии не могли толком развернуться, потому что фронт постоянно «гулял».
Военные немецкие власти смотрели на все под своим прицелом - было бы все относительно спокойно. Против советского подполья, оуновцев, которых здесь было множество, работал только Абвер и немногочисленные отделения Гестапо. И если в начале оккупации было много случаев, когда украинское сельское население, озлобленное коллективизацией и прочими советскими «прелестями», сдавала немцам коммунистов, то позже было довольно много фактов сотрудничества местных ячеек ОУН и советского подполья. Плотно они сотрудничали в Волновахе, Славянске, Мариуполе…
- Как это было?
- В Мариуполе они практически создали общий штаб. Украинские националисты помогали подполью документами, легализацией, те делились оружием. И, главное, они не «сдавали» друг друга. А когда местный начальник криминальной полиции Бордичевский (кстати, тоже украинец с Кубани) начал уничтожать и тех, и других, появилась ситуативная общая цель. Уже в 1945 году на допросах в НКВД одна из участниц оуновского подполья Безпалько показывала, что их организация взяла на себя уничтожение Бордичевского. Боевики должны были прибыть из Днепропетровска, но за день до их прибытия местная ячейка была раскрыта и арестована. Именно поэтому в советское время не было серьезных исследований мариупольского подполья времен войны - слишком взрывоопасная тема.
- Если ОУН ставило своих людей на городские управы, то, значит, в городских полициях были тоже они? Со всеми вытекающими отсюда последствиями…
- Нужно разделять городскую полицию и такие органы, как гестапо и зондеркоманды.  Хотя по советским законам и на полиции грехов было выше крыши.
- А я слышал, что заместителем командира зондеркоманды, повинной в массовых расстрелах, был тоже какой-то украинский националист…
- Да. Это зондеркоманда СС 10-а, которая участвовала в расстреле 9000 евреев в Мариуполе. Командовал ею немец, а заместителем его был этнический немец с Галичины, в прошлом офицер Украинской Галицкой Армии Юрьев (Юргенсен). По словам Стахива, он был членом ОУН(м) – так называемого «мельниковского» крыла в ОУН, активно сотрудничавшего с немцами. Кстати, Стахив рассказывает, что еще 15 лет назад встречал в США живого Юргенсена. Тот умер в середине девяностых. Что интересно, правительство Советского Союза никогда не требовало выдачи Юргенсена как военного преступника. Равно как никогда не требовало выдачи из Канады Владимира Шопина, с которого начался наш разговор. Шопин работал на хорошем посту в крупной фирме в Монреале и умер в начале 80-х. В холодной войне были хороши все средства, а люди типа Шопина были идеальными объектами для вербовки. Компромат на них у органов нашей госбезопасности был железный. Тот же Шопин в бытность бургомистром Краматорска «отличился» не только уничтожением коммунистов, но и арестами и ликвидацией членов ОУН. А краматорское общество общество «Просвiтa” им было в полном составе сдано в горловское СД.  Одна из последних жертв Шопина - Федор Руденко - умер 15 марта 2010 года в возрасте 89 лет в Краматорске. Он отсидел в немецком гестапо с апреля по сентябрь 1943 года, а потом  с 1944 по 1955 годы провел 10 лет в лагерях на Колыме.
Дмитрий ДУРНЕВ
2.К вопросу «Освобождение Украины и Донбасса в 1943-1944гг»
Донба́сская опера́ция (29 сентября — 4 ноября 1941 года) — оборонительная операция на территории Донбасса во время Великой Отечественной войны. К концу сентября 1941 подступы к Донбассу обороняли: Юго-Западный фронт (Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко): 6-я армия ; Южный фронт (генерал-лейтенант Д. И. Рябышев, с 5 октября генерал-полковник Я. Т. Черевиченко): 12-я армия (СССР) (Генерал-майор И. В. Галанин), 18-я армия (СССР) (Ген.-лейт А. К. Смирнов), 9-я армия (СССР). Наступащие силы состояли из войска группы армий «Юг»: 17-я армия (Штюльпнагель). 1-я танковая группа (Клейст), часть 11-й армии (Манштейн). основные силы 3-й румынской армии. Превосходство противника над советскими войсками было: в живой силе и авиации — в 2 раза в орудиях и миномётах — в 3 раза.
После разгрома  немецких войск на Курской дуге советское командование сосредоточило  необходимые силы для освобождения Донбасса. Эта задача была поручена Южному  фронту (командующий — генерал Ф. И. Толбухин), в составе которого действовало  5 армий, и Юго-Западному фронту (командующий — генерал Р. Я. Малиновский), состоявшему  из 6 общевойсковых армий.  18 августа 1943 г. перешли в  наступление войска Южного фронта. В первый же день наступления 5-я ударная  армия под командованием генерала В. Д. Цветаева форсировала Миус.  Ожесточенные бои разгорелись за Саур-Могилу, являвшуюся стратегически важным  участком немецких войск. Прорвавшись и захватив его, 17 гвардейцев во главе с  младшим лейтенантом Шевченко оборонялись насмерть. В честь подвига воинов-освободителей  на Саур-Могиле сооружен величественный монумент. Для поддержки наступающей  Советской Армии Штаб партизанского движения при Военном Совете Южного фронта в  мае-июне 1943 г.  направил в тыл врага 17 диверсионно-организационных групп в составе 78 человек.
  Потерпев поражение  на Северском Донце и Миусе, гитлеровские войска пытались закрепиться на рубеже  Славянск — Никитовка — Горловка — Харцызск и далее по реке Кальмиус. Однако  это им не удалось. В результате продолжавшегося наступления 51-я армия 3  сентября освободила стратегически важный железнодорожный узел и город  Дебальцево, а 5-я ударная армия — Енакиево. 4 сентября части 51-й армии выбили  немцев из Никитовки. Одновременно с наступлением на Горловку войска 5-й ударной  армии вели бои за Макеевку. 6 сентября город был освобожден.  Успешно развивалось  наступление и войск Юго-Западного фронта. Они овладели Славянском, Константиновной,  Краматорском, Артемовском и быстро продвигались на Красноармейск. Одновременно  войска Южного фронта завязали бои за освобождение города Сталино.
Освобождение и восстановление города. Бои за освобождение Сталино начались 7 сентября 1943 года после того, как солдаты 301-й и 50-й стрелковых дивизий преодолели оборону противника за поселком Щегловка. Полностью город был освобожден уже в первой половине следующего дня, 8 сентября. Удары по вражеским войскам были одновременно нанесены с севера и юга (силами 50-й стрелковой дивизии), а позже по восстановленным мостам через Кальмиус в Сталино вошли танковые войска. Каждый год 8 сентября, в день, когда был освобожден город Сталино, отмечается День освобождения Донбасса. После того как немецкие войска были выбиты из города, Сталино предстал перед своими освободителями почти полностью разрушенным. И хотя на окраинах еще оставались нетронутыми целые кварталы, заводы и центр города лежали в сплошных руинах. Активное восстановление промышленности Сталино началось в первые послевоенные годы, и уже к 1950-му город вышел на довоенный уровень промышленного производства. Угольная, металлургическая и химическая промышленность была полностью реконструирована и расширена, в городе стали появляться новые предприятия, работающие в сфере пищевой и легкой промышленности.
К 14 сентября была полностью освобождена от оккупантов вся область.  В ее освобождении активную помощь оказывали 43 партизанских отряда и группы. За участие в боях  за освобождение Донбасса 80 офицеров и солдат получили звание Героя Советского  Союза, тысячи были награждены орденами и медалями, 23 воинским частям присвоено  наименование городов области, которые они освободили.
ОУН на донецкой земле в период немецко-фашистской оккупации региона
В сентябре 1943 г. победоносная Красная Армия освободила регион от гитлеровцев и их приспешников – карателей-полицаев, старост, бургомистров, пропагандистов фашистских газет и прочих изменников Родины, внедрявших человеконенавистнический "новый порядок". Среди этих лиц, которых заклеймила презрением и позором сама история, были и украинские националисты, которых власти нынешней "оранжевой" Украины стремятся представить истинными героями-освободителями, едва ли не победителями Второй мировой войны. О них и пойдет речь в настоящем историческом очерке. В условиях происходящей фашизации украинского общества и преднамеренного забвения событий Великой Отечественной войны, тем более, накануне годовщины освобождения Донбасса, нелишним будет напомнить, чем занимались украинские националисты в период немецко-фашистской оккупации региона, тем более что большинство донбассовцев почти ничего не знает о деятельности структур ОУН на донецкой земле. В настоящем очерке автор хотел бы поднять вопрос о бандеризации Донбасса – прошлой и нынешней, чтобы побудить читателей извлечь правильные уроки из нашей недавней истории. Основными источниками послужила изданная до сего времени литература о бандеровском подполье в Донбассе, а также многочисленные документы из Государственного Архива Донецкой области и бывшего Партийного архива Донецкого обкома КПСС. Вкратце проанализировав все эти материалы, автор хотел бы еще раз поднять уже давно наболевший для многих вопрос: кого мы должны помнить? Своих дедов и прадедов, ветеранов Великой Отечественной войны, или террористов ОУН – УПА, бывших нацистских пособников? Постараемся ответить на этот вопрос, вкратце углубившись в историю националистической "украинизации" Донбасса.
Пропагандистские выставки СБУ: мифы и реалии
Тотальная фальсификация истории Великой Отечественной войны, забвение подвига советских солдат – освободителей и героизация нацистских пособников ОУН – УПА уже ни для кого не секрет в "оранжевой" Украине. Причем националистические мифы создают не только во Львове и Киеве, но при помощи админресурса экспортируются в русскоязычные регионы Юго – Востока, чтобы навязать на местах бандеровские псевдо ценности. Гуманитарная колонизация Донецкого края посредством фальсификации истории наглядно проявляется в попытках националистических идеологов привить региону культ ОУН – УПА, представить общественности псевдонаучные обоснования сопричастности донбасского населения к антисоветскому бандеровскому движению. Разумеется, что гуманитарная "украинизация" Донбасса не ограничивается одной лишь бандеровской темой, предпринимаются спекуляции и на других страницах истории Донбасса, что происходит в общей связи с радикальным пересмотром российско-украинских отношений во всей их ретроспективе. Однако именно период ХХ века привлекает особое внимание фальсификаторов, ибо позволяет, во-первых, повлиять на сознание донбасской общественности, сформированное в существующем виде за десятилетия советского прошлого; во-вторых, акцентирование на периоде ХХ века и особенно эпохе Великой Отечественной войны позволяет увязать историю Донбасса с историей ОУН – УПА, поскольку других временных соприкосновений с украинским национализмом Донецкий край не имеет.
Тем не менее, националистические пропагандисты (при помощи солидарных с ними оппортунистов) пытаются во что бы то ни стало сделать бандеровским, хотя бы частично взрастить в регионе пробандеровскую псевдо элиту, которая может быть использована в качестве политической "пятой колонны". Подобные структуры, прославляющие ОУН – УПА, пропагандирующие правый экстремизм и русофобию, в Донецкой области уже существуют, однако на маргинальном уровне. Но и этого оказалось достаточно, чтобы 28 апреля 2009 г. сессия Донецкого областного совета вынуждена была создать специальную депутатскую комиссию по расследованию проявлений фашизма в Донбассе. Однако националистические маргиналы продолжают действовать в регионе и проводить колонизацию края, в том числе тиражировать псевдо-исторические мифологемы.
Традиционное неприятие Донбассом коллаборационистов ОУН – УПА заставило "оранжевых" резко активизировать навязывание населению националистических мифологем за последние годы. Наиболее ярко это проявилось в приезде в Донецк пропагандистской выставки СБУ "УПА: История непокоренных", что проходила в феврале 2008 г. в областной библиотеке им. Крупской. (В мае с.г. данная выставка прошла в здании Донецкого СБУ, но на этот раз без привязки к теме бандеровских резидентов в Донбассе). На указанной выставке впервые были обнародованы документы из архивов СБУ, доказывающие факт наличия в регионе Донбасса подполья ОУН Бандеры – в основном это были материалы уголовных дел нескольких националистических активистов. Прочитать эти документы смогли лишь немногочисленные посетители выставки, никакой научной публикации данных материалов не состоялось, зато сам факт их приобщения к выставке дал повод националистическим силам заявить о том, что Донбасс, дескать, тоже являлся базой "национально-освободительного движения". При этом содержание пресловутых "рассекреченных документов" относительно движения ОУН в Донбассе так и не было предано гласности. Иными словами, громко заявив о "доказательствах" бандеровского движения на Донецкой земле, националисты удовольствовались политическим шумом вокруг сего заявления, умолчав, однако же, сами "доказательства" и снова упрятав их "под сукно". Причину понять нетрудно – ведь материалы об украинских националистах из архива Управления СБУ в Донецкой области являются документами бывшего Управления НКГБ по Сталинской области Украинской ССР и, следовательно, должны представлять собой материалы уголовных дел бандеровцев, с протоколами их допросов и показаний, возможно с копиями судебных приговоров, а также общие данные об агентурной разработке НКГБ бандеровских активистов. Речь в этих документах должна идти о преступлениях резидентов ОУН в Донбассе, т.е. ничего утешительного для популяризации в регионе бандеровской темы обнародование этих данных в принципе дать не может.
В доказательство сошлемся на некоторые сведения, почерпнутые из документов Государственного Архива Донецкой области (ГАДО). Так, в Актах Сталинской областной чрезвычайной государственной комиссии "о зверствах и злодеяниях немецко-фашистских захватчиков в городах и селах Горловского района" читаем об одном активисте ОУН: "Торонескуль Петр Васильевич, работал преподавателем в Горловке, украинский националист. С приходом немецких оккупантов добровольно поступил на службу в СД, занимался вербовкой агентуры, через которую выявлял скрывающихся коммунистов, партизан и советских граждан, проводящих работу против немецких властей. Он также был тесно связан с организацией украинских националистов. Следственное дело на него было отправлено в УНКГБ" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 43, л. 21 а об.). Как видим, указанный оуновец был причастен к преступлениям нацистских оккупантов, а его дело было передано в областное управление НКГБ – следовательно, должно храниться в архиве Донецкого облуправления СБУ. В том же документе читаем ещё одну "боевую биографию": "Гуляев Сергей Андреевич, добровольно поступил в полицию, а потом добровольцем в украинский отряд, и за хорошую работу был выдвинут командиром взвода полиции. Работая в полиции, Гуляев занимался арестами и избиением советских граждан. В июне 1942 года он был направлен для подготовки и переброски в тыл Красной Армии по выполнению задания немецкого командования. Следственное дело закончено и передано в УНКГБ" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 43, л. 21 а об.). Дело С.А.Гуляева также должно храниться в архиве Донецкого СБУ. Вот только будут ли "оранжевые" апологеты ОУН – УПА заинтересованы в обнародовании этих дел? Пусть "украинский доброволец" пан Гуляев не был прямо связан с ОУН, но вот оуновский резидент пан Торонескуль может стать весьма колоритным представителем "национально-освободительного движения" Донбасса. Кстати, заметим, что в Горловке, где орудовали означенные Торонескуль и Гуляев, находился областной провод ОУН Бандеры, - не правда ли, весьма интересное совпадение?
Нацистско-националистическая "украинизация" Донбасса: украинские театры, "Просвиты", школы и церковь
В добавление к выше изложенному братим внимание еще на один немаловажный аспект – выше указанная выставка СБУ в Донецке 19-27 февраля 2008 г. должна была продемонстрировать донбасской общественности, что местное подполье ОУН Бандеры вело борьбу против гитлеровских оккупантов, и для этого "оранжевые" пропагандисты противопоставили друг другу украинский национализм и германский фашизм. Аналогично необандеровцы поступают и на всеукраинском уровне, изображая ОУН – УПА "национально-освободительным движением", направленном против гитлеризма и сталинизма, якобы антифашистским по своей сущности. Однако же сами немецко-фашистские оккупанты в Донбассе нисколько не отмежевывались от украинского национализма как такового, даже наоборот, его всячески поощряли, проводя насильственную "украинизацию" региона при помощи националистических же кадров. Так, в Сталинской области издавался ряд газет на украинском языке, в которых наряду с приказами немецкого командования и местных властей помещались материалы националистического содержания. В этих информациях, статьях и т.д. не было прямой агитации ОУН Бандеры или ОУН Мельника, это была, если применить такой термин, "оккупационная версия украинского национализма", однако несомненно, что она развивалась не без помощи бандеровцев и мельниковцев, внедрявшихся в оккупационные органы по приказу своего руководства. При этом характерно, что "оккупационный украинский национализм" пропагандировала в том числе и русскоязычная газета "Донецкий вестник", которая выходила тиражами в несколько десятков тысяч экземпляров, чтобы препарировать приказы немецких властей и постулаты "оккупационного национализма" для русского и русскоязычного населения Донбасса. Аналогичные функции выполняли открытые немцами "украинские театры" и различные "культурные учреждения" вроде "Просвит", в которых коллаборационисты прославляли "новый порядок" и обосновывали необходимость "украинско-немецкой дружбы".
"Культурная жизнь" в оккупационном "украинском Донбассе" - это вообще тема особая. Сейчас много пишут об открытых гитлеровцами украинских театрах и школах, о религиозном возрождении и т.д. Позволим себе вкратце осветить этот аспект и мы. К примеру, вот что писал "Донецкий вестник" 4 декабря 1941 г. о расцвете театральной жизни Донбасса: "Большим содержательным концертом для офицеров и рядового состава юзовского гарнизона, состоявшимся 30 ноября, начал свою деятельность Юзовский украинский музыкально-драматический театр. ...Надо отдать должное художественному руководству театра, прекрасно организовавшему концерт". И подобных "культурных" мероприятий творческие деятели Юзовского театра провели немало. Например, в приказе заместителя директора означенного театра некоего пана Кипятенко от 10 марта 1942 г. читаем: "Согласно распоряжению командования всем артистам явиться 14/3-42 г. к 9 часам утра в Музыкально-Драматический театр для отправки по обслуживанию Германской Армии" (ГАДО, ф. Р-1580, оп. 1, д. 6, л.34). Кстати, "обслуживание Германской Армии" посредством театров в оккупационном Донбассе происходило по-разному. Вот что сообщает Акт о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков в гор. Артемовске и гор. Часов-Яре с 31 октября 1941 г. по 5-е сентября 1943 г.: "...В полуразрушенном здании городского театра 31 декабря 1941 года возник пожар. Пожар устроили сами немцы, которые приводили в театральные комнаты публичных женщин и, чтобы не было холодно, топили печи декорацией и театральной мебелью. Полуразрушенные печи не выдержали топки, в результате чего возник пожар. Майору фон Цобелю доложили о причинах пожара, однако он велел арестовать "любой десяток граждан" и публично повестить" ((ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 64, л. 124). Так мирное население г. Часов - Яр расплачивалось за увлечение гитлеровцев украинским театром.
Активную "просветительскую" деятельность в Донбассе вели "Просвиты", которые, по признанию современных украинских авторов, были сплошь бандеровскими. И работали они действительно неплохо, что оценил даже Сталинской обком Компартии Украины, в материалах которого говорится: "Украинско-немецкие националисты во многих городах и районах создавали так называемые националистические "просвиты", в которые они привлекали молодёжь.Через "просвиты" украинско-немецкие националисты проповедовали и распространяли свою фашистско-бандитскую идеологию" (Партархив Донецкого обкома КПУ, ф. 326, оп. 2, д. 453, л. 23-24). Насколько справедливой была оценка бандеровских "Просвит", данных им тогдашними донбасскими коммунистами? Для этого достаточно прочитать газету "Константиновские вести" от 9 мая 1942 г., где сообщалось: "В г. Константиновке организуется Украинское Культурно-Образовательное Товарищество, которое имеет целью подъем национального сознания среди украинского народа. Товарищество имеет целью распространение среди населения изучения украинского языка, литературы, музыки, драматического искусства, а также изучения немецкого языка, как языка того народа, который принес освобождение украинцам от жидо-большевистского крепостничества и который создал великую культуру, науку". Далее в статье "просвитян" отмечалось: "Новое время выдвинуло таких героев, как Симон Петлюра, Коновалец и много других – казаков, гайдамаков, повстанцев, которые до сих пор живут в памяти народа и будут жить вечно". А заканчивалась указанная статья заверением "просвитян", что создаваемое культурное товарищество "не будет иметь позорного контроля со стороны жидо-москалей". Как видим, вполне фашистская и бандитская идеология.
Интересна также "украинизация" школ в оккупационном Донбассе – ведь известно, что украинские националисты фактически захватили систему образования при гитлеровском режиме. И обучение в школах было "национально-ориентированным". Почти как в современной "оранжевой" Украине, хотя как будто и нацистской оккупации нет... Чем же выделялась оккупационная школа? Об этом сообщает листовка ОУН Бандеры с воззванием "Учителя украинцы", где говорится: "Нас заставляли отравлять разум детей жидовским интернационализмом, любовью ко всему московскому и презрением к своей стране, языку, литературе и культуре. Грамматику украинского языка нам писали жиды... В театрах и кино нам показывали сделанные жидами постановки и кинофильмы, в которых глумились и насмехались над наилучшими сынами украинской земли, восхваляя московских царей и самых лютых палачей украинского народа... УЧИТЕЛЯ УКРАИНЦЫ! Поможем украинскому народу в его национально-освободительной борьбе! Приветствуем немецкую армию, самую культурную армию мира, которая гонит с нашей земли жидовско-коммунистическую навалу. Поможем Организации Украинских Националистов под проводом Степана Бандеры строить великую Самостийную Украинскую Державу" (Центральный государственный архив общественных объединений Украины, ф. 57, оп. 4, д. 370, лист с пометками Л-451, 25, 87). Надо полагать, именно такие идеи внедряли донбасским детям получившие контроль над школами националистические агитаторы. Конечно, не все учителя в период оккупации были украинскими националистами, но их влияние на школу было вполне ощутимым, об этом пишут все современные украинские историки. В этой связи характерны факты, изложенные в докладной записке Краматорского городского отдела НКВД от 1 октября 1943 г., где говорится об одной из учительниц: "Шарабан Мария Федоровна, 1916 г. рождения, уроженка пос. Ивановка Краматорского р-на, украинка, б/п, имеет среднее образование, работала учительницей средней школы пос. Ивановка. Будучи завербована гестапо, выдавала коммунистов и другой советский актив, работая при немцах также учительницей – избивала детей. Сожительствовала с немецкими офицерами. В предъявленном ей обвинении созналась" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 6, л. 11). Итак, перед нами наглядный пример педагога при нацистско-националистическом "новом порядке". Но не все педагоги служили оккупантам – с теми, кто был опасен гитлеровскому режиму, расправлялись сурово и беспощадно. В докладной записке на имя Председателя Чрезвычайной государственной комиссии СССР по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков Н.М.Шверника можно прочесть: "В сарае второго дома Профессуры Индустриального Института г. Сталино при отступлении немцев 7 сентября 1943 года в 10-11 часов было сожжено живьем до 150 человек населения этого дома, среди которых были: Семенихин Сергей Иванович, физик, доцент Донецкого Индустриального Института с женой и внуком двух с половиной лет; Гончаров Сергей Лаврович, физик, преподаватель Индустриального Института, с женой, дочерьми Ирой 6-ти лет, Люсей 13 лет и матерью 70 лет" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 64, л. 41 об.). Такова была разница между прислужниками нацистов и большинством настоящей интеллигенции.
Упомянем также о религиозной деятельности украинских националистов в Донбассе, что было связано с экспансией в восточные области Украины так называемой "Украинской автокефальной православной церкви" (УАПЦ), которая являлась раскольнической и неканонической сектой и с приходом нацистских оккупантов стала верно служить им. В номере от 9 апреля 1942 г. "Донецкий вестник" торжественно сообщал: "Руководитель автокефальной православной церкви в освобожденных украинских землях архиепископ Луцкий и Ковельский, преосвященный Поликарп, передал имперскому комиссару Украины заверение в лояльности. От имени верующих украинцев он заявил, что будущее украинского народа тесно связано с победой Германской империи, и от имени церкви и народа выразил благодарность за освобождение от жидо-большевистского владычества Москвы. Автокефальная православная церковь на Украине имеет большую историю. Она является национальной украинской церковью с собственным главным руководителем. Основание её простирается вглубь веков, когда Украина была независима от Москвы в политическом и религиозном отношениях". Задекларированное раскольниками УАПЦ религиозное отделение от Москвы проводилось действительно очень активно: при помощи нацистов искусственно ограничивалась "Автономная Православная Церковь" (в которую входили священники, сохранявшие формальное каноническое единство с Православной Русской Церковью), а взамен создавались "автокефальные" раскольнические приходы. В известной степени эта экспансия коллаборационистов - автокефалов коснулась и региона Донбасса. Так, в документе советской разведки "Агентурная обстановка Южного фронта на 1 марта 1942 г." приводятся следующие данные о религиозной жизни в оккупационном Донбассе: "Немецкие власти всемерно поощряют открытие церквей. Используя суеверных стариков и старух, фашисты рьяно восстанавливают церкви. Попов, как правило, привозят из западных областей Украины и Галиции. Религиозные бредни под видом "культурных" мероприятий широко пропагандируются на сходках, собраниях и в местной печати. Широко поощряются также кустарные промыслы, связанные с выработкой разных предметов для соблюдения религиозных обрядов. Из объявлений в газетах видно, что в некоторых местностях уже открыты кустарные мастерские по выпуску свечей, крестиков и проч." (Попов А. НКВД и партизанское движение. – М., 2003. – С.254). Материалы Сталинского обкома партии также содержат сведения о коллаборационистской деятельности религиозных структур в регионе: "Известную роль в контрреволюционной деятельности на оккупированной территории занимало также духовенство созданных при оккупантах церквей, проповедников различных религиозных сект. Имели место выступления священников с проповедями, в которых население призывалось к активной борьбе с Советской властью и оказании всемерной помощи фашистским оккупантам" (Партархив Донецкого обкома КПУ, ф. 326, оп. 2, д. 38, л. 8 об. – л. 9). В связи с этим нелишним будет добавить, что каноническая Русская Православная Церковь в лице Местоблюстителя Патриаршего престола митрополия Сергия еще 22 июня 1941 г. издала обращение, в котором призвала паству к всемерной борьбе с фашизмом и осудила тех священников, кто нарушит свой пастырский долг. Потому-то гитлеровцы старались заменить "автономную" церковь автокефальной, а их отношение к православной вере было довольно неоднозначным. Яркий пример – сообщение из Акта по г. Дружковка Сталинской области от 10 декабря 1943 г., где отмечено, что при отступлении гитлеровцев в первых числах сентября 1943 г. "здание православной церкви было заминировано, а затем взорвано, причем из храма не дозволялось выносить ни одного из предметов религиозного культа" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 20, л. 3 об.). Этот случай наглядно демонстрирует варварское отношение гитлеровцев к православию, которое они пытались заменить националистической сектой "автокефалов" над духовного порабощения верующих кругов населения.
В целом же, говоря о нацистско-националистической "украинизации" Донбасса, следует заметить, что не все коллаборационисты, пропагандировавшие "оккупационный национализм", являлись этническими украинцами, среди них можно найти немало русских фамилий. Инкорпорированные в систему рейхскомиссариата "Украина", коллаборационисты, независимо от своей этнической принадлежности, должны были ретранслировать ту идеологическую политику, какую проводило гитлеровское оккупационное руководство.
И "оккупационный национализм" был вполне востребован гитлеровской администрацией. Так, газета "Донецкий вестник" 20 ноября 1941 г. писала: "Среди украинского народа действует украинский национализм, который в борьбе за освобождение Украины понес уже столько тяжелых кровавых жертв, и которого так панически боялись все враги Украины". Тот же "Донецкий вестник" 29 марта 1942 г. опубликовал заметку "Украинский герб", где читателям разъяснялось: "Герб Украины – трезубец. Знак трезубца первоначально был немецким родовым и дружинным знаком... Со временем этот знак стал государственным гербом Украины. Во времена большевиков был строго запрещен, но втайне продолжал являться символом стремлений националистов-украинцев. Теперь Германия возвратила гербу его почетное значение, и он вновь стал славным украинским гербом". Напомним, что еще в июне 1941 г. Провод ОУН Бандеры издал специальное распоряжение всем своим активистам пропагандировать трезубец и желто-синий флаг в качестве "национальных символов Украины"). Как видим, полное совпадение: ведь гитлеровцы тоже позволяли вешать желто-синие флаги вместе со знаменем Третьего рейха, портреты Шевченко ставить рядом с портретами Гитлера, а петлюровскую "Ще не вмерла Україна" преподносили населению как "национальный гимн". Да и самого Петлюру оккупанты вместе со своими прислужниками не забывали. Например, газета "Константиновские вести", издававшаяся на украинском языке, в номере от 23 мая 1942 г. поместила на передовице статью "Личность великой силы" и большой черно-белой фотографией Петлюры. Автор статьи, некий Митрофанов – "сотник Украинской Вспомогательной Сотни" (полицай, одним словом) – с пиететом обращался к "вождю": "Батьку наш! Под флагом желто-голубым не раз водил ты на бой с врагом нас – детей своих". И далее верный "сын" Петлюры взывал уже к своим единомышленникам: "Но вот – час наступил! Смотри на батьку, еще не все погибли в тюрьмах и шахтах сибирских, дети твои не опустили голов, не сложили рук!". Все эти воззвания, надо полагать, должны были пробудить "национальное сознание" среди населения Донбасса, чтобы лояльно воспринимать немецко-фашистскую оккупацию, как "освобождение от Москвы".
Нацистско-националистическая "украинизация" Донбасса проявлялась также в переводе делопроизводства на украинский язык – многие документы из оккупационных фондов Государственного Архива Донецкой области написаны на ломаном русско-украинском суржике, причем грамматика и орфография этих бумаг наводит на мысль, что оккупационные чиновники были люди не слишком грамотные, назначенные на свои должности скорее за лояльность гитлеровцам, чем за профессиональные качества. Тем не менее, не владея в должной мере ни украинским языком, ни русским, пособники оккупантов истово требовали от населения переходить на "мову" и грозили различными взысканиями за сопротивление "украинизации". Примером может служить циркуляр Мариупольской городской управы N 144 от 29 мая 1942 г., где говорится (в оригинале документ украино-язычный): "Предлагается всем отделам Городской Управы и подчиненным им учреждения, предприятиям и организациям проводить переписку исключительно на немецком или украинском языках.Переписка на русском языке Городская Управа принимать не будет, а лица, что не хотят проводить переписку на украинском языке, будут увольняться.Одновременно предлагается постепенно переходить на введение в учреждениях разговоров на украинском языке". Таким образом, проводимая гитлеровцами и коллаборационистами "украинизация" была насильственной и осуществлялась административными методами, без учета интересов населения, которое, конечно же, было русскоязычным и, в известной степени, русским по национальности. Кстати говоря, одним из активных "украинизаторов" в Мариуполе был участник ОУН Бандеры Николай Стасюк, которого нацисты назначили редактором оккупационной "Мариупольской газете", а затем, в 1942 г. расстреляли за чрезмерную националистическую ретивость. В пробандеровской литературе Стасюк изображается мучеником. Но ведь его взгляды были откровенно фашистские! Например, вот что он патетически писал в "Мариупольской газете" 25 декабря 1941 г.: "В 1941 году Адольф Гитлер провозгласил свободу веры и освобождение от национального и социального гнета народов, что страдали под московско-большевистским и политико-жидовским ярмом; никто не знает случаев насилия над женщинами немецких войск, - потому и неудивительно, что селяне приветствовали немецкие войска". И это не единственная публикация, в которой Стасюк умело сочетал националистическую пропаганду с нацистской. Как видим, родство оккупационного национализма" с интегральным национализмом ОУН вполне очевидно - кроме славословия в адрес Бандеры или Мельника, все остальные постулаты, в том числе обязательный слоган "о союзе с Великой Германией", были полностью идентичны пропаганде оуновцев. Тем более что сами бандеровцы и мельниковцы, как уже говорилось, активно участвовали в оккупационной администрации.
Подполье ОУН(б) в Донбассе: обзор литературы
Итак, политика фашистской "украинизации" активно претворялась в жизнь с самого начала оккупации восточных областей Украины. И в этой долгосрочной кампании гитлеровцы всемерно использовали ресурс украинского коллаборационизма – национализма. Однако этот бесспорный исторический факт нисколько не помешал современным ревизионистам активно предлагать народу Донбасса сфальсифицированную версию истории местного националистического подполья. Мифологема о бандеровском антифашистском движении в регионе Донбасса (причем массовом, якобы имевшем поддержку местного населения!) с 1990-х годов активно внедряется в умы донбасской общественности, а в последнее время усилиями "оранжевых" приобрела ещё большую информационную освещённость. Но в то же время до сих пор (!) общественности так и не представлен полный массив документов о деятельности бандеровских структур в Донбассе. Все авторы, что так или иначе пишут об этом, ограничиваются лишь немногими цитатами, на основании которых невозможно сделать выводы о массовом, а главное – антифашистском характере регионального бандеровского подполья. Причем наиболее интересный источник – материалы НКГБ, что были представлены на указанной пропагандистской выставке СБУ, - по существу замалчиваются, тогда как основные сведения о бандеровском подполье в Донбассе берутся из тенденциозной националистической литературы. Главную роль в этой пропагандистской кампании играют фальсификации известного бандеровского эмигранта из США Евгена Стахива, который активно распространяет мифы о массовом антифашистском подполье ОУН (б) в Донбассе, при этом отождествляя оуновскую структуру с советской патриотической организацией "Молодая гвардия". Авантюрист Стахив и его подпевалы на Украине  вот уже который год тиражируют ничем не обоснованные вымыслы, что бандеровское подполье в Донбассе боролось за "самостийную Украину", а советского подполья либо вовсе не было, либо же оно играло незначительную и второстепенную роль. Иначе, как надругательством над памятью донбассовцев, погибших в годы Великой Отечественной войны, в том числе – замученных нацистами патриотов "Молодой гвардии", эти лживые вымыслы назвать невозможно. Однако бандеровские фальсификации продолжают распространяться в Донецкой и Луганской областях, а заказные "историки" старательно обслуживают политическую конъюнктуру.
Указанные мифологемы являются прямой ретрансляцией тех положений, что ещё в 1950-е годы закрепились в эмигрантской националистической литературе. Так, в 1958 г. в Мюнхене вышла книга "Походные группы ОУН", автор которой, известный бандеровский "летописец" Лев Шанковский рассказал о якобы массовом антифашистском движении ОУН (б) в регионе Донбасса. После указанной работы Шанковского и публикации в конце 1980-х – 1990-е годы скандальных "воспоминаний" Стахива, вдруг "вспомнившего" то, о чем не написал даже Шанковский, тема о донецких бандеровцах начала активно муссироваться в националистических кругах и навязываться общественности.
В 1996 г. в Киеве была издана книжка "История Юго – Восточной Украины", в которой её автор, некий "украинский патриот" Петро Лаврив представил националистический вариант региональной истории Донбасса, уделив место в том числе пресловутому "антифашистскому подполью" ОУН Бандеры. Следуя фальсификациям Стахива, пан Лаврив писал о всемерной поддержке местного населения оуновским резидентам. Например, в книжке Лаврива отмечено: "Украинское подполье поддерживали также в Сталино и Гришином татары, в Мариуполе – греки. С ними солидаризовались кавказцы из Сталино. 50 местных организаторов привлекли к борьбе с оккупантами почти 200 активистов и 250 соучастников, которые укрывали подпольщиков, печатные машинки и листовки, и даже оружие. Приязненно относились к самостийническому движению по крайней мере 10 тысяч донбассовцев" (Лаврiв П. Iсторiя пiвденно-схiдньої України. – К., 1996. – С.166). И подобных пассажей – множество. Заметим, что пропагандистский опус Петра Лаврива был издан на средства необандеровской организации "Украинского Конгрессового Комитета Америки" (УККА), а тираж книжки составил 70 тыс. экземпляров, причем издание презентовалось как "благотворительное" и распространялось бесплатно. Как видим, на тиражирование фальсификаций бандеровские круги денег не жалеют, однако опубликовать пресловутые "рассекреченные документы" НКГБ – СБУ никто из них так и не сподобился.
В качестве ещё одного примера необандеровской фальсификации можно привести монографию историка А.Михненко "Донбасс в годы Великой Отечественной войны" (Донецк, 2000 г.), где говорится об "украинском национальном сопротивлении" в регионе – подпольных группах ОУН. Эти группы оуновцев – как бандеровские, так и мельниковские – действительно отправлялись на Восток Украины вслед за нацистской армией, чтобы разворачивать националистическую деятельность в русскоязычных областях. Только вот доказательств их антифашистской борьбы не имеется. Однако это не помешало А.Михненко на стр. 40 его книги голословно утверждать: "...Эти группы имели большой успех в промышленных центрах Украины, среди рабочих в Днепропетровске, Кривом Роге, а также в Донбассе. В Донбассе, например, члены бандеровской походной группы создали сеть ОУН, которая охватывала более десяти городов, и организационное ядро которой составляли более 500 человек вместе с почти 10.000 тех, кого можно было считать "активными сторонниками", то есть распространителями листовок и т.д. Эта организация имела, ... вне всякого сомнения, больший вес, чем коммунистическое подполье в Донбассе". И далее, нас стр. 41 своего опуса, следуя всё тем же измышлениям Стахива, пан Михненко подчеркивает "готовность членов западно-украинской ОУН отречься под давлением восточно-украинскихрабочих от интегральной националистической доктрины в пользу программы радикальной демократизации общественно-экономической и политической жизни. Со своей стороны, озлобленных сталинизмом рабочих нацистская политика только подталкивала к осознанию своей национальной самоидентификации...". Комментарии излишни, как говорят журналисты!
Сошлёмся ещё на одну работу, где прославляется бандеровское подполье в Донбассе, - это книга В.М.Зиновьевой "Чтобы жизнь продолжалась. Приазовье в период оккупации. 1941-1943" (Мариуполь, 2004). Автор книги, как отмечено на оборотном листе, - историк по специальности, а по должности "ответственный работник исполнительного органа Мариупольского городского совета" (в 2004 г.). В указанной работе много говорится о советском антифашистском подполье и его патриотической деятельности, однако не менее красочно рассказано и о патриотизме донецких оуновцев. Так, на стр. 156 В.М.Зиновьева пишет: "в 1941-1943 годах в Мариуполе действовала подпольная группа ОУН в количестве свыше 30 человек, из них свыше 20 подпольщиков арестованы, 16 – казнены оккупантами в застенках гестапо, концлагерях.Имена патриотов, которые отдали свои жизни за Украину, заслуживают того, чтобы они не ушли в небытие, заслуживают памяти о них". И далее автор приводит биографические сводки "патриотов", которые, как оказывается, сотрудничали с нацистами, работая в оккупационных учреждениях. Так, на стр. 160 упоминается некий Иван Билык – проводник ОУН, который работал ни много ни мало переводчиком при дивизии СС "Лейбштандарт Адольф Гитлер"! А ведь на Нюрнбергском процессе структура СС была признана преступной организацией, в том числе и "войска СС", к которым относилась упомянутая элитная дивизия, носившая имя нацистского фюрера. Однако этот факт, очевидно, не смутил В.М.Зиновьеву, как не смутили её и "воспоминания" Стахива, к которым она проявила поразительное доверие. При этом на стр. 174 В.М.Зиновьева подчеркнула: "...Центр областного провода ОУН во время оккупации размещался в Горловке, там же, в Горловке, размещался Сталинский подпольный обком КП (б) У. В одном месте, в одно время, против одного врага вели борьбу непримиримые политические соперники: коммунисты и националисты. И даже цель у них тогда была одна: освобождение Украины". Итак, перед нами наглядный пример оппортунизма современных украинских историков, которые, следуя политической конъюнктуре, пытаются совместить несовместимое, объединив в одну искусственную схему советских борцов с гитлеризмом с их националистическими антагонистами. При этом о преступлениях ОУН – УПА и фашистской идеологии интегрального национализма, конечно же, не говорится ни слова.
Вот почему по сравнению с опусами П.Лаврива, А.Михненко и В.Зиновьевой куда более объективной выглядит книга японского автора Гироаки Куромия "Свобода и террор в Донбассе. Украинско-российское приграничье" (Киев, 2002). Данную работу на украинском языке опубликовал небезызвестный Григорий Немыря при участии фонда Джорджа Сороса "Возрождение" и Украинского исследовательского института Гарвардского университета. Гироаки Куромия, выпускник университетов Токио и Принстона, написал свою книгу о Донбассе по определенному политическому заказу – в этом можно не сомневаться. Однако даже он, разбирая вопрос о региональном подполье ОУН (б), был вынужден подчеркнуть: "Украинский национализм стал одной из альтернатив, доступных жителям Донбасса. Идеология национализма шла в основном из Западной Украины. Отношения нацистов с украинскими националистами ... вопрос довольно сложный и раздражительный. Отдельные украинские националисты были такими же расистами и фашистами, как их аналоги в Германии, Италии или ещё где-то. Они, безусловно, были коллаборационистами. Нацисты использовали их как противовес советам" (стр. 395-396). Куромия использовал "воспоминания" Стахива и писал о бандеровском подполье в сочувственном духе, но в итоге отметил: "И всё-таки есть очень мало убедительных свидетельств, что в Донбассе в целом идеологию национализма воспринимали с энтузиазмом. Сначала в Сталино появилась ОУН – М (сторонники А.Мельника, лидера одной из ветвей ОУН). Они организовали полицию при городской администрации, созданной во время оккупации русскими. Националисты ввели в форму полицейских украинский герб – трезубец – и желто-синюю повязку. Под украинским гербом они исполняли самые жестокие немецкие приказы" (стр. 399). Итак, японец Куромия, писавший по американскому заказу, оказался более правдивым, чем его коллеги на Украине, четко обозначив ОУН как фашистскую и коллаборационистскую структуру.
В целом же из числа опубликованной по данной проблеме литературы наиболее обстоятельной работой можно считать монографию "Подполье ОУН (б) в Донбассе", которую в 2001 г. издал историк Донецкого Национального университета Владимир Никольский. В аннотации данной работы указано, что она была написана по заказу Правительственной комиссии по изучению деятельности ОУН и УПА, а в числе рецензентов отмечен руководитель "рабочей группы историков" при упомянутой комиссии – доктор исторических наук, профессор Станислав Кульчицкий. Учитывая, что Кульчицкий давно уже (и вполне заслуженно!) имеет славу фальсификатора истории Великой Отечественной войны, а его "рабочая группа" известна пробандеровской ориентацией, все это не могло не сказаться на формате работы В.Никольского. В настоящем труде отсутствует дефиниция ОУН – УПА как структуры фашистского типа, нет информации о преступлениях украинских националистов, не приведены статистические данные о жертвах бандеровщины. Но в целом работа В.Никольского не содержит апологии ОУН – УПА и написана в достаточно умеренном тоне. К примеру, автор отмечает: "ОУН с самого начала своего существования не была демократической партией парламентского типа, а представляла собой глубоко законспирированную военизированную структуру. Долгое время члены этой организации вели упорную борьбу против польского правительства, используя разные средства, вплоть до террора" (стр. 15). Важным в концептуальном отношении можно также считать утверждения автора о том, что, согласно тогдашнему советскому законодательству, бандеровцев привлекали к юридической ответственности (судили) как изменников Родины и пособников немецко-фашистских захватчиков (стр. 119-121).
Достоинством книги В.Никольского можно считать определённый объективизм автора, который, в отличие от других своих коллег, опирался на данные из киевского и донецкого архивов СБУ, что позволило ему произвести статистические расчеты, по результатам которых масштабы бандеровского подполья в Донбассе можно оценить достаточно скромно (в сравнении с советским антифашистским подпольем). В своих выводах В.Никольский пишет: Как свидетельствуют установленные нами данные, численность оуновцев в Донбассе была очень и очень незначительной. Из арестованных по УССР 27.532 оуновцев на две области Донбасса "приходилось" 150 человек, то есть 0, 5%. Разумеется, такое количество не могло как-то реально влиять на антифашистскую борьбу, тем более что оуновцы вооруженной борьбы против немецких фашистов и их венгерских, румынских и итальянских союзников практически не вели.
Даже приведенные нами данные по репрессиям немецких карательных органов относительно советских партизан и подпольщиков в Мариуполе реально свидетельствуют о значительно больших масштабах их борьбы против оккупантов" (стр. 132-133).
Аналогично В.Никольский высказался на выставке СБУ "УПА: История непокоренных", открывшейся в Донецке 21 мая с.г. К слову сказать, В.Никольский оказался единственным историком, допущенным на данное мероприятие, куда получили пропуск председатель Донецкой организации КУН (Конгресса украинских националистов) Мария Олийнык и местный националист Станислав Федорчук, тогда как ряд депутатов Донецкого областного совета не были пропущены сотрудниками СБУ. В интервью Интернет порталу "Остров" В.Никольский заявил, что на Донбасс в целом приходится 150 националистов: 38 в Луганской и 112 в Донецкой области: "Но тщательное изучение показывает, что не все они были националистами. Просто кто-то высказывался против Сталина, что-то говорил об украинском языке, и его потом судили в 1947, 1948 или в 1950 году как украинского националиста... Сейчас исследователи пытаются понять, что же действительно здесь было. Вы понимаете, на такой территории, где были десятки подпольных советских организаций, было всего 112 людей, которых обвиняли в украинском национализме. Это нельзя сопоставить...". Таким образом, В.Никольский открыто признал, что даже цифра в 150 оуновцев не является достаточно выверенной и может восприниматься условно. Все эти положения имеют концептуальное значение при разборе темы о бандеровском подполье в Донбассе.
Таким образом, работу В.Никольского 2001 г. пока что можно считать наиболее серьезным исследованием о деятельности украинских националистов в регионе Донбассе. Однако, как отмечается в выводах той же работы, данная проблема требует дальнейшего исследования. Пока же продолжаются националистические спекуляции.
 
Донбасские бандеровцы и "украинская полиция" СС
Не углубляясь далеко в тему (которая требует более детального исследования), отметим лишь один аспект – причастность бандеровского подполья в Донбассе к структурам "украинской вспомогательной полиции". Этот факт невольно признает сам Лев Шанковский, который в своей упомянутой книге "Походные группы ОУН" отмечает: "Наличие украинского самостийнического подполья на Донбассе и его оживленная пропагандистская деятельность в годы немецкой оккупации, при почти полном отсутствии организованных форм какой-нибудь подпольной большевистской или белогвардейской деятельности, имела также большое влияние на действия местной вспомогательной администрации и полиции, которые постепенно очень быстро украинизировались, хотя в состав этой администрации и полиции входили в основном русские. Когда немецкие и итальянские армии оккупировали Донбасс, только в Енакиево, что было оккупировано итальянским войском, установили администрацию и полицию из местных украинцев. Во всех других местностях Донбасса немецкая армия передавала администрацию в руки русских. Везде устанавливались газеты на русском языке, например, в Славянске, Бахмуте, Дебальцево, в Сталино, Ворошиловграде и в Снежном. Только в Краматорске начала появляться газета на украинском языке" (там же, с.174). Итак, "украинцы", под которыми следует понимать националистов (кстати говоря, не обязательно бандеровцев, это могли быть и мельниковцы), как оказывается, "украинизировали" оккупационную администрацию и полицию, причем имели "большое влияние" на их деятельность. Шанковский, правда, оговаривается, что гитлеровцы отдавали предпочтение русским коллаборационистам и русскоязычным газетам, но это не соответствует действительности. Как уже отмечалось выше, нацисты с самого начала оккупации Донбасса развернули "украинизацию", пропагандируя "оккупационный украинский национализм". И украино-язычных газет в Донбассе было намного больше, чем русскоязычных, не говоря уже о вывесках и документации оккупационных органов. Разумеется, что среди гитлеровских пособников были и русские, и представители других национальностей, но это снимает ответственности с украинских коллаборационистов – националистов. А Шанковский пытался, с одной стороны, показать влияние оуновцев на оккупационные органы, а с другой стороны, отмежеваться от общей деятельности коллаборационистов, дав неправдивую информацию о якобы имевшемся покровительстве гитлеровцев к своим русским "помощникам". Это утверждение, судя по дальнейшему рассказу Шанковского, было нужно автору также для дополнительного обоснования "оппозиционности" украинских коллаборационистов в Донбассе по сравнению с коллаборационистами русской национальности. Также лживым является утверждение Шанковского о "почти полном отсутствии организованных форм" советского подполья – чтобы убедиться в его "присутствии" достаточно почитать оккупационную прессу, которая постоянно писала про "большевистских бандитов" и публиковала объявления об их поимке. Например, вот что сообщала газета "Снежнянский вестник" в номере от 2 июля 1942 г.: "украинской вспомогательной полицией Снежнянского района, в контактной работе с германскими военными властями, выявлены и ликвидированы партизанские группы, оперировавшие в Снежнянском и Чистяковском районах...". И далее шел список расстрелянных партизан – около 40 человек (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 7). Как видим, вопреки измышлениям Шанковского, большевистские партизаны в Донбассе были, причем их искала и расстреливала именно "украинская вспомогательная полиция", на которую, по словам того же Шанковского, оуновцы имели "большое влияние".
И подобные факты не единичны. "Украинская вспомогательная полиция" создавалась гитлеровцами повсеместно на территории дистрикта "Галиция" Польского генерал-губернаторства рейха и рейхскомиссариата "Украина". В начальный период оккупации эти формирования назывались "полицией порядка" (орднунг полицай), но затем по приказу рейхсфюрера Гиммлера в ноябре 1941 г. были реорганизованы в "охранные отряды" (шуцманшафт). Итак, украинские полицаи (как и нацистские пособники других национальностей) были, по сути, эсэсовцами, выполняли карательные функции на оккупированной территории. Самыми известными подразделениями "украинской вспомогательной полиции" шуцманшафт можно считать 201-й и 118-й, "отличившиеся" карательными акциями в оккупированной Белоруссии. 201- батальон, сформированный из боевиков батальонов "Нахтигаль" и "Роланд", под начальством Романа Шухевича и его подельника Евгена Побигущего, воевал с советскими партизанами и "пацифицировал" белорусские села в составе особой карательной группы генерала СС фон дем Бах Целевски. А 118-й батальон украинской полиции шуцманшафт совершил печально известную расправу в Хатыни, где 22 марта 1943 г. были зверски уничтожены около 150 человек мирного населения. И подобные преступления против человечности украинские полицаи - эсэсовцы совершали каждодневно и повсеместно, действуя под руководством нацистских властей.
Аналогичные злодеяния "украинская вспомогательная полиция" шуцманшафт совершала и в оккупированном Донбассе. Эти подразделения были созданы гитлеровцами в первые же недели оккупации региона и пособничали оккупантам в их грязной работе. В номере от 27 ноября 1941 г. "Донецкий вестник" поместил статью "Охрана порядка в городе", где приводилось следующее сообщение начальника Юзовской городской полиции Москаленко: "В настоящее время в помощь военным властям по охране порядка в городе привлечена недавно созданная на добровольных началах вспомогательная украинская полиция. Личный состав полиции по всем 15 участкам уже подобран, участки приступили к практической работе". Примечательно, что официально задачами полиции объявлялись отнюдь не карательные акции и не пособничество оккупантам, но борьба со спекуляцией на рынках и вообще защита граждан. Однако реальные дела полицаев оказались совершенно другими.
Выше уже приводились данные газеты "Снежнянский вестник" о том, как местные украинские полицаи ликвидировали "партизанские группы, оперировавшие в Снежнянском и Чистяковском районах". В Государственном Архиве Донецкой области есть специальный фонд "Чистяковское районное управление полиции Юзовской области" (1942-1943 гг.), в документах которого (на немецком языке) четко указано – Schutzmannschaft(ГАДО, ф. Р-1593, оп. 1, д. 1, л. 1). Таким образом, указанную расправу над партизанами совершили украинские полицаи – эсэсовцы. Кстати говоря, в Акте Чрезвычайной государственной комиссии (ЧГК) по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков по городу Чистяково от 26 января 1944 г. приводится подробный список нацистских преступников "и их пособников: начальника украинской полиции города Чистяково Шевкаленка – Шмыгун Тимофея Тимофеевича, его заместителя Маркова Николая Александровича, коменданта Чистяковской административной области – он же начальник украинской жандармерии Ивженко Яков Алексеевич" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 11, л. 25). Это ли считать результатом того "большого влияния" бандеровцев на местную администрацию и полицию, о котором писал Шанковский? Один пример деятельности украинских полицаев в Чистяковском районе много стоит. Приведем еще некоторые примеры, свидетельствующие о результатах националистического "влияния" на полицейские кадры.
"Список виновников злодеяний, совершенных немецко-фашистскими захватчиками и их сообщниками в г. Артемовске и Часов Яре Артемовского района Сталинской области УССР" от 29 февраля 1944 г. под N 5 значится некий гражданин Южный, русский по национальности, но "начальник Укр. жандармерии", как указано в документе. Вина его состояла в следующем: "По разработанному им плану, он с помощью добровольцев немецкой армии произвел разрушение города перед бегством немцев из Артемовска" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 58, л. 327). О дальнейших похождениях нацистского пособника Южного известно сообщает Акт ЧГК "О злодеяниях немецко-фашистских захватчиков в гор. Артемовске", где говорится: "Памятник Артема и памятник погибшим борцам за свободу, статуи тт. Ленина и Сталина разрушены. Домики жителей уничтожались кварталами. Руководил проведением этого неслыханного преступления начальник "Украинской жандармерии" Южный. По разработанному плану он направлял на те и другие улицы отряды предателей, так называемых добровольцев немецкой армии. Предатели подходили к дому, поджигали его, отмечали в записной книжке выполнение плана и переходили к следующему дому. Жители предлагали поджигателям деньги, ценности, шелковые материи, чтобы дом не поджигали. Однако мерзавцы клали деньги в карман, а дом все же сжигали" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 64, л. 138). Итого, в числе сообщников и исполнителей коллаборациониста Южного фигурируют "украинская жандармерия" и "добровольцы немецкой армии".
Интересным совпадением можно считать также факт, что в числе главных немецких преступников по Сталинской области находился некий гаупштурфюрер СС Веллибальд Регитчик – начальник "украинского полицейского батальона". "Список арестованных участников зверств из числа военнопленных бывшей Германской армии, предаваемых суду в гор. Сталино" (октябрь 1947 г.) под N 5 содержит следующие сведения: "Гауптштурмфюрер СС Регитчик Веллибальд, 1912 г. рождения,член НСДАП с 1931 г., доброволец войск СС с 1935 г.,командир карательного батальона, начальник охраны Сырецкого концлагеря.Пленён 9.V.1945 г. после капитуляции" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 500). "Справка из материалов следственного дела на арестованного военнопленного германской армии Регитчик Виллибальд Францевич, 1912 года рождения" от 16 октября 1947 г. содержит более подробные данные о деятельности упомянутого капитана СС: "На временно оккупированную территорию УССР, - Регитчик прибыл 9-го января 1943 года и был назначен командиром полицейского батальона из числа украинских добровольцев в гор. Киеве.
Деятельность батальона заключалась в том, что он осуществлял внешнюю охрану концлагеря в гор. Киев – Сырец, конвоировал заключенных этого лагеря на работы и охранял их на объектах работы.
На внешнюю охрану возлагались обязанности предупреждать побег заключенных, воспрепятствовать общению гражданского населения с заключенными и предотвращать нападения партизан на лагерь.
Ответственным за выполнение всех этих мероприятий был Регитчик" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 52).
Далее в документе сообщается о "боевых подвигах" украинских полицаев: "Полицейские из руководимого Регитчик батальона зверски обращались с заключенными, подвергали их избиению, - стреляли в граждан за попытку передать пищу заключенным" (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 53). Как показал на допросе Регитчик, "23-го апреля 1943 года на рассвете, в 4-5 км северо-западнее села Кодра Макаровского района Киевской области, возглавляемая мною рота столкнулась с партизанами и по моему приказу открыла огонь из пулеметов и автоматов. Я лично также стрелял из автомата. После 3-часового боя партизаны отступили, оставив до 15 трупов..." (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 53). Не менее зверскими была и другая карательная акция, о которой Регитчик рассказал следующее: "...Я во главе полицейского украинского батальона занял оборону у реки Тетерев, с целью воспрепятствовать появлению партизан в село Кодра, - в части охранная полиция сожгла село, жители села Кодра, в том числе старики, женщины и дети, были угнаны в Житомир, и оттуда направлены в Германию..." ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 54). Далее в материалах дела Регитчика говорится, что подчиненный ему полицейский батальон с 13 апреля по 27 июня 1944 г. принимал участие в крупных карательных экспедициях против партизан и гражданского населения в Белоруссии. Регитчик показал на допросе: "...Во время всех этих операций при прохождении сёл и хуторов, полицейские руководимого мною батальона сжигали дома, грабили гражданское население, отбирая у них сельхозпродукты, ценности и одежду, насиловали женщин, задерживали всех подозрительных в связи с партизанами лиц и передавали их охранной полиции. Значительная часть всех задержанных была расстреляна..."(ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 54). И далее в показаниях Регитчика приводятся характерные детали, раскрывающие истинную сущность "украинской вспомогательной полиции" шуцманшафт: "...Во время проведения карательных экспедиций против партизан и мирных советских граждан полицейские руководимого мною батальона руководствовались инструкциями командования войск СС и полиции и моими указаниями..." (ГАДО, ф. Р-1838, оп. 1, д. 52, л. 54). Итак, подчиняясь ведомству Гиммлера (СС и полиции), украинские полицаи претворяли в жизнь планы Гитлера по уничтожению славянского населения СССР для создания "жизненного пространства германской нации" - пространства, в котором самим украинским коллаборационистам отводилась роль нацистской обслуги, которой, как видим, поручались наиболее грязные дела режима.
В деятельности Веллибальда Регитчика можно увидеть ряд совпадений с деятельностью Романа Шухевича: оба имели чин гауптштурфюрера СС, руководили батальонами "украинской вспомогательной полиции" и, выполняя приказы эсэсовского руководства, осуществляли карательные акции в Белоруссии. При этом, подобно соратникам Шухевича по бандеровской ОУН, Регитчик успел мимоходом "отметиться" и в Донбассе.
 
Бандеровщина и Донбасс: краткое послесловие
Итак, уже краткий и фрагментарный обзор деятельности украинских националистов в Донбассе обнаруживает их фашистскую сущность и позволяет трактовать структуру ОУН в регионе как однозначно коллаборационистскую. Как показывают факты и документы, украинские националисты были политическими маргиналами в регионе Донбасса, и относительную деятельность они смогли развить лишь путем внедрения в учреждения гитлеровской оккупационной администрации. Общая численность бандеровцев в обоих областях Донбасса не превышала 150 человек, социальной опоры они не имели, хотя, несомненно, координировали свои действия с другими коллаборационистами. Никакой антифашистской борьбы в оккупированном Донбассе бандеровцы не вели (кроме листовочной), зато весьма "отличились", получив доступ к оккупационной администрации и карательным полицейским структурам: навязывали населению пещерный национализм, русофобию и антисемитизм, славили "Гитлера-вызволытеля" на страницах газет, наконец, расправлялись с партизанами и помогали нацистам терроризировать мирное население. Бандеровская агентура в Донецком крае стремилась организовать антисоветское вооруженное подполье, чтобы таким способом поддержать действовавшую на Западной Украине УПА. Но в Донбассе УПА так и не была создана, хотя, как свидетельствует ряд документов, вплоть до начала 1950-х годов бандеровцы не оставляли попыток действовать в регионе малыми группами. Например, в 1944 г. бандеровская ячейка в Ольгинском районе Сталинской области предприняла попытку локального восстания, о чем в документах обкома партии сказано следующее: "Мы имеем такой факт, когда в июне месяце этого года группа националистов на 30 июня готовилась к мятежу, был подготовлен националистический план, листовки и благодаря работе органов НКВД эта группа в количестве 8 человек была своевременно репрессирована, но корни этой группы имеют место и в других районах области, как это показывает работа следственных органов" (Партархив Донецкого обкома КПУ, ф. 326, оп. 2, д. 453, л. 117). Подобные инциденты с элементами теракта и провокации, имели место и в последующие годы, но всегда вовремя пресекались органами госбезопасности. В целом же бандеровцы были чуждым для Донбасса элементом, как и сегодня. В полном отсутствии социальной опоры (за исключением, подобного националистам коллаборационистского элемента) заключалась основная причина их политического фиаско в Донбассе. Но и того, что местные активисты ОУН, засланные из Западной Украины, совершили на территории Донецкого края, вполне достаточно для их юридического, исторического и морального осуждения – это фашистская агитация, пособничество оккупантам, участие в карательных операциях подчиненной СС "украинской полиции". Кроме того, при определенном участии националистов гитлеровцы пытались создать в Донбассе "Украинскую Народную Армию" по типу РОА Власова, чтобы затем направить это формирование на советский фронт. Но это уже отдельная, притом мало исследованная тема.
Если подвести итог, то в деятельности украинских националистов на территории Донецкого края можно увидеть лишь один позитивный момент – слава Богу, что маргинальные структуры ОУН(б) так и не смогли создать в Донбассе части УПА, иначе бы на донецкой земле жертв и крови было намного больше. В этом отношении Донбассу, в некоторой степени, исторически "повезло" по сравнению с Западной Украиной, где только в послевоенный период (1944-1953 гг.) украинские националисты уничтожили около 30 тысяч человек, согласно Справке КГБ Украинской ССР от 17 апреля 1973 г. Хотя и среди тех 30-ти тысяч убитых было немало людей, командированных в западные области из Восточной Украины, в том числе из Донбасса. Например, вот что можно прочесть в письме руководства Сталинской области на имя секретаря Дрогобычского обкома партии от 25 апреля 1945 г.: "Сталинский обком КП(б)У просит Вас выслать справку о смерти Запаренного Виктора Павловича, погибшего в боях с украинско-немецкими националистами в Ново-Стельшанском районе Вашей области" (Партархив Донецкого обкома КПУ, ф. 326, оп. 2, д. 1067, л. 49). А вот другое свидетельство – письмо Сталинского обкома в Лиманский районный комитет партии от 1 августа 1945 г., где говорится: "В отдел кадром Сталинского Обкома КП(б)У обратилась тов. Беляй Зинаида Андреевна, которая является женой тов. Беляй Петра Романовича, ранее работавшего в Лисичанском райисполкоме и откомандированного на работу в Западные области Украины, где погиб в бою с украинско-немецкими националистами 5/IV.45 года. Отдел кадров просит Вас оказать тов. Беляй З.А. материальную помощь" (Партархив Донецкого обкома КПУ, ф. 326, оп. 2, д. 1067, л. 78). Сколько было таких жителей Донбасса, погибших от рук бандеровских террористов, из числа тех тысяч работников, которых командировали из Восточной Украины в Западную? Сейчас украинские историки "по умолчанию" не поднимают этот вопрос, но ведь именно такой ценой происходило восстановление народного хозяйства в западных областях Украины.
Таковы уроки истории Донбасса в период нацистско-националистической оккупации. Чтобы объективно оценить сущность нынешней "украинизации" Донецкого края – "оранжевой", донбассовцы должны знать и помнить о предыдущей – фашистской. Как свидетельствуют выше изложенные факты, налицо множество параллелей. Поэтому, в очередной раз отмечая День освобождения Донбасса, жителям региона следует задуматься над поучительными событиями оккупационного прошлого и сделать правильный исторический выбор.
Алексей Мартынов, историк
Центр политологического анализа и технологий, Донецк

Приложенные файлы


Добавить комментарий